Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 92
Наверное, какой-нибудь монах, который в поспешности выбрал для себя иноческий путь, сожалея об этом, завидует белому духовенству и думает: «Им хорошо, у них жены, дети – семья». Я же, наоборот, стал раздумывать, правильно ли поступил тогда, двадцать четыре года назад, не выбрав монашеский путь, а с головой окунувшись в этот суетный мир, мир, в котором человек живет в вечном стремлении достигнуть цели земного, временного содержания. Достигнув же, сразу разочаровывается и вновь устремляется к новой, временной, суетной цели, чтобы потом убедиться, что и она не приносит полного счастья. Пора бы уже сделать для себя вывод, что счастье на земле призрачно и недостижимо. Сидя на палубе, я невольно размечтался о том времени, когда мои дети определятся самостоятельно в этой жизни и я смогу со спокойной совестью уйти на дальний, глухой, сельский приход. И там наконец-то обрести самого себя и мир с Богом, в простоте сердца исполняя свои пастырские обязанности и замаливая у Бога свои грехи, коим несть числа.
Так, предаваясь пустым мечтам, я прогуливался по палубе плавучего храма, как вдруг, к своему огорчению, заметил, что ветер переменился и дует теперь прямо в противоположном направлении, замедляя наш ход. Мысли мои также изменили свое направление. Теперь я уже думал, что напрасно сетую на свое положение, так как спасение души не зависит от внешних обстоятельств, которые лишь суть те испытания, которые посылаются Богом для нашего же блага. Человек должен трудиться там, куда его Господь определил в данный момент. А если это будет угодно Богу, то Он Сам изменит обстоятельства и саму нашу жизнь, но не так, как мы этого желали, а как это действительно нужно для нашего же спасения.
Размышляя таким образом, я вспомнил мое любимое произведение А. П. Чехова «Степь». Один из самых светлых героев этой повести отец Христофор говорит: «Счастливей меня во всем городе человека нет… Грехов только много, да ведь один только Бог без греха. Ежели б, скажем, царь спросил: «Что тебе надобно? Чего хочешь?» – Да ничего мне не надобно! Все у меня есть, и все слава Богу».
Ветер опять переменился и уже дул с правого борта. Тут я сообразил, отчего ветер все время меняется. Оказывается, это не ветер, а русло реки меняет направление, а ветер как дул в северном направлении, так и дует. Ну и пусть дует, все равно ведь идем вперед, и за это слава Богу.
22:00 – почти в полной темноте подошли к хутору Бобровский II. С помощью ломов, воткнутых глубоко в песок, мы закрепили плавучую церковь, и я, взяв фонарик, сошел на берег, чтобы сходить на хутор, поискать там телефон и дозвониться до монастыря. Поднявшись на косогор, я повстречал подвыпившего местного жителя Павла на машине «УАЗ». Он почему-то был без брюк, в одной фуфайке и трусах, но оказался добрым, веселым и разговорчивым человеком.
Павел рассказал мне, что живет у самой реки, телефона у него нет, но он согласен подвезти меня до хутора к дому, где есть телефон. В машине по дороге я разговорился с ним и узнал, что Бобровский II называется так потому, что есть еще хутор Бобровский I. «Здесь живет много бобров, – объяснял мне Павел, – потому и Бобровский хутор». Поведал он мне также о том, что у них никогда не было церкви, и верующие раньше, до революции, ходили в хутор Баски в семи километрах отсюда, там был храм. Жителей в обоих хуторах было не более шестисот человек. Как называлась церковь в Басках, он не знает, да ее уже давно разломали. Еще Павел сказал: «Хотя нас воспитывали без Бога, но Бога я не отрицаю, а живу по понятиям». – «Что такое жить по понятиям?» – поинтересовался я. Павел тут же разъяснил мне, что это означает делать добро. А когда я спросил, что он понимает под добром, он мне сказал: «Добро – это когда человек созидает, а не разрушает». Потом он попросил помолиться за него Богу, чтобы у него все было хорошо. Свое нетрезвое состояние он коротко охарактеризовал следующими словами: «Я, батюшка, сегодня согрешил». Подивившись этому хуторскому философу, я подумал о том, что раз есть такие люди, как Павел, то не все еще потеряно.
До монастыря я так и не дозвонился, там никто не брал трубку. Вернувшись в плавучую церковь, пошел в храм на вечерние молитвы. Затем мы совершили традиционный крестный ход по палубе вокруг церкви, под пение пасхального тропаря. Этот крестный ход еще в первом миссионерском путешествии ввел в практику наш псаломщик из церкви Св. великомученицы Параскевы – Валерий. Я послал его во временную командировку в плавучую церковь. Несколько раз на плавучую церковь нападали подвыпившие хулиганы, от которых приходилось отбиваться нашей малочисленной миссионерской команде. Валерий, человек глубокой религиозности, высказал предположение, что они не просто так нападают на храм, а действуют, подстрекаемые бесами, то есть на плавучую церковь нападают сами бесы, а от них можно защититься только молитвой, и предложил каждый вечер обходить с иконами вокруг церкви крестным ходом. С тех пор такие крестные ходы, совершаемые после вечерних молитв, стали для нас неукоснительной традицией. Кстати, нападения после этого прекратились.
23:15 – разошлись по каютам на отбой.
14.05.01. Понедельник
6:20 – отшвартовались от берега хутора Бобровский II и пошли вверх по Дону к Усть-Медведицкому монастырю.
6:40 – начало утренних молитв. Погода пасмурная, прохладная. Палуба мокрая от прошедшего ночью небольшого дождя.
12:00 – прошли под мостом города Серафимовича, бывшей Усть-Медведицкой станицы. Скоро должны прибыть в монастырь, но особой радости я не испытываю, ведь из монастыря мне предстоит выехать в Волгоград. И ничего не поделаешь, там меня ждут неотложные дела. Утешаюсь мыслью, что, как только освобожусь от дел, сразу приеду в плавучую церковь, а пока сюда должен прибыть священник миссионерского отдела Геннадий Ханыкин, помоги ему Господи в нелегком миссионерском деле.
13:15 – из-за деревьев показался купол монастырского собора, а затем и весь монастырь открылся нашему взору. Я стал звонить сначала в большой колокол, а потом совершил перезвон во все колокола. Когда наши колокола умолкли, послышался звон монастырских колоколов. Нас заметили и радостно приветствовали ответным звоном.
13:40 – причалили к берегу у монастыря. Навстречу к нам уже спешили иеромонах Хрисагон (Шляпин), монах Ананий (Сирож) и юродивый странник Георгий с депутатским значком советских времен на лацкане пиджака. Наместника иеромонаха Савина не оказалось в монастыре, он уехал по срочным делам в Волгоград еще 10 мая.
Трогательно распрощались с капитаном буксира «Горностай» Николаем Ивановичем и матросами Игорем и Александром, а также с коком Надеждой. Кто знает, увидимся ли еще? Буксир завтра будет возвращаться в Калач-на-Дону, а к плавучей церкви в ближайшие дни должен прибыть наш буксир «Князь Владимир», который все это время стоял на судоремонтном заводе, где ему чинили вал винта.
Слава Богу за все!
Протоиерей Николай Агафонов родился в 1955 году. Окончил Московскую Духовную семинарию и Санкт-Петербургскую Духовную академию. Был ректором Саратовской Духовной семинарии, возглавлял в Волгоградской епархии миссионерский отдел, построил две плавучие миссионерские церкви. Награжден орденом Святителя Иннокентия III степени. В 2004 году принят в Союз писателей России. В настоящее время является настоятелем храма в честь святых Жен-мироносиц в Самаре.
Звание «оберст-лейтнант» (нем. Oberstleutnant) в германской армии соответствует званию подполковника.
См.: Еф.6: 12.
1 Кор. 13: 4–8.
Генрих Гейне. «Романсеро».
Крылатое выражение, приписываемое Понтию Пилату: Quod scripsi, scripsi (в пер. с лат. «Что написал, то написал» или ст. – слав. «Еже писахъ – писахъ»). См.: Ин.19: 19–22.
Из поэмы «Витязь в тигровой шкуре» классика грузинской литературы XII в. Шота Руставели. Иносказательно: легко критиковать чужие действия, советовать, гораздо труднее что-то сделать самому.
См.: Кол. 3: 10–11; Гал. 3: 27–28.
Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 92
