его резонанс с вами или наоборот уменьшая его. Вы можете придавать новые нюансы вашим отношениям, обогащая их к взаимному удовольствию. Вы всё равно манипулируете друг другом, делайте это тогда уж профессионально и на благо вашей семьи…
Сон закончился и я слегка потянулась, возвращая чувствительность своему телу. Мужчины по прежнему о чем-то беседовали, а вокруг текла по кругу пляжная жизнь, как набегающие на берег волны… Всё повторялось, хотя во всём мире не найдется ни одной песчинки, полностью совпадающей с другой. Иллюзия восприятия — похожесть, подменяемая тождественностью.
— Сэр, извини, что перебиваю, можно я подсоединюсь к вашей умной беседе?
— Хочешь сказать поумнела, пока спала? — пошутил Серго.
— Нет, ну куда мне до вас, интеллектуалов. Вон у вас головы какие большие, а там извилины, извилины…
— Да, верно женская логика необходима, чтобы спрямлять извилины, делая путь рассуждения короче, — улыбнулся Сэр.
— Это, если они знают в какую сторону спрямлять, — проворчал Серго.
— Что касается меня, то я не знаю, я ощущаю… Думаю это так: некоторые извилины вдруг соприкасаются друг с другом и в точке их пересечения вспыхивает искра понимания, т. е. рождается новая мысль, — ответила я. — У вас у мужчин линейная логика, а у нас, как носителей нового человека — многомерная логика…
— Да. Это пример того, как на абсурдной предпосылке можно получить правильный вывод, — прокомментировал Серго. — Ясно ведь, что извилины вдруг не могут соприкасаться, поскольку они неподвижны. И в тоже время, процесс озарения описан фактически верно, если мозг заменить на кокон, а извилины — на эманации.
— Угу. Просто женщина чаще всего не догадывается, откуда она взяла ту или иную информацию, но она понимает, что для мужчин необходимо обосновать ход своих мыслей… Если б они только знали, что это обоснование заставляет большую часть мужчин отказаться не только от обоснования, но и от мысли-результата, которую они хотели донести до собеседника… — согласился Сэр.
— Ты хочешь сказать, что женщина не должна пытаться думать как мужчина, копировать его логику? Пришла, например, мне мысль "поговорить о логике" и я не должна объяснять, с чего это вдруг мне так захотелось? — спросила я.
— Ну зачем же, до абсурда. Ты опять строишь умозаключение, — пояснил Сэр, — а тебе необходимо строить описание.
— А чем они отличаются?
— "Умозаключение" — это самоограничение мысли в клетке из логики. А описание — это система атрибутов, воссоздающих в уме собеседника соответствующий образ явления или объекта. Например, "Мы разговариваем о логике" — это умозаключение, а "Мы находимся на пляже, смотрим на море, болтаем о всякой всячине, а над нами плывут белые облака по кристально голубому небу…" — это описание.
— Т. е., описание состоит из умозаключений? — уточнила я.
— Цель умозаключения — зафиксировать факт, вытекающий из определенных предпосылок. Цель описания — получить максимально полный образ объекта, легко узнаваемый собеседником… — ответил Серго.
— Вы меня запутали. С одной стороны цель сузить образ, увязав его с предыдущим образом, с другой — расширить образ, возможно не обращая внимания на его прошлую жизнь…
— Умозаключение — это всегда элемент цепочки рассуждений в рамках логики. Ты спала, мы беседовали, ты проснулась, мы стали разговаривать о логике… А описание этой же ситуации выглядит несколько иначе: Мы говорим о логике, мы с Серго и говорили о логике, когда ты спала, ты и сон видела о логике взаимоотношений… — улыбнулся Сэр.
— У меня как-то не так устроены извилины, — пожаловалась я. — Вы что не можете что ли попроще объяснить?
— Просто? Любое высказывание в рамках логики — это умозаключение. Любое высказывание вне логики — описание. Является ли высказывание логичным зависит от того, имеется ли соответствующая цепочка логических выводов, которая привела к данному высказыванию… Если мы нашли такую цепочку, значит перед нами умозаключение. Если нет — описание, — пояснил Сэр.
— Но я ведь практически для любого высказывания, в принципе, могу найти или построить логику, в рамках которой оно будет умозаключением?
— Умница. В этом и заключается ограниченность любой логики. Потенциально мы можем обосновать всё что угодно.
— Но ведь логика полезна, раз мы ею пользуемся? — поинтересовалась я. — Люди до сих пор не придумали ничего более нового…
— Здесь ты не совсем права. В мире построено множество различных видов логик. Например, логика дзэн. Это своего рода отрицание обычной двумерной логики. Кстати, эта логика больше подходит для описания женской логики…
— Дзэнский наставник ДжиДа (сравни ДжэДай), споря с Шестым Патриархом, настаивал, что "Все живые существа обладают двумя телами: материальным телом (яп. сикисин) и телом Дхармы (яп. хоссин)… тело Дхармы постоянно, оно не обладает знанием или ощущением". Последнее трактуется современниками как "тело выходит за пределы знаний и ощущений". Шестой Патриарх утверждал, что кроме материального тела нет никакого тела Дхармы… но говоря о природе Будды, он утверждал, что "природа Будды выходит за пределы любых противопоставлений, в том числе добра и зла"… — продолжил Сэр. — Мы видим, что мудрецы древности в полной мере осознавали ограниченность двумерной логики, логики, основанной на противопоставлении. Очевидно, что человек может быть одновременно и добрым и злым относительно одного и того же наблюдателя, он может быть и сильным и слабым, верным и предателем, красным и зеленым… "Не-мыслие — это единая мысль, единая мысль означает — знать всё, знать всё — это глубочайшая Совершенная Мудрость — это Дзэн Совершенного (Будды)" — так учил Шэнь-Хуй, глава южного китайского направления школы дзэн. Интересно, если трактовать "не-делание" в смысле Кастанеды в рамках дзэн, получается, что это "единое дело, означающее все дела сразу, суть — дела Бога". И такая трактовка не лишена оснований. "Всемогущество" — ещё один враг на пути воина. Этот враг появляется сразу после "ясности" и знаменует собой завершение обучения мага. Преодолев этого врага, воин либо уходит в Бесконечность либо сталкивается с последним врагом, описанным Кастанедой — "старостью". Если маг встретился со "старостью", значит он не преодолел "всемогущество"… Очень многие древние маги застряли на этой фазе и погибли.
— То есть, суть дзэн, как я поняла, выйти за пределы различий? А как это сделать реально? Вот я вижу "море" как я могу найти в нем "не-море"?
— Очень просто, ты должна добиться одной единственной мысли о море, — подсказал Серго. — Одной, значит забыть о том, какого оно цвета, размера, как оно шумит и т. п.
Я направила взгляд в сторону моря и позволила своему мышлению превратиться в созерцание. Я почувствовала красоту моря, но эта не была единственная мысль…
"Попробуй создать образ моря из прямо противоположных атрибутов", — подсказал голос Сэра.
Я представила, что вижу светлое море,
