Эту песню поет деду Луке тофалар Оюн. Где он услышал эти стихи? Неизвестно. Может, сам сочинил, или кто подсказал. Только эффект остается неповторим: дед Лука тотчас качает головой Софье. Та скоро наливает мужчинам по кружкам медовуху. Те в меру выпивают содержимое и продолжают степенный, обстоятельный разговор о жизни.
Женщины сидят по другую сторону стола. У них свои мысли. Насытившись разным угощением, дети играют неподалеку на поляне. Звонким смехом, шумом, гамом наполнен угрюмый лес. Восемь проворных ребятишек, мальчиков и девочек, русских и тофов заполняют окружающий мир идиллией продолжения жизни. Восемь лет прожито не зря! Так случилось, у русских и тофов по четыре ребенка: пополам. В тот памятный год, когда у Оюна Баканаева ограбили лабаз с соболями, он сосватал сыну Тулюшу Сыяну, дочь бедного охотника Табаргаева. С тех пор Сыяна родила Тулюшу четверых детей, двух мальчиков и двух девочек, последняя еще просила у молодой матери грудь. У Погорельцевых тоже четверо потомков, также двое мальчиков и две девочки.
Пока днем взрослые правят бал, дети дружно играют отдельно, не мешая и не навязывая внимание к себе. Но когда наступает вечер, наступают сумерки и родители разводят большой костер, малыши собираются вокруг, ожидая, когда кто-то из них начнет рассказывать сказку. Главным сказителем является Оюн. Никто из взрослых не может так живо и свободно преподнести животрепещущий мир тайги и животных, как он. Вот Оюн начинает говорить про кедр, показывать руками, как гнутся на ветру его ветки, качается пышная макушка и скрипят корни. Следующая сказка о быстром зайце. Вот уже малым потеха, как старый Оюн, приседая и подпрыгивая по поляне навеселе, падает в обе стороны. А ну, как начнет искусный сказитель ведать о злых, серых медведях да духах тайги, тут и взрослым становится страшно от волнительных, глубоких слов Оюна. Вот тогда наступает то самое время, когда в темноте, наблюдая тени пляшущих кедров, малые озираются по сторонам, а взрослые задумываются о своем назначении в этой жизни.
Сегодня Оюн добр больше обычного. Возможно, этому способствует старое, доброе отношение желанной встречи с дорогими сердцу людьми Погорельцевыми. Или детвора, лаская и тиская его со всех сторон, говорит, какой он хороший. А может, секрет заключается в таинственном настое золотистого напитка, который предлагает Оюну хитрый дед Лука.
Оюн не против угощения. Он благодарно принимает из рук хозяина староверческой заимки медовую купель, пьет с дедом Лукой из одной посуды, целуется, плачет от радости. А потом поет свою любимую песню о том, как прекрасна тайга весной, как девушка в молодости; как ему хорошо ехать на олене по Саянским перевалам; почему стоят горы, и прочие картины кочевой, промысловой жизни. В песнях Оюна нет склада и стихосложения, в куплетах нет рифмы, слова просты и примитивны, как сама душа честного, справедливого человека тайги. Однако в голосе Оюна выражен уклад жизни кочевого охотника, радость, боль, надежда, открытость, простота щедрость, незлопамятность. В них выказано то, что заложено в сознании, открытом сердце. Душа Оюна легковосприимчива, как у ребенка. Его легко обмануть, но тяжело обидеть. Тоф простит обман, но обиду никогда.
Дедушка Лука сегодня в «ударе»: к нему приехал самый лучший друг Оюн! Он пьет с ним из одной кружки, ест из чашки, грызет один и тот же вяленый кусок марала и принимает из рук тофа сладкий балык тайменя. Мария Яковлевна, Софья и Таня крестятся: свят-свят! Завтра утром, очнувшись, дед Лука сам будет плеваться, замаливать грехи свои, что так безбожно вел себя в общении с пришлыми людьми. Однако сейчас дедушке Луке все нипочем, вошел в образ, грозит женщинам кулаком и ругается нехорошими словами. Фома Лукич смотрит на отца хмуро, но делать нечего, сдерживается: нельзя детям перечить своим родителям!
Наконец-то пришло самое время. Дети гурьбой, как дрозды на рябину, наскочили на хмельного Оюна:
– Расскажи сказку!
Оюн смеется и плачет от счастья! Он любит ребятишек, всех их считает своими. А под влиянием чудесного напитка это чувство имеет троекратную силу.
– Какую сказку говорить? – едва удерживаясь на пятой точке опоры, спрашивает Оюн, протягивая руку за трубочкой.
– Про братьев-медведей! – наперебой кричат малые и тут же усаживаются подле, ожидая священнодействия.
Наконец-то все готово. Оюн набил трубочку табаком, подкурил от костра, значимо поднял кверху палец, так, что даже взрослые умолкли, и начал свой рассказ:
– Не знаю когда, давно очень, жили три брата тофа! Других тофаларов в тайге тогда не было. Не было в тайге и медведей. Братья жили дружно. Однажды они поссорились друг с другом, и дальше уже жить вместе не могли. Тогда один из них ушел в лес и сделался медведем – Ашкиняк, зверь-мужчина. А два других брата ушли вверх по реке, под белки, стали жить там, ловить рыбу и промышлять зверя. От первого брата получился весь медвежий род, заселивший тайгу. Второй брат однажды выловил в озере большую рыбу, женился на ней, и от этого рода пошел весь тофаларский народ. Однако ссора между братьями продолжается и у их потомства. До сих пор медведи и тофалары находятся в ссоре друг с другом. Все же теперь и медведь тофалару немного брат. Но если медведь встретит в лесу тофалара, то кто-нибудь из них должен быть убит. Когда тофалар убьет медведя, то прячет его кости в дупло, чтобы другой медведь не нашел их и не стал мстить убийце…
Оюн доволен. Его рассказ произвел надлежащий эффект. Дети притихли, испуганно озираясь на темный лес: вдруг там, за деревьями, стоит Ашкиняк? На взрослых слова тофа подействовали по-разному. Однако никто не смел перебить охотника. У каждого из присутствующего есть свой эпизод встречи с хозяином тайги. И не каждый из них приятен.
Оюн на минуту замолчал, пригубил из кружечки, пыхнул табаком. Дети не заставили его долго отдыхать:
– Расскажи, как Ашкиняк в братьев камни бросал!
Довольно улыбаясь, Оюн качает головой, начинает новую легенду:
– Вот один раз захотели братья подняться на самую большую гору. Там, под самой вершиной, была большая пещера. Говорят, в ней жил сам Хозяин гор. Но не было еще такого человека, кто бы добрался до этой пещеры. Многие пробовали, но только доберутся до половины горы – налетает ветер, тучи появляются, сверкают молнии, хлещет дождь, град, потом валит снег. И еще Хозяин гор приказал Ашкиняку караулить вход в пещеру. Подошли братья к подножию горы, попрощались со своими друзьями, выломали себе палки покрепче, проверили ножи на поясах, полезли вверх. Отвесные скалы загородили им дорогу. У подножия белели кости тех, кто раньше ходил сюда. Для братьев скалы были игрушкой. Перемахнули они через них, пошли дальше. Только ветер срывает с них одежду, толкает в бездонные пропасти да слепит глаза. Забираются братья все выше и выше. Вот уже пройдена половина пути, над головой видно пещеру. Тогда налетел дождь. Он лил без перерыва, и каждая его струя была точно ствол кедра. Струи сбивали парней с ног, пенилась в камнях вода, но парни привязали себя ремнями к скалам, и тучи ничего не смогли сделать. Пришел туман. Братья легли на землю и поползли. Тогда Хозяин гор напустил на них снег. Он валил много дней, преграждая братьям дорогу. Но братья вырыли под снегом ход, и наконец-то пробрались в пещеру. Они увидели там все богатства Саян: драгоценные камни, золото, невиданные металлы. Братья взяли немного золота, побежали вниз, хотели рассказать людям. Хозяин гор на них разозлился, велел Ашкиняку бросать в братьев камни. Ашкиняк стал бросать камни вниз. Они разбудили снег, много снега! За братьями побежала большая лавина. Она сметала все на своем пути, хватала на своем пути большие камни и катила их вниз. Два больших камня догнали братьев и задавили их сверху. С тех пор в Саянах, под горой Хайбыты, лежат два больших камня. Их зовут братьями. Никогда братья не смогут выбраться из-под камней. Так приказал Хозяин гор, потому что нельзя показывать богатства Саян людям. Богатство и золото делает людей злыми. Пусть люди всегда будут добрыми и дружными!..
