Фома Аквинский - Сумма теологии. Том III

Возражение 1. Кажется, что одно чудо не может превосходить другое. Так, Августин говорит: «В чудесных делах абсолютным мерилом сделанного является сила сделавшего"14. Но все чудеса сделаны одной и той же силой Божией. Следовательно, ни одно из чудес не может быть превосходней другого.

Возражение 2. Далее, сила Божия бесконечна. Но бесконечное превышает конечное во всех отношениях, и потому нет никаких оснований дивиться одному следствию более, нежели другому. Следовательно, ни одно из чудес не может быть превосходней другого.

Этому противоречит то, что о чудесных делах сказано Господом: «Дела, которые творю Я, и Он сотворит, и больше сих сотворит» (Ин. 1. :12).

Отвечаю: нет ничего, что могло бы считаться чудесным, если сравнивать его с божественной силой, поскольку любое деяние рядом с силой Божией суть ничто, согласно сказанному: «Вот, народы – как капля из ведра, и считаются как пылинка на весах» (Ис. 4. :15). Таким образом, что-либо может считаться чудесным только если сравнивать его с превзойденной им силой природы. И чем более превзойдена сила природы, тем большим считается чудо. Сила же природы может быть превзойдена трояко.

Во-первых, в субстанции сделанного, как, например, когда два тела занимают одно и то же место, или когда солнце движется вспять, или когда человеческое тело преобразуется в славе. Ничего подобного природным образом происходить не может, и потому такие чудеса суть чудеса наивысшего класса.

Во-вторых, вещь может превосходить силу природы не в сделанном, а в том, в чем оно сделано, как, например, в воскрешении мертвого, в наделении зрением слепца и т. п.; в самом деле, природа может наделять жизнью, но только не умершего [и т. п.]. Такие чудеса являются чудесами второго класса.

В-третьих, вещь может превосходить силу природы в смысле меры и порядка сделанного, как, например, когда человек внезапно излечивается от лихорадки безо всякого лечения или вне обычного протекания процесса, или когда воздух внезапно конденсируется в дождь благодаря воздействию божественной силы и без какой-либо естественной на то причины, как это имело место в результате молитв Самуила и Илии, и такие чудеса являются чудесами самого низкого класса. Кроме того, в каждом из перечисленных классов можно выделить различные степени [чудесности], соответствующие различным способам превосходства над силой природы.

Из сказанного очевидны ответы на все возражения, поскольку все они [так или иначе] отсылали к божественной силе.

Далее мы исследуем вопрос о том, как одна тварь приводится в движение другою. Это рассмотрение будет трояким [а именно]: 1) о том, как движут чисто духовные твари, а именно ангелы; 2) о том, как движут тела; 3) о том, как движет человек, который составлен из духовной и телесной природы.

Что касается первого положения, то тут будет исследовано три вещи: 1) о том, как ангел действует в ангеле; 2) о том, как ангел действует в телесной природе; 3) о том, как ангел действует в человеке.

В связи с первым возникает вопрос об ангельских просвещении и речи, а также об их взаимодействии, причем это касается как добрых, так и злых ангелов.

Относительно их просвещения будет рассмотрено четыре пункта: 1) движет ли ангел ум другого ангела через посредство просвещения; 2) движет ли ангел волю другого ангела; 3) может ли низший ангел просвещать высшего; 4) просвещает ли высший ангел низшего относительно всего, что ведомо ему самому.

С первым [положением дело] обстоит следующим образом.

Возражение 1. Кажется, что ангелы не просвещают друг друга. Ведь ангелы уже сейчас обладают тем самым блаженством, которое мы [только] надеемся обрести. Но тогда [по обретении блаженства] ни один человек не будет просвещать другого, согласно сказанному: «И уже не будут учить друг друга, брат брата» (Иер. 3. :34). Следовательно, ангелы и ныне не просвещают друг друга.

Возражение 2. Далее, ангелы просвещаются трояким светом, а именно природным, благодати и славы. Но природным светом ангела просвещает Творец, светом благодати – Спаситель, светом славы – Святитель, а все это суть не что иное, как божественные имена. Следовательно, ангелы не просвещают друг друга.

Возражение 3. Далее, свет – это форма в уме. Но мыслящий ум, по словам Августина, «оформляется Богом безо всякого посредства чего-либо тварного»[540]. Следовательно, ангелы не просвещают умы друг друга.

Этому противоречат слова Дионисия о том, что «ангелы второго порядка иерархии очищаются, просвещаются и совершенствуются ангелами первого иерархического порядка»[541].

Отвечаю: ангелы просвещают друг друга. Дабы это стало очевидным, нам надлежит вспомнить, что умственный свет суть не ничто иное, как проявление истины, согласно сказанному: «Все, делающееся явным, свет есть» (Еф. . :13). Следовательно, просвещение есть не что иное, как сообщение другому некоторой проявленной истины, согласно сказанному апостолом: «Мне, наименьшему из всех святых, дана благодать сия… просветить всех, могущих видеть, в чем состоит домостроительство тайны, сокрывавшейся от вечности в Боге»[542] (Еф. . :8, 9). Таким образом, об ангеле говорят как о просвещающем другого ангела тогда, когда он сообщает последнему познанную им истину. В связи с этим Дионисий говорит: «Богословы ясно указывают на то, что младшие порядки небесных сущностей научаются божественным знаниям от превосходящих их»[543].

Итак, как было указано выше (105, 3), началами умственной деятельности выступают две вещи, а именно умственная способность и подобие мыслимой вещи, и ангел может сообщать познанную им истину другому ангелу как через посредство одного, так и через посредство другого.

Во-первых, [он может сообщать познанную им истину] посредством усиления умственной способности [другого ангела], поскольку как сила несовершенного тела усиливается благодаря соседству более совершенного тела, например, благодаря близости горячего тела нагревается тело прохладное, точно так же усиливается и умственная способность низшего ангела, если тот обращается к ангелу более возвышенному, ибо обращение друг к другу вещей духовных подобно соседству телесных вещей.

Во-вторых, ангел может сообщать истину другому ангелу посредством подобия мыслимой вещи. В самом деле, высший ангел обретает познание истины через своего рода общее понятие, для восприятия которого уму низшего ангела недостает силы, в связи с чем ему по природе свойственно обретать истину более частным образом. Поэтому высший ангел проводит различение в универсально воспринятой им истине так, чтобы она могла быть схвачена и низшим ангелом, и тем самым приобщает последнего к познанию, что подобно тому, как наши учителя, приспосабливаясь к навыкам учеников, разделяют свои общие знания на множество отдельных пунктов. Эта мысль выражена Дионисием следующим образом: «Каждая разумная сущность даруемое ей сообразно ее близости к Богу единое разумение промысли-тельной силой разделяет и множит для соответственного возведения меньших сущностей»[544].

Ответ на возражение 1. Все ангелы, как низшие, так и высшие, непосредственно созерцают сущность Бога, и в этом отношении никто друг друга не учит. Именно эту истину и утверждает пророк, поскольку после слов о том, что «не будут учить друг друга, брат брата», он прибавляет: «И говорить: «Познайте Господа!» – ибо все сами будут знать Меня, от малого до большого». Но если говорить обо всех видах божественных дел, которые познаются в Боге как в их причине, то Бог знает их в самом Себе, поскольку Он мыслит самого Себя, а что касается созерцающих Бога, то каждый из них познает тем большее количество видов, чем более совершенно он созерцает Бога. Следовательно, высший ангел знает о видах божественных дел больше, чем низший ангел, и относительно них первый и просвещает последнего, в связи с чем Дионисий говорит, что ангелы «просвещаются видами сущего»[545].

Ответ на возражение 2. Ангел просвещает другого ангела не в том смысле, что сообщает последнему природный свет или же свет благодати или славы, но в том, что усиливает его природный свет и сообщает ему истину о природе, благодати и славе, о чем уже было сказано.

Ответ на возражение 3. Мыслящий ум оформляется непосредственно Богом или так, как образ оформляется своим образцом, поскольку он создан по образу Божию, или же так, как субъект – предельной формой своего совершенства, поскольку сотворенный ум следует полагать оформленным только в том случае, если он неколебимо держится первой истины. Что же касается других видов просвещения, [а именно тех] которые проистекают от человека или ангела, то они суть [своего рода] расположения к этой предельной форме.