Наталия Ковалева - Письма Махатм

Ознакомительная версия. Доступно 32 страниц из 209

Вышеприведенная декларация и заявление должно быть добавлено в виде ссылки к публикуемому сообщению мистера Оксли.

По поручению, Джуал Кул. М.

Мой дорогой друг!

Это письмо доставят в ваш дом Дарбагири Нат, один из моих учеников, и его соученик, Чандра Кушо. Им запрещено входить в чей-либо дом без приглашения. Поэтому прошу вас простить наши дикие обычаи и в то же время приноровиться к ним, послав им от своего имени приглашение, если вы сможете принять их наедине и без риска, что они в вашем доме могут встретить чужих, в любое время сегодня вечером или поздно ночью.

У меня нет ни малейшего возражения против того, чтобы миссис С[иннетт], ваша супруга, увидела кого-нибудь из них, но прошу, чтобы она не обращалась к ним, потому что им по законам нашей религии запрещено говорить с женщинами, за исключением их матерей и сестер, иначе она их очень смутит. Я прошу ее поступить так во имя меня и ради меня. Я также доверяю вашей дружбе и надеюсь, что никто, кроме вас, не будет говорить с ними. У них своя миссия, и, кроме нее, они не должны ничего делать. Им надо:

1) доставить в ваши руки мои «ответы на знаменитые противоречия»;

2) встретиться с мистером Ферном. Если у вас есть для меня ответ, то, когда вы будете готовы, Дарбагири Нат в любое время придет за ним. Я также очень серьезно прошу вас не навязывать им мистера Хьюма. Не думайте о том, что произошло, – пока вам всего не объяснят.

Всегда ваш, К.Х.

Р.S. Им также запрещено обмениваться рукопожатиями, то есть прикасаться к кому-либо. Но вы можете пригласить моего человечка прийти к вам и говорить с ним сколько захотите при условии, что будете осмотрительны.

Надеюсь, вы воздадите мне должное за послушание, ибо я тщательно и против своей склонности постарался собрать в одно дело для истца так называемые противоречия. Как я уже сказал в другом письме, мне они не кажутся стоящими того, чтобы о них беспокоиться, хотя в данное время и затемняют мои представления о Дэвачане и жертвах несчастных случаев. Я до сих пор не следовал вашему совету отмечать их, потому что они мне не досаждали.

1.Хьюм был склонен отыскивать противоречия в некоторых ваших письмах, относящихся к эволюции человека, но в беседе с ним я всегда настаивал, что это совсем не противоречия, а просто дело в языке и путанице относительно Кругов и рас. Затем он предположил, что вы создавали свою философию по мере переписки и, чтобы выйти из затруднения, изобретали значительно больше рас, чем было задумано сначала, – эту гипотезу я всегда высмеивал как абсурдную.

2.Я не переписал здесь выдержек о жертвах несчастных случаев, о которых говорилось в моем письме от 12 августа и которые, казалось, противоречат поправкам в корректуре моего «Письма о теософии». Вы уже выразились по поводу этих цитат на обратной стороне того же письма:

3.«Мне легко понять, что нас обвиняют в противоречиях и непоследовательностях – да, даже в сообщении чего-то сегодня и отвергании этого завтра…. Если бы вы только знали, как я пишу свои письма и сколько времени я в состоянии уделить им, вероятно, вы отнеслись бы к ним менее критически, чтобы не сказать придирчиво».

4.Именно этот отрывок заставил меня подумать, что, может быть, некоторые более ранние письма сами сделались «жертвами несчастного случая».

Но обратимся к делу истца:

5.«Большинство тех, кого вы можете назвать, если хотите, кандидатами в Дэвачан, умирают и возрождаются в Кама-Локе «без воспоминаний»… Едва ли вы назовете воспоминанием один из ваших снов, отдельные сцены, в узких пределах которых вы найдете нескольких человек… назовите это «личным воспоминанием А.П. Синнетта», если можете». Написано на обратной стороне моего письма к Старой Леди.

6.«Конечно, новое Эго, как только оно вновь родилось в Дэвачане, сохраняет на некоторое время, пропорционально своей земной жизни, «полное воспоминание о своей земной жизни». Длинное письмо о Дэвачане.

7.«Все, кто не погряз в тине неискупимых грехов и животности, попадают в Дэвачан». Там же.

8.«Это (Дэвачан) и есть воображаемый рай, в каждом случае создание самого Эго, в обстановке, им самим созданной, и наполненный событиями и людьми, которых оно ожидало бы встретить в этой сфере компенсирующего блаженства». Там же.

9.«Это можно назвать не полным воспоминанием, но лишь частичным... Любовь и ненависть – единственные бессмертные чувства, переживающие крушение Йе-Дхаммы, или феноменального мира. Представьте себя в Дэвачане с теми, кого вы, может быть, любили такою бессмертною любовью, со знакомыми туманными сценами на заднем плане, связанными с ними, – и совершенное отсутствие воспоминаний относительно всего другого, касающегося вашей внутренней, общественной, политической, литературной жизни...» – Прежнее письмо, то есть пояснения.

10.«Так как сознательное ощущение своей личности на Земле есть лишь мимолетный сон, это чувство будет также подобным сну и в Дэвачане, только во сто крат сильнее». Длинное письмо о Дэвачане.

11.«...знатоком музыки, который проводит эоны в восторге, слушая божественные симфонии воображаемых ангельских хоров и оркестров». Длинное письмо, см. (9) X. См. мои пояснения 10 и 11 о Вагнере и т.д.

12 а.«Следовательно, никому другому, за исключением самоубийц и пустых оболочек, ни в коем случае нет возможности быть привлеченным на сеанс». Примечания.

12 б.«На полях я написал «редко», но не произнес слова «никогда». Приложено к моему письму от 12 августа.

На этом этапе нашей переписки, поскольку нас, похоже, ошибочно понимают, даже вы лично, мой верный друг, нам обоим было бы полезно, если бы вам были сообщены некоторые факты, связанные с адептством. Запомните поэтому следующие пункты:

1.Адепт, как наивысший, так и наинизший, является Адептомтолько во время применения им оккультных сил.

2.Каждый раз, когда эти силы нужны, суверенная воля отпирает дверь к внутреннему человеку (Адепту), который может явиться и свободно действовать только при условии, что его тюремщик, внешний человек, будет полностью или частично парализован, в зависимости от потребности, а именно:

а) ментально и физически;

б) ментально, но не физически;

в) физически, но не совсем ментально;

г) ни то ни другое, но между внешним и внутренним человеком [1] помещена акашическая пленка.

3.Малейшее применение оккультных сил, как вы теперь видите, требует усилия. Мы можем сравнить это с внутренним мускульным усилием атлета, готовящегося применить свою физическую силу. Невероятно, чтобы атлет стал все время забавляться, напрягая свои мышцы в предвкушении поднятия тяжести; также нельзя предполагать, что Адепт будет держать в постоянной напряженности своего внутреннего человека, заставляя его функционировать, когда в этом нет немедленной необходимости. Когда внутренний человек отдыхает, Адепт становится обычным человеком, ограниченным своими физическими чувствами и функциями физического мозга. Привычка обостряет интуицию последнего, но не в состоянии сделать его сверхчувствительным. Внутренний Адепт всегда наготове, всегда бодрствует, и этого достаточно для наших целей. Во время покоя его способности тоже в покое. Когда я сижу за едой или одеваюсь, читаю или занимаюсь чем-нибудь еще, я не думаю даже о тех, кто находится близ меня. И Джуал Кул легко может разбить себе нос до крови, стукнувшись в темноте о балку, как это с ним случилось вчера вечером (как раз потому, что вместо введения «пленки» он необдуманно парализовал все свои внешние чувства, пока разговаривал с другом на далеком расстоянии), – а я остался в полном неведении этого факта. Я не думал о нем, отсюда мое незнание.

Из вышесказанного вы легко можете сделать вывод, что Адепт является обычным смертным во все моменты ежедневной жизни, за исключением тех, когда действует внутренний человек.

Присоедините к этому неприятный факт, что нам запрещено применять даже частицу нашей силы в связи с «Эклектиком» (за что вы должны благодарить вашего Председателя, и только его) и то малое, что могло быть сделано, было совершено, так сказать, контрабандой, и затем начните силлогизировать так:

Ознакомительная версия. Доступно 32 страниц из 209