Ирина Левитес - Боричев Ток, 10

— Глупости какие, — морщится Нина. — Мой руки и садись. Сейчас борщ налью.

— Не! Борщ я уже ел. Только что. И котлеты.

— Вот поросёнок! — возмущается Нина, но вовремя спохватывается. Криком от младшего брата ничего не добьёшься. Надо по-хорошему. Тем более что времени мало. Вот-вот Алик с сотрудницей Светой появятся.

— Валерочка, ну иди уже к Оле. А я тебе потом пластилин принесу.

— Не-а!

— Ну Валерочка, ну миленький, ну хорошенький. Уходи.

— Не-а!

— А хочешь, я тебе страшную тайну открою? Валерик оживляется. Тайны он уважает. Когда

их не хватает, придумывает сам. Его огромные глаза делаются ещё больше, и он восторженно смотрит на сестру.

— Только никому не говори, понял? — Нина шепчет брату на ухо:

— К нам в гости идёт невеста.

— А лепить она умеет? Из пластилина?

— Пока не знаю. Её никто не видел. Только не забудь, что это тайна. Наш Алик женится.

Валерик, потрясённый тем, что ему доверили страшную взрослую тайну, на цыпочках уходит, тихонько притворяя за собой дверь. Опасается, что тайна может выскочить и убежать. Но потом до него доходит. Тайна растёт, разбухает и вырывается наружу. Валерик кубарем скатывается во двор и, набрав побольше воздуха, истошно вопит:

— Наш Алька женится!

С крыши беседки срываются голуби и суматошно хлопают крыльями. Вздрагивает старый дом, распахивает удивлённые окна, из них выглядывают толстая Бася, Мира Наумовна, дедушка Сема и даже бабушки Лиза и Века. Подпрыгивает скамейка, вскакивают тётя Фира и тётя Голда. Звенят старые тазы, вёдра и корыта в сарае, сыплется труха и высовывается дядя Петя-рыбак. Останавливается тётя Маша, роняет тяжёлые сумки, хватается за сердце. Падает с велосипеда Славик. Замирают на ступеньках, ведущих с Боричева Тока во двор, Алик и незнакомая девушка.

А Валеркин крик летит над двором, отзывается эхом в подворотне, вырывается на улицу:

— Ура! Наш Алька женится!