Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 82
Старик со сломанной ногой сказал что-то на урду. В ответ я покачал головой. Старик похлопал себя по щекам и усмехнулся беззубой улыбкой.
– Очень хорошо, – сказал он по-английски. – Иншалла.
– Спасибо, – прошептал я и попросил забрать зеркало.
Пришли Фарид и Сохраб. Мальчик сел на табурет и оперся лбом о спинку кровати.
– Знаешь, чем быстрее мы отсюда исчезнем, тем лучше, – начал Фарид.
– Доктор Фаруки говорит…
– Я не про госпиталь. Я про Пешавар.
– А в чем причина?
– Рано или поздно до тебя доберутся. – Фарид понизил голос: – У талибов здесь много друзей. Они будут тебя искать.
– Похоже, уже нашли, – пробормотал я и вспомнил вчерашнего человека в коричневом, который зашел в палату и долго смотрел на меня.
Фарид наклонился поближе:
– Как только начнешь ходить, увезу тебя в Исламабад. Там тоже не очень безопасно, как и всюду в Пакистане, но все лучше, чем здесь. По крайней мере, выиграешь время.
– Фарид, ты же сам в опасности. Может, тебе не стоит возиться со мной? У тебя ведь семья.
Он только усмехнулся:
– Я не работаю даром. Ты заплатишь за мой труд.
– Еще бы нет!
Я опять попробовал улыбнуться. По подбородку потекла струйка крови.
– Окажи мне услугу.
– Для тебя хоть тысячу раз подряд.
Тут из глаз у меня полились слезы. Соленые, едкие. Всхлипывать было ужасно больно.
– Ты что? – забеспокоился Фарид.
Я прикрыл лицо рукой. Вся палата уставилась на меня. Напрягшись всем телом, я сдержал рыдания.
Навалилась свинцовая усталость.
– Извини, – пробормотал я. Какое мрачное у Сохраба лицо!
– Рахим-хан сказал, они живут в Пешаваре, – выговорил я.
– Запиши их имена, – предложил Фарид, не отрывая от меня встревоженных глаз.
«Джон и Бетти Колдуэлл», – нацарапал я на клочке туалетной бумаги.
Фарид спрятал бумажку в карман.
– Срочно разыщу их. – И Сохрабу: – Вечером я тебя заберу. Постарайся не очень надоедать Амир-джану.
Штук шесть голубей, сгрудившись, клевали крошки за окном. Сохраб не отрывал от птиц глаз.
В среднем ящике тумбочки я обнаружил старый номер «Нэшнл джиографик», огрызок карандаша и щербатую гребенку. Лицо заливал пот, но усилия мои не прошли даром: в дальнем углу ящика я нащупал колоду карт.
Пересчитал. Все карты налицо.
– Хочешь сыграть? – спросил я у Сохраба, не особенно надеясь на ответ.
– Я только в панджпар умею. Ответил все-таки.
– Мне тебя жалко. Я большой мастер панджпара. Мировая знаменитость.
Сохраб отошел от окна и сел на табурет рядом с моей койкой. Я сдал ему пять карт.
– В твои годы мы с твоим отцом частенько играли в эту игру. Особенно зимой, когда шел снег и на улицу было не выйти. Мы просиживали за картами до самого заката.
Он зашел и взял карту из колоды. Пока Сохраб обдумывал ход, я украдкой наблюдал за ним. Во многом он был вылитый отец, так же держал карты двумя руками, так же щурился, так же старался не смотреть партнеру в глаза.
Игра шла в молчании. Первую игру я выиграл, вторую отдал ему. В следующих пяти по-честному победил Сохраб.
– Ты играешь так же здорово, как твой отец, может, даже лучше, – похвалил я мальчика. – Иногда я у него выигрывал, но, по-моему, он поддавался.
Помолчали.
– У нас с твоим отцом была одна кормилица, – сказал я неожиданно.
– Я знаю.
– А что еще… он рассказывал про нас?
– Говорил, ты был его самый лучший друг. Я вертел в руках бубнового валета.
– Не такой уж хороший друг из меня вышел. Лучше мне подружиться с тобой. Тебе бы я стал настоящим другом. Что скажешь?
Я хотел положить руку Сохрабу на плечо. Он отодвинулся вместе с табуретом, бросил карты на кровать, вскочил и подошел к окну.
Закат окрашивал безоблачное небо в алые и пурпурные тона. С улицы доносились вопли осла, автомобильные гудки, свистки полицейского. Спрятав кулачки под мышками, Сохраб прижался лбом к стеклу.
Айша привела медбрата, чтобы тот помог мне сделать первые шаги. Опираясь одной рукой на стойку капельницы (она на колесиках), а другой ухватившись за плечо подручного, я, обливаясь потом, сделал по палате один круг. Это заняло у меня минут десять. Потом пришлось лечь – разболелся разрезанный живот и заколотилось сердце.
Где ты, Сорая, любимая моя жена?
Большую часть следующего дня мы с Сохрабом в молчании играли в панджпар. Время от времени я вставал с кровати и ковылял по палате, пару раз выходил в туалет. А так карты и карты.
Ночью мне приснилось, что в дверях палаты стоит Асеф с медным шариком в глазнице. «Ты такой же, как я, – объявил мне Асеф. – У вас с ним была одна кормилица, но ты мой близнец».
Назавтра я сказал Арманду, что собираюсь покинуть госпиталь.
– Для выписки еще слишком рано, – заволновался тот. Вместо халата на нем были синий пиджак и желтый галстук, волосы лоснились от бриолина. – Вам еще не отменили внутривенные антибиотики и…
– Мне надо торопиться, – решительно произнес я. – Спасибо за все, что вы для меня сделали, но мне пора.
– Куда отправитесь? – спросил Арманд.
– Не скажу.
– Вы же еле ходите.
– Я уже могу дойти до конца коридора и обратно, – возразил я. – Справлюсь.
План у меня был такой: выписаться, забрать из банка деньги, оплатить больничные счета, отвезти Сохраба в детский дом к Колдуэллам и уехать в Исламабад. Там можно будет отдохнуть пару дней перед отлетом домой.
План как план. А тут Фарид.
Раннее утро.
– Твоих друзей, этих самых Бетти и Джона Колдуэлл, в Пешаваре нет.
Я уже сидел на кровати при полном параде. На то, чтобы натянуть пирхан-тюмбан, у меня ушло целых десять минут. Подниму руку – болит грудь. Опущу руку – болит живот. Нагнусь – болит все тело. С грехом пополам попихал скарб в бумажный пакет. Но, как бы там ни было, Фарида я встретил во всеоружии.
Сохраб сел рядом со мной.
– С чего начнем? – осведомился я.
Фарид только головой покачал:
– Ты что, не понял? Колдуэллов в Пешаваре нет. И не было никогда. Так мне сказали в американском консульстве. Правда, может, они в каком другом городе.
Сохраб рядом со мной перелистывал страницы «Нэшнл джиографик».
Мы забрали деньги из банка. Пузатый менеджер с мокрыми пятнами под мышками источал улыбки и заверял, что вся сумма в целости и сохранности.
– Никто и близко к деньгам не приближался, – качал он в воздухе указательным пальцем. Ну совсем как Арманд.
Мотаться по Пешавару с такой кучей денег в пакете – предприятие весьма рискованное. Да тут еще в каждом бородаче я видел наемного убийцу, подосланного Асефом. Как назло, бородатых по дороге попадалось хоть пруд пруди. И каждый выпучивал на меня глаза.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 82
