Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 76
Дальше разворачивалось так.
Я ждал на работе, когда поступит сообщение о трупе гражданки Воробейчик. Меня, как дознавателя, конечно, на убийство не послали б. Это дело следователя. Но я сразу как пришел — устроил крик у Свириденко, что меня затирают, а я хочу учиться дальше, дойти до следователя. А тут черт знает что творится. Следователи такие же, как я, считай, без образования, а при должности, и я у них на побегушках.
Свириденко сам заорал:
— Следователи завалены по горло, двоих арестовали, остальных трясут, меня к стенке прижимают, шьют заговор прямо на рабочем месте. Ну что им надо? Что? Гитлера им надо, чтоб успокоились, занятие себе нашли? Короче! Если что поступит — твое. Бери и проявляй себя на полную катушку. Раскроешь — учиться направим в Харьков. Учти. Я кадры ценю.
Через четыре часа поступило сообщение.
Я выехал на расследование.
Был и за оперативника, и за дознавателя, и за следователя. Поручений никому не давал, всюду бегал сам вместо опера.
Потом Моисеенко покончил с собой. Дело закрыли.
Дальше — как было, так было.
Евсей, бедный, видел — расследование веду я, тем более под видом бытовухи, в МГБ дело не передается, всюду я сам, никого не подключаю, держу режим секретности, с ним не делюсь. Тем более — я по сути дознаватель, а не следователь. Уже странно и вызывает кривотолки и подозрения. Евсей же смотрел внутрь этого дела, а не на поверхность, как все. На поверхности — убийство из ревности, плевка не стоит. А Евсей знал — любовь ни при чем. Хоть задавись — ни при чем. Лилька перед ним насквозь представала в своем истинном свете — дети и прочее заодно с Лаевской. Не то что передо мной. Гутин и укрепился в мысли, что выхода у него другого нету, кроме как стреляться из табельного оружия. Не ждать, пока за ним придут.
В первый раз за долгое время я не думал про Лаевскую и Лильку.
Думал про Евсея.
Если б он поделился со мной своими сомнениями. Если б он своим ко мне недоверием не предал нашу дружбу.
Лаевской я никогда больше не видел и не встречал, как говорится в подобных обстоятельствах места и времени.
Я долгие годы чувствовал нутром, что расскажу эту историю — или письменно, или устно. Устно не пришлось — надежный слушатель не встретился. Голосом, глаза в глаза, конечно, было б лучше и наглядней. К тому же нельзя исключать вопроса навстречу, который способен столкнуть рассказчика на другой лад. Или вспомнить забытое.
Я начал описывать данный случай как пример работы. Не для того, чтоб замаскировать свою роль в происшествии далекого пятьдесят второго года. А для того, чтоб освободиться от предвзятого к себе отношения с первого слова. Для объективности. Которая и есть главная цель правосудия.
Пример раскрывают исключительно на достоверных фактах. Я так и излагал. Но постепенно выяснилось: и факты порой обманывают, если их пристально осмотреть со всех сторон. В данном случае некоторые факты выступают якобы против меня. Но даже если это и так, я не виноват.
Жизнь решается не здесь. Я раньше думал — здесь. А потом переменил свое мнение, несмотря на то что в 1959 году с хорошими показателями закончил Харьковский юридический институт заочно и долгие годы работал следователем.
Остальное — своим чередом.
КОНЕЦ
© Хемлин М.М.
© ООО «Издательство Астрель»
Исчезните спать (идиш).
Мальчик (идиш).
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 76
