Ознакомительная версия. Доступно 26 страниц из 171
За проведенную операцию командующий Юго-Западным фронтом А А. Брусилов получил Георгиевское оружие, украшенное бриллиантами.
Успех брусиловского наступления не принес, однако, решающих стратегических результатов. В том, что наступление Юго-Западного фронта не получило дальнейшего развития, Брусилов обвинил прежде всего начальника штаба ставки Алексеева. «Только подумать, что если бы в июле Западный и Северный фронты навалились всеми силами на немцев, то они были бы, безусловно, смяты, но только следовало навалиться по примеру и способу Юго-Западного фронта, а не на одном участке каждого фронта», – отмечал генерал.
Крупнейшее морское сражение Первой мировой войны. Стороны нанесли друг другу значительный урон. Германский флот потопил больше кораблей противника, но стратегической ситуации на море это не изменило. В битве сразилось большое число дредноутов.
Пожалуй, неплохо, что корабли не могут вести столь продолжительные бои, как это делает пехота на суше. Ведь стратегия флотоводцев в Первую мировую войну очень напоминала стратегию полководцев – необходимо разбить соперника в генеральном сражении, применив новое мощнейшее оружие. На суше военачальники для того, чтобы преодолеть ад позиционной войны, хватались за любое новое вооружение – минометы, газы, танки, – превращая один ад в другой, ломая любые моральные правила ведения войны. На море все надежды возлагались на подводные лодки или на вооруженные до зубов чудовища – дредноуты. А результат тот же – ожесточенная битва с массой ошибок и непонятно кому принадлежащей победой.
После Ютландского сражения один из главных ее героев адмирал фон Хиппер писал: «Готов биться об заклад, что когда-нибудь ученые крысы из военно-морской академии будут ломать голову, пытаясь понять: что мы думали? А ничего мы не думали. Думать было некогда».
* * *
Крупнейшим морским сражением Первой мировой было Ютландское сражение на Северном море 31 мая 1916 года между англичанами и германцами, в котором участвовали основные силы обоих флотов.
К этому времени английский флот осуществлял дальнюю блокаду Германии, с целью экономически задушить противника. Немцы же после ряда неудач снова решили вернуть равновесие на Северном море, разбив флот противника по частям. Замысел командования состоял в том, чтобы выманить часть английского флота в море и уничтожить своими главными линейными силами. В первой половине 1916 года германские корабли несколько раз подходили к берегам Альбиона и обстреливали порты.
Британский флот по числу кораблей основных классов, участвовавших в Ютландском сражении, превосходил германский. Английские линейные корабли обладали преимуществом в калибре главной артиллерии и ее дальнобойности, а германские корабли имели преимущество перед английскими в скорострельности и качестве бронебойных снарядов, в бронировании.
Вице-адмирал Рейнхард Шеер, новый командующий германским Флотом Открытого моря, был уверен в своем флоте, превознося его возможности. «Я проинспектировал весь свой флот, – сказал он, – и мне остается лишь признать, что он не хуже английского». Он убедил верхи в необходимости крупной операции против английского Гранд-флита.
Шеер решил использовать тяжелые крейсера Франца фон Хиппера в качестве приманки. Хиппер должен был обстрелять города Восточной Англии (в частности Сандерленд). Затем, когда часть английского флота выйдет из Ферт-оф-Форта и бросится в погоню, на него должны были навалиться главные силы Шеера. И пока остальной Гранд-флит будет спешить из далекого Скапа-Флоу, дело будет сделано. 88 подводным лодкам предписывалось крейсировать в виду Скапа-Флоу, Кромарти и Форта, отвлечь на себя силы командующего британским флотом Джеллико и по мере возможности задержать его продвижение на юг. Для ведения воздушной разведки предполагалось использовать цеппелины. Приступить к операции планировалось 17 мая. Самые большие надежды Шеер возлагал на корабли типа дредноут, вооруженные мощными орудиями и защищенные крепкой броней. Не меньше надежд возлагали на свои дредноуты англичане.
Чтобы заручиться гарантией, что противник угодит в расставленные силки, Шеер приказал Хипперу предварительно провести два молниеносных рейда для ударов по английским городам: первый удар был нанесен 6 марта, второй – 24 апреля. Как выяснилось позже, это было ошибкой. Во время второго рейда крейсер «Зейдлиц» столкнулся с английской миной и вернулся домой изрядно покалеченным. Операцию пришлось отложить на несколько недель и ждать, когда закончится ремонт. Ко времени, когда «Зейдлиц» был готов, немецкие подводные лодки, вышедшие на позиции в соответствии с первоначальным планом, уже выработали топливо и вернулись на свои базы. В засаде у Скапа-Флоу осталось всего лишь пять субмарин, которые в результате не выполнили своей разведывательной функции и не подсказали расположение кораблей неприятеля своим.
Утром 30 мая в 9.48 из радиорубки «Фридриха дер Гроссе» ушел судьбоносный приказ: всем кораблям Флота Открытого моря к 19.00 собраться на внешнем рейде и до рассвета изготовиться «к бою и походу». Днем 30 мая Шеер внес изменение в свой план. Встречный ветер не позволял дирижаблям вылететь на разведку, и адмирал решил действовать в соответствии с запасным вариантом: флоту приказано держаться ближе к родным берегам (а именно – в районе пролива Скагеррак). По этому плану 1-му разведывательному отряду Хиппера (тяжелые крейсера), 2-му разведывательному отряду (легкие крейсера) и трем флотилиям миноносцев предстояло совершить бросок на север, держась вне видимости берегов нейтральной Дании, а затем на рассвете 31 мая обнаружить свое присутствие у берегов Норвегии, задержав с этой целью какое-нибудь торговое судно. Главные силы должны были следовать за Хиппером на расстоянии в 25 миль. Шеер взял с собой и шесть устаревших броненосцев. На этих кораблях имелось лишь по четыре 11-дюймовых орудий, и на германском флоте их окрестили «пятиминутками» – именно столько времени броненосцы могли продержаться в современном морском бою. Включив их в состав эскадры, адмирал снизил скорость своих главных сил, по меньшей мере, на три узла.
Радиограммы Шеера перехватывались специалистами из сороковой комнаты британского Адмиралтейства. К полудню 30 мая адмирал Джон Джеллико уже знал, что Флот Открытого моря выступает в поход. В 17.40 Адмиралтейство отдало приказ эскадрам Джеллико и Битти развести пары, а еще через несколько минут поступило распоряжение «сконцентрировать свои силы к востоку от банки Лонг-Фортис и быть готовым ко всему». В своих рубках штурманы дредноута «Айрон Дьюк», флагмана Джеллико, и тяжелого крейсера «Лайон», на котором держал свой флаг Битти, прокладывали курс через Северное море к берегам Норвегии и Дании. Адмирал Джеллико принял решение накануне выхода германского флота в море развернуть свой флот в 100 милях на запад от Ютландского побережья. В соответствии с этим решением соединению адмирала Битти было приказано выйти из Розайта и следовать в назначенный для него район с расчетом прибыть туда к 14 часам 18 мая. К этому времени главные силы английского флота во главе с адмиралом Джеллико должны были сосредоточиться в 70 милях на северо-запад от авангардного соединения Битти.
В 21.30 Джеллико при соблюдении полной конспирации вышел в море. В это же время во главе эскадры из 52 кораблей вышел флагман Битти «Лайон». В распоряжении адмирала находились 6 тяжелых крейсеров, 12 легких крейсеров, 29 миноносцев и одна авиаматка с гидропланом на борту, а также главная ударная сила – четыре новейших и мощнейших сверхдредноута – «Баргем», «Вэлайнт», «Уорспайт» и «Малайя». На каждом стояло по восемь 15-дюймовых орудий, а скорость доходила до 25 узлов. Командовал этой эскадрой контр-адмирал Хью Эван-Томас. Вместе с Битти до этого Эвану-Томасу служить не приходилось, к тому же Эван-Томас принадлежал к тем командирам, которые в минуту сомнения предпочитают действовать по уставу, то есть в полном соответствии с уже отданным приказом, даже тогда, когда здравый смысл диктует необходимость проявления личной инициативы.
В 22.15, через сорок пять минут после того, как Битти поднял якорь, из Кромарти, расположенного на берегу Морей-Ферта, глубокого и бурного залива, начало выходить третье соединение британцев – 2-я ударная эскадра под командованием вице-адмирала сэра Мартина Джеррама. В ее состав входило восемь дредноутов. Теперь весь Королевский флот вышел в море.
Через несколько часов вышел в море и флот кайзера. В 07.50 31 мая немецкие тяжелые крейсера – корпуса их были окрашены в бледно-серый цвет, а на трубах имелась цветная полоска: синяя, красная, белая или желтая, в зависимости от положения корабля в своей эскадре – миновали проход в минном поле у бухты Гельголанд и повернули на север. Эта армада сильно уступала противнику. Всего у немцев насчитывалось 99 кораблей общим водоизмещением 660 000 тонн и 45 000 человек команды, у англичан же – 149 кораблей общим водоизмещением почти миллион с четвертью тонн и около 60 000 человек. На лучших немецких дредноутах стояли всего лишь 12-дюймовые пушки, тогда как на британских сверхдредноутах – стандартные 13– и 15-дюймовые орудия. Все британские корабли были новейшей постройки, за исключением тяжелых крейсеров. Даже родоначальник нового флота «Дредноут», которому к тому времени исполнилось десять лет, считался безнадежно устаревшим и в состав ударных группировок флота не входил.
Ознакомительная версия. Доступно 26 страниц из 171
