Жиль Легардинье - Совсем того!

— Тот, кто сказал вам, что это кот, — грязный лжец, — насмешливо произнес Блейк.

— Но откуда я могла знать? Я в этом совсем не разбираюсь. И потом, шерсть пушистая, как проверишь… Не под микроскопом же мне было его разглядывать!

— Как предполагаете назвать малышей?

— Вы издеваетесь? Что я стану делать со всем этим зверинцем? Во-первых, сколько их всего?

— Я насчитал четырех, но в этом лабиринте… Вы можете открыть свой цирк, маленький такой, цирк маленьких тигров. Посмотрите вот на этого: мордочка вся в молоке, но уже показывает нам свои зубки, хочет нас напугать…

— Значит, ничего он не растолстел. Он был просто беременный.

— Кстати, он все такой же красивый, и зимняя шерстка у него короче по бокам — удобно для всех этих висячих штуковин…

Одиль осторожно подошла к Мефистофелю. Малыши сразу же удрали. Одиль опустилась на колени и погладила кошку, которая подняла на нее голову.

— И все-таки я страшно счастлива, что ты нашелся, мой… моя девочка. Знаешь, я ведь волновалась.

Кошка мяукнула и принялась урчать.

— Так ты, значит, принесла нам маленьких? Но знаешь, сейчас ведь не сезон…

— Подумать только, вы подозревали Юплу в том, что она его слопала!

— Я была в отчаянии.

— Ну вот, теперь для отчаяния нет причин. Только я надеюсь, что ваша французская пословица не совсем точна…

— Какая пословица?

— «Один пропал — десять найдутся».

— Вот это деревце! — воскликнул Манье, любуясь огромной елью, установленной в центре гостиной, верхушкой касаясь потолка.

— Она даже выше, чем елка в школе! — радостно отозвался Янис.

Мальчик помог управляющему и Блейку спилить дерево в лесу и притащить его в замок. Янис повернулся к Эндрю:

— Значит, я точно смогу подарить маме на Рождество суперский телик?

— Мы же уже договорились, мой дорогой, — ответил Блейк. — У тебя хорошие результаты, ты заслужил.

— Но учти, — добавил Манье, — если средний балл пойдет вниз, телик заберем.

— Неправда, вы этого не сделаете!

— Нет, конечно, но мы лишим тебя общества Юплы. Блейк чуть отошел назад, чтобы полюбоваться елкой.

В гостиной уже ощущался запах хвои. Они с Филиппом закрепили дерево в большом полене с выдолбленным в середине отверстием. Манон пришла с двумя картонными коробками.

— Я нашла игрушки. Тут есть все — шары, гирлянды…

Янис с удовольствием стал рыться в коробках, рассматривая разноцветные стекляшки.

— Когда мы закончим, я смогу посмотреть на котят?

— Одиль отвела бы тебя хоть сейчас, — ответила Манон. — Но она пока что занята.

— Так занята, что не может прийти взглянуть на елку? — удивился Блейк.

— Она с Мадам… — уклончиво ответила Манон. Ее ответ встревожил Блейка:

— Как вы думаете, что они делают?

— Не знаю…

— Но там, по крайней мере, не происходит никакая встреча?

— Если Мадам узнает, что я вам проболталась, она очень рассердится.

— Когда они приехали?

— Как раз когда вы с Филиппом ушли за елкой. Блейк посмотрел на часы:

— Значит, они здесь уже больше часа. Их двое?

— Эндрю, прошу вас, не вынуждайте меня…

— В темных костюмах.

— Они даже пальто не сняли, сразу пошли с Мадам и Одиль в парк.

У Блейка кровь застыла в жилах.

— Они пришли, чтобы заставить ее подписать! Эндрю повернулся к Филиппу:

— Пожалуйста, пойди к себе, возьми ружье и иди к главным воротам. Они не должны уехать с договором о продаже.

— О’кей, я понял. Если хочешь, я буду изображать плохого полицейского, а ты хорошего.

— Что это значит?

— Я буду злиться как черт, а ты будешь спокоен — они предпочтут разговаривать с тобой.

— Why not?[11]

Машина посетителей стояла возле главных ворот. Эндрю смотрел на нее из-за решетки, расхаживая туда-сюда, точно тигр в клетке. Примчался Филипп с ружьем за спиной и Юплой, которая то и дело ныряла в снег.

— Для чего ты привел собаку?

— Я подумал, что так будет страшнее.

— Зачем ты надел на нее намордник?

— Это сторожевая собака. Без намордника она, чего доброго, еще принесет им палочку или попытается лизнуть в лицо…

Блейк посмотрел в сторону парка.

— Я сомневался, что Мадам решится на такое.

— Ты думаешь, она продала им часть леса под застройку?

— А что же еще? Она больше не говорит о денежных проблемах. Она даже планирует переделать ванную комнату.

— Это плохо?

— Я навел о них справки. Учитывая методы, которыми они действуют, и жгучую потребность Мадам в деньгах, ручаюсь тебе чем угодно, что они воспользовались ее ситуацией. А поскольку она все решала одна, сидя в своих четырех стенах, не сомневаюсь, что они милейшим образом обвели ее вокруг пальца…

— Но если она не продаст, то впадет в нищету?

— Решение можно найти. Есть и другие способы, не только это жульничество. Интересно знать, сыграл ли тут банк какую-то роль, оказывал ли давление…

— Ты думаешь?

— Ты даже не представляешь, на что способны некоторые ради таких деньжищ… Сейчас мы должны помешать этим акулам слопать Натали. У тебя ружье заряжено?

Филипп снял со спины через голову ружье и потряс им.

— Я подумал, что, если дело примет дурной оборот, всегда можно будет стрельнуть в воздух, чтобы их припугнуть.

— Ты ничем не рискуешь. Мы заберем бумаги и не станем никого убивать.

— Ты и вправду странный малый, Эндрю…

— Как я должен это понимать?

— Нет, ну все-таки. Ты наводишь справки о фирмах, ты знаешь гораздо больше про Мадам, хотя я поступил на работу на несколько лет раньше тебя… Скажи… Ты всегда был мажордомом?

— Тебе я могу признаться. Я был еще балериной и торговал на рынке рыбой. Приготовься, они идут.

Четверо расстались в заснеженном парке. Мадам и Одиль направились к замку, а двое мужчин, посмеиваясь, пошли к своей машине. Они уже подходили к воротам, когда из-за кустов появились Блейк и Манье. Управляющий держал наготове ружье и дергал за поводок Юплу, поэтому казалось, что она вот-вот с него сорвется и набросится на чужих, тогда как в действительности бедному животному просто не давали спокойно идти.

— Здравствуйте, господа! — громко сказал Блейк. Молодые люди остановились удивленные.

— У нас была деловая встреча с владелицей, мадам Бовилье. Вы что, егеря?

— Можно сказать и так.

Один из агентов показал на роскошный седан, припаркованный за воротами:

— Простите, если потревожили, мы немедленно уезжаем. Он попытался толкнуть калитку, но она была заперта.