Али Смит - Ирония жизни в разных историях

Я стою на кухне возле холодильника и молюсь, чего не делал целую вечность. Забыл, когда молился Богу последний раз, уже не знаю, как это делать. Я доведен до отчаяния, но остаюсь вежливым.

Ты сейчас там, куда я не могу добраться или откуда не могу услышать тебя, и тебе больно.

Я заключаю сделку: обещаю снова стать примерным католиком, если только ты вернешься целой и невредимой.

Ты сейчас где-то и не хочешь, чтобы я знал об этом, с кем-то и не хочешь, чтобы я знал об этом.

Девять. Я сижу на диване. Рассматриваю ногти на руках. Изучаю ногти больших пальцев, сначала на одной руке, потом на другой. Интересно, что бы случилось, не будь ногтя на большом пальце, или на указательном, или на мизинце. Как известно, такой метод пытки причиняет мучительную боль. Однажды я смотрел передачу, где говорили, что наши ногти — это остатки когтей животного и неандертальца; они защищают нервы на пальцах и сделаны из протеина, кератина. А еще отрастают очень быстро, за неделю становятся намного длиннее. Ногти какое-то время продолжают расти даже после смерти, как и волосы. Они растут сами по себе. Это всем известно.

Помню, несколько лет назад ты решила отучиться грызть ногти, позволяла себе грызть только один ноготь в день: в понедельник на большом пальце, во вторник на указательном, и так далее. Пытаюсь вспомнить, избавилась ли ты от этой привычки, по - прежнему грызешь только какой-то один ноготь или больше вообще их не грызешь. Не могу вспомнить. Я даже не знаю, какие у тебя ногти: короткие или длинные.

Десять.

Ты снова произнесла мое имя в трубку телефона из супермаркета. «Алло? — говоришь ты. — Любимый? Ты еще здесь?»

— Да, — сказал я.

— Так чем же ты занимался сегодня вечером? — спросила ты.

— Все, как обычно, — ответил я. — Слушай, ты не хочешь, чтобы я подъехал на машине и забрал тебя? На это уйдет всего лишь полчаса.

— Нет, — возразила ты. — Я на самом деле хочу прогуляться. К тому же скоро будет светать.

Ну конечно, совсем скоро наступит рассвет; ведь это же апрель. После того, как мы оба повесили трубки телефонов, я позвонил в банк, запер все двери, почистил зубы и отправился спать, завел будильник на четыре часа вперед, лег на свою половину кровати и постарался заснуть в оставшееся время, закрывшись твоей подушкой от света.

— Пойду позвоню в банк от твоего имени, — сказал я.

— Не уходи пока, — попросила ты.

Я посмотрел на часы.

— Еще пять минут, ладно? — взмолилась ты.

— Договорились, — отозвался я.