Karmacoach - Алексей Петрович Ситников

По нашему мнению, именно здесь лежит ключ к пониманию важности достижений ДММ для современной науки – человечество на протяжении тысячелетий накапливало опыт познания окружающего его мира и концентрировало его в виде ДММ. Причем не только в письменном виде. Мыслители древности прекрасно понимали ограниченность передачи смысла с помощью текстов и разработали сопутствующие системы передачи знаний. При этом они понимали как созидательную, так и разрушительную силу этих знаний, поэтому эти системы содержат элементы защиты их от «непосвященных». И именно по этому поверхностному взгляду на многие ДММ они представляются «туманными», «многословными», «непрактичными», «чудаковатыми», «странными», «противоречивыми» и т. д. Здесь нужно трудолюбие и упорство, чтобы мысленно пройти через тщательно выставленные разработчиками «фильтры» и добраться до сокровенной сути этих знаний. Но эти усилия могут сэкономить человечеству тысячелетия поисков и колоссальные средства, затраченные на эти поиски.

Для нас также представляет интерес то, что помимо хорошо известных религиозных схем и конструктов есть одно надрелигиозное течение, которое постаралось объединить в себе все достижения человеческой мысли – как западной, так и восточной. Это – суфизм. Его часто ошибочно считают ветвью ислама, что существенно сужает понимание его общечеловеческого значения. В нем сильна традиция устной передачи знаний путем работы с Учителем и разработана система невербальных знаков. Суфийский подход может оказаться крайне полезным для решения главной задачи, сформулированной в нашем тексте.

Итак, в этом разделе рассмотрим в качестве примера две наиболее яркие иллюстрации ДММ – И-цзин в сочетании с 36 китайскими стратагемами и Шемхамфораш.

И-цзин и стратагемы. Матрица И-цзин, состоящая из 64 гексаграмм, опирается на более ранние матрицы, интерпретирующие строение окружающего мира, инь-ян и Ба-гуа.

Инь и ян – этап исходного космогенеза в представлении китайской философии, приобретенного наибольшим разделением двух противоположных свойств.

Ян и инь служат для выражения светлого и темного, твердого и мягкого. В процессе развития китайской философии ян и инь все более символизировали взаимодействие крайних противоположностей: света и тьмы, дня и ночи, солнца и луны, неба и земли, жары и холода, положительного и отрицательного, четного и нечетного и т. д.

В современном стремительно цифровизующемся мире роль инь и ян перешла к двоичной системе исчисления, на логике которой построены все современные компьютеры. В этом и сила цифровизации (которая через механизм фракталов может сымитировать практически все в виде цифровых образов), но в этом же и ее фундаментальное ограничение, которое не позволяет ей преодолеть границу естественного интеллекта, ограничившись искусственным.

Рассмотрим Багуа в представлении Фу Си. Оно интересно тем, что содержит пространственную интерпретацию каждой триграммы на плоскости, хотя наше предположение о том, что Багуа имеет трехмерную структуру (8 = 2×2×2) и в приведенной схеме является только ее двумерной проекцией, остается в силе.

В схеме Багуа используется предыдущая матрица инь-ян, зашифрованная в сплошной и прерывистой черточках.

Но наиболее полное воплощение система мироустройства по канонам китайской философии находит в матрице И-Цзин.

«И-цзин», или «Чжоу-И» – наиболее ранний из китайских философских текстов. Наиболее ранний слой, традиционно датируемый ок. 700 года до н. э. и предназначавшийся для гадания, состоит из 64 гексаграмм. На Западе за «И-цзин» закрепилось название «Книга Перемен». О всеобъемлющем значении матрицы говорит Конфуций в книге «Беседы и суждения»: «Если бы мне удалось продлить жизнь, то я отдал бы пятьдесят лет на изучение Перемен, и тогда бы смог не совершать ошибок».

В представленной ниже матрице И-Цзин легко заметить, что она представляет собой результат перемножения двух матриц Ба-гуа. В каждой гексаграмме сочетаются бинарность и тернарность. Само число 64 представляет собой план эксперимента для 6 факторов, каждый из которых изменяется на двух уровнях (64 = 2×2×2×2×2×2). То есть матрица описывает 6-мерное пространство. Эта особенность становится значимой после рассмотрения теории струн в п. 2.3.

Матрица И-Цзин

Не менее значимой становится и структура 36 стратагем после вопроса – а где же сопутствующее 4-мерное пространство?

Как известно, китайцы разработали 36 стратагем – 36 кратких зашифрованных рецептов поведения в сложных ситуациях. И важно то, что за 2500 лет их разработки и совершенствования их количество сокращалось, пока не образовалась кристаллически точная структура из 36 рецептов.

Если рассматривать число 36 как план эксперимента[22], получаем план для 4-мерного пространства, описываемого четырьмя факторами, два из которых изменяются на двух уровнях, а 2 – на трех (36 = 2×2×3×3).

При этом история китайской философии содержит сведения еще об одной матрице – Ян Сюн (53 год до н. э. – 18 год н. э.) использовал принцип «Книги Перемен» в трактате Тайсюаньцзин, однако вместо бинарной оппозиции он исследовал сочетание трех символов (Небо, Земля, Человек): цельной черты, черты с одним пробелом и черты с двумя пробелами. Его система описывалась 81 тетраграммой вместо системы 64 гексаграмм. Если рассматривать эту систему с позиций ПЭ, получаем план эксперимента для 4-мерного пространства, описываемого четырьмя факторами, каждый из которых изменяется на трех уровнях (81 = 3×3×3×3).

Что же касается связи 36 стратагем с матрицей И-Цзин, в трактате о 36 стратагемах каждой стратагеме поставлена в соответствие одна из гексаграмм И-Цзин. Заметим, что из 64 гексаграмм некоторые повторяются вследствие симметрии. После «очистки» повторов остается 36 визуально оригинальных гексаграмм.

Шемхамфораш. Еще более интригующая история стоит за иудаистско-каббалистской системой Шемхамфораш, в которой, по утверждению ее последователей, зашифровано имя Бога, состоящее из 216 символов. По преданию, это «число Бога» является «ключом к мироустройству». Оно было известно только верховному коэну (высший первосвященник в иудаизме), который перед смертью лично передавал его своему преемнику.

Как гласит легенда, каждый год, облачившись в священные одежды, верховный коэн спускался в святилище, где в одиночестве оперировал символами Шемхамфораш, которые открывали ему судьбы мира на следующий год. Так происходило до тех пор, пока последнего коэна не казнил один из римских императоров. С тех пор смысл символа Шемхамфораш утерян, и вот уже более полутора тысяч лет иудеи и каббалисты пытаются разгадать загадку Шемхамфораша.

Среди наиболее известных попыток расшифровки есть варианты прочтения трех предложений из книги «Исход» Моисея, содержащих 216 буквенных символов иврита. Есть варианты «урезанных» списков – список 72 имен Бога, 72 имен ангелов и 72 имен демонов. Но, несмотря на то что немало «экспертов» зарабатывают немалые деньги, проводя семинары по всему миру по Шемхамфорашу, задача его расшифровки так и не решена.

Со своей стороны заметим только, что само число 216 наводит на мысль о плане эксперимента с 6 факторами, 3 из которых изменяются на двух уровнях, а 3 – на трех (216 = 2×2×2×3×3×3). Что же касается 4-мерной модели, связанной с 6-мерной моделью Шемхамфораша, ее поиски еще впереди, хотя есть ряд старинных источников, структура которых