Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 97
– Не гикнулся?
– Не-а. Я первым делом сбегал – проверил. Ну после того, как нашел щит. Теперь бы ещё съесть что-нибудь, да эти гады в холодильнике ничего не оставили.
– Хорошо. Тогда следующий вопрос. Как ты узнал…
– Что вы этот хозяин? Ну, высчитал. А нельзя было?
– Можно. У нас почти все высчитали – кроме тех, кто просто догадался.
– У вас, наверное, времени свободного – куча, да? Вам ведь спать совсем не надо. Мне бы так. Половину жизни на сон трачу!
– Спать не надо, ты прав. Но хотя бы пять часов в сутки мне следует… не подобрать подходящего слова… ну, допустим, мечтать. Вроде как видеть сны наяву.
– А, типа медитации?
– Нет, вряд ли, хотя можно и так сказать, если тебе будет понятнее. Не менее пяти часов. Лучше больше. Иначе чувства перестают меня слушаться: пропадает и искажается слух, осязание, зрение…
– Слушайте, а вы… вы хорошо видите?
– Вполне. Дело в том, что в моём, хм… состоянии это всё – условности. Если не пренебрегать пятичасовым отдыхом, разумеется. И как бы тебе объяснить…
– Не надо мне объяснять… То есть не в смысле, что я знать не хочу. Просто я уже сам понял.
– Надо же, не надо объяснять, – улыбнулся Даниил Юрьевич, привстал на цыпочки и достал с верхней полки пирожок. Самый обыкновенный, свежий такой пирожок с капустой. – На вот тебе. Приз за сообразительность.
– О, мегаспасибо! – вцепился в еду Гумир. – Так вот, я и подумал, что можно не особо париться, верно? У меня же при таких раскладах времени – неограниченное количество. Я там смогу работать над своей системой столько, сколько потребуется. Да ещё и зрение ко мне вернётся. То есть можно хоть завтра помирать.
– Не-а, – цокнул языком Даниил Юрьевич, легко подпрыгнул и уселся на конторку референта. – Видеть-то ты будешь, но действовать не сможешь. Станешь бесконечно усовершенствовать свою систему, пока не возненавидишь её.
– Зачем ненавидеть? Я её людям отдам.
– Не сможешь. Вас замкнёт друг на друга. Со временем ты станешь её частью, а она – частью тебя, и отпустить друг друга вам будет не так-то просто. Уж я-то знаю.
– Ой, простите, я не хотел. – Гумир сделал шаг назад и даже жевать перестал.
– Пустяки, это всё уже в прошлом. И даже когда вы разожмёте губительные объятия, ты не сможешь отдать людям то, что ты сделаешь после смерти. Даже если захочешь. Этого просто никто из живых не увидит.
– Ик! – Гумир от неожиданности подавился пирожком, услыхав о такой перспективе. – И чего теперь делать?
– Сколько лет потребуется на доработку твоей системы?
– Лет? Не знаю даже. Но можно её уже в тестовом режиме запускать, прямо сейчас. И доделывать уже в процессе.
– Тогда запускай. Или ты боишься выпустить эту игрушку из своих рук? Думаешь, что, придут мальчишки из соседнего двора и поломают её?
– Там невозможно ничего серьёзно поломать, система от этого только сильнее станет.
– Тогда почему ты всё ещё стоишь здесь, а не бежишь к своему компьютеру? – строго спросил Даниил Юрьевич и как будто бы немного подрос и стал шире в плечах. – Думаешь, что, когда твоё желание исполнится, жизнь потеряет смысл?
– Да какой там потеряет, я же говорю – доделывать всё равно придётся, – пробормотал Гумир, непроизвольно делая ещё один шаг назад.
– Тогда в чём дело? – Даниил Юрьевич, казалось, ещё немного вырос, голос его обрёл металлические нотки, тон стал резким и неприятным. – Тебе на самом деле неважно, принесёт твоя работа пользу людям или нет, тебе просто хочется работать? Так? Нет в этом ничего страшного и постыдного. Куда страшнее неправильно выбрать цель. Ну что, понял, чего ты боишься? Почему не позволяешь исполниться своему желанию?
– Подождите-подождите! – Гумир даже рукой от него заслонился, как от слишком яркого солнечного света. – Не убивайте меня! Не боюсь я выпустить игрушку из рук. Просто хочу сделать это в самый подходящий момент.
– Этот момент наступил, – раздался чуть левее сонный голос Константина Петровича. А потом из кучи тряпья, валявшегося на диване, высунулась его рука, пошарила по журнальному столику, обнаружила очки, вернулась обратно в кучу тряпья, и вскоре оттуда вынырнул уже целый Цианид собственной персоной, облачённый в неопределённые обноски повышенной затёртости.
– Вот кто свет-то везде выключил, – мстительно потёр руки Гумир, запихивая в рот остатки пирожка. – Ох и полушишь ты у меня шейшас!
– Мало мне Лёвы, можно подумать, – невозмутимо отвечал Константин Петрович, поправляя очки. – Кстати, именно Лёве ты можешь предъявить свои вполне справедливые претензии. Олухи! Бездельники! Вырубили электричество вместо того, чтобы выключить свет во всех кабинетах! Они у меня вызубрят правила техники безопасности! Я им экзамен устрою! Но сначала, драгоценный Гумир, мы запустим твоё гениальное изобретение в свет. Я уже выяснил, что нам для этого понадобится. И если успеть до конца этой недели – а мы как раз успеваем, – то мы будем иметь вполне солидный бонус… Словом, я тебе потом всё подробно объясню.
Гумир посмотрел на него, как на инопланетянина. Ему предлагали какой-то непонятный бонус – надо, понимать, денежный – за дело всей его жизни. Оставалось ещё немного подождать: вдруг коммерческий директор настолько спятил, что сейчас предложит ему денег за то, что он не забывает регулярно делать вдохи и выдохи, пить, есть, ходить в туалет и так далее? Но коммерческий директор если и спятил, то не настолько, и больше никаких заманчивых предложений делать не стал.
– Ну? – с нажимом спросил Даниил Юрьевич. – А теперь ты какую отговорку придумаешь?
– Всё, больше никакую, – честно сказал Гумир и немного потоптался на месте. – У меня только один вопрос. Дурацкий. Можно?
Шеф спрыгнул на пол и кивнул головой: валяй, дескать, сегодня тебе всё можно.
– Вобщем, это… Я подумал, что раз вы не совсем живой, то вам еда должна быть за ненадобностью. Так?
– Так.
– Но вы при этом, я слышал, бываете на деловых обедах… То есть едите всё же, так?
– Так.
– А куда это всё потом девается?
– Вопрос по существу, – широко улыбнулся Даниил Юрьевич. – Всё это, как ты выразился, девается туда, где оно в данный момент необходимо. Вот хотя бы в наш холодильник.
Константина Петровича слегка передёрнуло, но он смолчал.
– Или, – продолжал шеф, – чего далеко за примером ходить – ты только что съел пирожок. Хороший пирожок, из привокзальной забегаловки. Мы там с моим другом Йозефом на посошок приняли и закусили чуток.
– Есс! Так я и думал! – воскликнул Гумир таким тоном, будто ему сообщили, что он взял самый сложный вопрос в «Что? Где? Когда?». – Всё, отваливаю. Если сейчас сбоев не будет, то завтра с утра можно будет запускать мою деточку.
Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 97
