Виссарион Нечаев - Толкование на паремии из книги Бытия

18. 19. 20. 21. И Пришедше к нему рекоша: се, мы тебе раби. И рече к ним Иосиф: не бойтеся, Божий бо есмь аз. Вы совещасте на мя злая, Бог же совеща о мне во благая, дабы было якоже днесь, и препиталися бы людие мнози. И рече им: не бойтеся, аз препитаю вас, и домы ваша. И утеши их, и глагола им по сердцу их.

И Пришедше к нему, т. е. братья Иосифа подошли к нему поближе, ободренные слезами его, свидетельствовавшими о его благорасположении к ним, — и рекоша: се мы тебе раби, т. е. мы готовы за нашу вину против тебя лишиться свободы и понести на себе всю тягость неволи. Ответ Иосифа должен был успокоить братьев больше, чем слезы его. Не бойтеся, — сказал он им, — Божий бо есмь аз: я служу тому же Богу, Которого рабами вы назвали себя, и благоговея пред Его судьбами, открывшимися в обстоя­тельствах моей жизни, почитаю за тяжкий грех мстить тем, которых Он избрал в орудия Своей благопромыслительной о мне и о ближних моих воли. Вы совещасте на мя злая, Бог же совеща о мне во благая, дабы было якоже днесь и препиталися бы людие мнози: ваш злой совет против меня, советом всеблагой, премудрой и всемогущей воли Божией обращен во благо мне, и чрез меня во благо многих, обя­занных мне спасением от голодной смерти. Ввиду столь явных знамений милости Божией, открывшихся на мне и чрез меня на других, могу ли я быть немилостивым к вам? И рече им снова: не бойтеся: аз препитаю (прокормлю) вас и домы ваши. И утеши их и глагола им по сердцу их, т. е. успокоил их такою речью, какая именно потребна была по состоянию их сердца, встревоженного опасениями за свою безопасность и чувством тяжкой вины против Иосифа.

22. 23. И вселися Иосиф во Египте сам и братия его и весь дом отца его: и поживе Иосиф лет сто десять. И виде Иосиф Ефремли дети до третияго рода. И сынове Махира, сына Манас–сиина, родишася при бедрех Иосифовых.

Поживе Иосиф лет сто десять. Семнадцати лет он прибыл в Египет; тридцати лет явился к фараону и толковал сны; в продолжение осьмидесяти лет держал власть над всем Египтом, Велики были искушения его, когда он пере­носил гонение братьев, рабство, клевету беззаконной жен­щины, злострадание в темнице; но эти искушения были непродолжительны в сравнении с временем его прославле­ния. К большему утешению, он дожил до счастия, обещан­ного боящимся и любящим Бога, — он видел своих пра­внуков и праправнуков. О правнуках сказано: родишася при бедрех его, т. е. по рождении приняты им на колени иc нежностью прижимаемы были им к груди своей, как бы усыновленные ему дети (слич. Быт 30, 2).

24. 25. 26. И рече Иосиф братии своей, глаголя: аз умираю, посещением же посетит вас Бог и изведет вас от земли сея в землю, о нейже клятся Бог отцем нашим, Аврааму, Исааку и Иакову. И закля Иосиф сыны Израилевы, глаголя: в посе­щении, имже посетит вас Бог, совознесите и кости моя отсюда с вами. И скончася Иосиф сый лет ста десяти: и погребоша его, и положиша в раце во Египте.

Слава, которая окружала Иосифа в Египте, не заглуши­ла в его сердце любви к стране, в которой он родился и обладание которой обещано было Аврааму, Исааку и Иа­кову в лице их потомков. Он не знал, когда и как исполнятся эти обетования, но всей душой веровал, что они непремен­но исполнятся, и только по этой вере, как говорит апостол, при кончине напоминал об исходе сынов Израилевых, и завещал о костях своих (Евр 11, 22). Он именно сказал братьям своим или собственно в лице их потомкам их: «когда посетит вас Господь, т. е. когда придет к вам со Своею милостью, и из этой чуждой вам страны поведет в землю обетованную для водворения вас в ней, тогда возь­мите с собой и мои кости». Иосиф, как и отец его Иаков, утешался мыслью, что хоть кости его будут лежать в той стране, где будут жить его потомки, и где родится и совер­шит спасение всего мира Христос, Чаяние не одних изра­ильтян, но всех языков. И завещание Иосифа свято испол­нено. Останки его взяты были евреями при переходе из Египта и, по водворении их в Ханаане, погребены в Сихеме (Исх 13,19. Нав 24,32). Тело умершего Иосифа, как и тело Иакова, было набальзамировано и положено в раку, т. е. в ящик из сикиморового дерева, который храним был, по египетскому обычаю, его потомками в особом покое до времени исхода из Египта. Время, конечно, так иссушило набальзамированное тело Иосифа, что остались от него поистине одни кости, обтянутые кожей.