— Завтра я лечу с тобой в Чикаго. Сходишь сегодня поужинать со мной и моей тетей?
Он закладывает страницу и откладывает книгу в сторону.
— Конечно. Мы встречаемся с ней в Миннеаполисе или она приедет в Грант? — Я говорила Келлеру, что у меня есть родственница в Миннеаполисе, но намеренно не вдавалась в детали, потому что это, вроде бы, такая ситуация, когда ничего хорошего рассказать нельзя.
— Миннеаполис. Будешь готов через пятнадцать минут?
Он уже на полпути в ванную.
— Захвати мне джинсы и рубашку. Я быстро приму душ. Хочешь со мной?
На лице сразу же расползается улыбка. Eго флирт немного снимает напряжение, сковывающее мое тело.
— Да... Но тогда нам потребуется больше, чем пятнадцать минут и мы пропустим ужин.
Келлер пожимает плечами.
— Неудачная попытка.
С каждым днем он все более и более притягателен.
Мы подъезжаем к дому Мэдди в 7:15. Она сказала, что будет готова.
В ее глазах появляется голодный, хищный взгляд, когда она открывает дверь и видит Келлера. Как будто ее мозг пытается решить для себя — то ли проглотить его целиком, то ли потянуть подольше и насладиться каждым кусочком. Келлер тоже замечает это. Черт, да даже слепой парень через дорогу заметил бы. Когда я представляю его, Келлер пожимает ей руку, не отпуская меня от себя.
Предлагаю пойти поужинать туда, где мы завтракали с Мэдди несколько месяцев назад. Вкусно, дешево и, самое главное, это не суши. Келлер поддерживает меня и Мэдди даже не жалуется, хотя я знаю, что обычно она не так проводит вечера пятницы. Вот и сегодня она выглядит как высокооплачиваемая работница эскорт-службы.
Мы идем рядом друг с другом вниз по улице. Келлер между нами. Он держит мою руку двумя своими. Наверное, боится, что одна из его рук окажется свободной, Мэдди сразу же схватится за нее. Возможно, он прав. Она полностью ведет разговор и до сих пор не задала мне ни одного вопроса. Все ее слова адресованы Келлеру.
Начинаю думать, что она вообще забыла о моем присутствии. Я так устала, что это даже в каком-то роде облегчение, потому что мне не нужно обмениваться фразами или следить за тем, что говорят. К тому же, еще и забавно наблюдать за тем, как она старается изо всех сил впечатлить его.
Он не впечатлен.
Совсем.
Буду ему должна.
Во время ужина я делаю для себя мысленные "заметки" и, судя по всему, за несколько месяцев в жизни Мэдди ничего не изменилось. Я надеялась, что совместная с Моррисом аренда квартиры облегчит ее финансовое положение, и она сможет заглянуть в себя поглубже, и найти смысл в других вещах. Судя по всему, этого не произошло.
Может из-за усталости или из-за лекарств, а может, потому, что в глубине души я просто черствая сука, но слушать ее я больше не могу. Моим планом на сегодняшний ужин было поговорить с ней начистоту. Я не уверена, что увижу ее еще раз, поэтому мне хочется быть уверенной, что я сделала все возможное, чтобы достучаться до нее.
— Мэдди, — она вздрагивает при звуке моего голоса. Определенно она забыла обо мне. — Мы давно не виделись. Как тебе живется с новым соседом? — Решаю начать с простых вопросов.
— Моррис — такая душка. Мне повезло, что я нашла его. — Мэдди снова разговаривает с Келлером. Он кивает головой, как делаю я, когда мне надоедает ее слушать или если она говорит что-то невероятное. Я едва сдерживаю смех. — Келлер, это было просто сумасшествием. Моррис только переехал из Лондона.
— Манчестера, — бормочу я, но она не слышит меня и продолжает говорить:
— Он не знал ни души и искал где бы остановиться. Несмотря на то, что мне нравилось быть единоличным обитателем двухкомнатных апартаментов, я просто не смогла сказать "нет", когда бедный парень практически умолял меня позволить ему въехать.
Вау. Это слегка отличается от того, что помню я. Такое ощущение, что мы играем в "испорченный телефон"... и я последний участник... в очень длинной цепочке.
Но Келлер тоже не идиот. Он может читать между строк.
— Это действительно такая удача. Как вы встретились?
Мэдди уклоняется от ответа, потому что в этой истории она должна выглядеть спасительницей, а все остальное — несущественно. — Я точно не помню.
Меня разбирает смех, потому что: а) она действительно не помнит, или б) просто делает вид, что не помнит; в любом случае, как по мне, так это дерьмово.
Обычно я предпочитаю не обращать внимания на подобное, но только не сегодня.
— Ты не помнишь, кто представил тебя Моррису?
Она отводит взгляд от Келлера и смотрит на меня, как на маленького ребенка, которому лучше помалкивать.
— Это неважно, Кейт.
Я натягиваю на лицо фальшивую улыбочку.
— Полагаю, что так, — и сквозь зубы едва слышно добавляю, что "рада была помочь".
Келлер потихоньку хихикает. Он слышал меня и знает, что происходит.
— Келлер, дорогой, над чем смеешься? — Она прямо-таки мурлычет, а не говорит. Правда, правда. Меня это начинает раздражать.
— Да так. Прости, я просто вспомнил о том, что мне чуть раньше сказала Кейти, — прочистив горло, говорит он.
Мэдди мрачнеет, но сдаваться не собирается.
— Малышка Кейт никогда не говорила, что с кем-то встречается. И как давно она скрывает тебя?
Перед тем как ответить, Келлер смотрит на меня и подмигивает. Судя по-всему, нас ожидает небольшое развлечение.
— Я влюбился в нее с первого взгляда несколько месяцев назад, но встречаться мы начали только недавно. Кейти — необыкновенная, мы идеально подходим друг другу: и эмоционально, и интеллектуально, и сексуально. Другие женщины для меня не существуют.
Мне хочется покраснеть, потому что я знаю, что Келлер на самом деле так и думает, но выражение лица Мэдди... оно бесценно. Чувствую себя победительницей.
Триумф напрочь отбивает мое смущение.
Келлер целует меня в щеку, давая понять, что он хочет выйти.
— Детка, мне нужно в туалет, а потом... если ты не возражаешь, я готов отвезти тебя домой. — Еще одно подмигивание.
Черт, он знает, как красиво уйти. Его новообретенная уверенность невероятно возбуждает меня. Теперь я готова отправиться домой и совсем не потому, что мне надоела наша компания за ужином.
Я встаю и пропускаю Келлера, который шепчет мне на ухо, что "это все правда"
У Мэдди практически текут слюнки, когда она глазами поедает задницу удаляющегося от нас Келлера. У нее совершенно нет стыда.
Прочищаю горло, чтобы привлечь ее внимание. У нас есть еще не решенные дела.
— Гм, Мэдди, я хотела спросить, как у тебя дела? Ты ходила к доктору? — Все, легких вопросов больше не осталось.
Она закатывает глаза.
— Мы больше не будем об этом говорить. Понятно?
