Александр Волков - 100 великих тайн археологии

Даже знаменитый шлем Одиссея, описанный в Х песни, нашелся: «Внутри перепутанный часто ремнями, крепко натянут он был, а снаружи по шлему торчали белые вепря клыки» (263—265). При раскопках в одном из захоронений в Аттике археологи обнаружили точно такой же шлем. Наверное, Гомер видел или держал в руках что-либо подобное.

В его поэме совпадают не только географические реалии и бытовые детали, но и исторические факты, порой забываемые быстрее всего. Оказывается, Гомер хорошо осведомлен в политических коллизиях далекого прошлого. В его поэме Восток сражается с Западом, Арголида – с Анатолией. Их противоборство, как выясняется по мере археологических раскопок, было центральным конфликтом ойкумены на исходе бронзового века.

С одной стороны микенская Греция – по Гомеру, к берегам Малой Азии двинулась армада из 1186 греческих судов; с другой стороны альянс, объединявший 15 народов Малой Азии – фригийцев, ликийцев, пафлагонцев – и возглавлявшийся хеттами. Греческий десант был встречен у стен Трои, где, возможно, развернулось главное сражение той войны.

Как замечал русский философ А.Ф. Лосев, «ученые исследуют по Гомеру и ахейцев, и критян, и дорийцев, и ионийцев, исследуют целую историю племенных переселений, исследуют разные тонкие оттенки быта в течение целого тысячелетия». Поэмы Гомера заменяют тысячи канувших в Лету документов. Однако растет и число документов бронзового века, открытых археологами. И это проливает новый свет на поэмы Гомера.

Типичным примером обработки старинных хроник кажется перечень кораблей во второй песни «Илиады». Очевидно, Гомер был знаком с документами, перечислявшими ту несметную рать, что напала на Малую Азию. Так и видишь поэта, который жадно читает древнюю надпись или слушает ее перевод (подобные перечни участников военного похода характерны для бронзового века), а потом укладывает эти названия в «прокрустово ложе» своего ритма,

У Гомера даже география сохраняет свой исторический колорит. В упомянутом перечне, например перечислены 178 населенных пунктов микенской Греции. Уже во времена Гомера местонахождение некоторых городов и деревень было неизвестно. А вот найденные недавно при раскопках Фив таблички с текстами свидетельствуют, что в бронзовом веке эти поселения процветали. Сам перечень достаточно близок торговым спискам, найденным на развалинах дворца в Микенах и датируемым XIII веком до нашей эры.

Для Гомера бронзовый век был его «античностью», временем расцвета культуры. Многолетние раскопки в Хаттусе, столице Хеттской державы, наглядно показывают, как обширны были архивы бронзового века. В Хаттусе обнаружено более 20 тысяч клинописных документов. Эти таблички подробно описывают жизнь хеттского общества в XIV—XIII веках до нашей эры и позволяют воссоздать историю державы, забытой на тысячелетия.

Знатоком подобных памятников мог оказаться и «фантазер» Гомер. Археологи уже убедились, что оставленное им описание Трои во многом верно. Любитель пышных метафор все-таки был прав, называя «высокотвердынную Трою» многолюдным городом. Город и впрямь был велик, а «дворец Приама» поражал своими размерами. Археологи, занимавшиеся его раскопками, насчитали в нем 62 комнаты.

… В поэмах Гомера еще много загадок, которые предстоит разгадывать историкам, а не только литературоведам. Гомера долго считали «отцом поэзии», автором чудесных, но вымышленных поэм. Он же оказался внимательным, вдумчивым хронистом. Дополните книги Полибия или Фукидида главами прелестной повести о Дафнисе и Хлое. Пусть эти бедняки живут то в Афинах, в годину чумы, то в окрестности Карфагена, в канун его падения, – вот и обманчивая тайна Гомера. Простота фактов, соединенная с поэзией вымысла.

«Стонами полон был зал, и кровью весь пол задымился» (22, 309; пер. В.В. Вересаева) – так Гомер описывает грозное возвращение Одиссея. Толпу женихов, осаждавших его дом, его крепость, он перебил в один вечер, ободряемый богами.

Поколения историков привыкли считать странствия Одиссея мифом, изложенным в певучих гекзаметрах. Поколения филологов полагали, что «многоопытный муж», искавший свою Итаку, пребывал в мифическом времени. И лишь два археоастронома, Марсело Маньяско из Рокфеллеровского университета (Нью-Йорк) и Константино Байкузис из Астрономической обсерватории (Аргентина), рискнули недавно измерить это сакральное время легенды. Для этого они скрупулезно отыскали на страницах «Одиссеи» все упоминания реальных астрономических событий. К удивлению исследователей, те идеально подходили друг к другу, словно части часового механизма, заведенного где-нибудь на седьмом или восьмом небе. Итак, что же приметного произошло тогда на небесах?

Одиссей, слушающий пение сирен. Мозаика в Дугге. Тунис

Начнем с того, что в тот памятный день, когда закатилась звезда многих юношей, померкло само светило – в южной части Средиземноморья произошло полное солнечное затмение. Намек на это событие имеется в XX песни «Одиссеи». Ее персонаж «Феоклимен богоравный» сулит соискателям руки Пенелопы скорую смерть – царство вечности без просвета.

Затмение – событие редкое. За шесть дней до него была хорошо заметна планета Венера.

А за 29 дней до этого раскрылась целая карта звездного неба, явленная «Одиссею хитроумному», едва лишь дневное светило зашло за горизонт:

Одновременное появление на небе Плеяд и Волопаса наблюдается лишь два раза в год – в марте и сентябре. Значит, гость из прошлого вздумал «лук натянуть Одиссеев» в один из апрельских (или октябрьских?) дней. Судя по тому, что он был одет в легкое рубище, на Итаке стояла теплая пора, да и отдыхал Одиссей «под цветущими деревьями». Стало быть, действие поэмы происходит в первой половине года.

Парус и лук, зримые образы, запечатленные Гомером и сопровождающие героя в день отплытия с острова нимфы Калипсо – «с радостным духом он ветру свой парус подставил и поплыл» (5, 269; пер. В.В. Вересаева) – и четыре недели спустя, в день победной расправы, – «и не долго трудился, лук напрягая большой» (21, 425—426; пер. В.В. Вересаева), символизировали, по словам толкователей поэтических снов, реальные события – новолуния. (Кстати, это лишь подкрепляет предположение о том, что Гомер в своем рассказе был правдив, ведь полное солнечное затмение наблюдается именно в новолуние.)

Наконец, авторы гипотезы решились, как они сами признают, «сделать еще более рискованный шаг» и интерпретировали появление на небе бога Гермеса за 33 дня до резни, как намек на планету Меркурий, которую вообще-то очень трудно заметить.

Как ни удивительно, но этих упоминаний звезд и планет достаточно, чтобы установить не только, в каком году Одиссей вернулся с Троянской войны, но и в какой день это случилось. Ведь подобная последовательность небесных феноменов чрезвычайно редка.Полное солнечное затмение в том или ином регионе Земли наблюдается сравнительно редко – в среднем раз в 300 лет. «Что же касается всех перечисленных событий, – заверяют исследователи, – то они повторяются в указанном порядке лишь раз в две тысячи лет. Так что есть всего одна-единственная дата, которая удовлетворяет всем критериям».

Так, обмолвки рассказчика позволили современным ученым составить компьютерную модель, в которой с неизбежностью природного закона в означенный срок, «рубище сбросив поспешно с себя» (22, 1), «капитан всех времен и народов», грозный царь – лжец, хитрец и убийца – «возвратился, пространством и временем полный» (О. Мандельштам).

И если быть еще точнее, то Одиссей «всех многобуйных убил женихов» 16 апреля 1178 года до Рождества Христова. В весенний день, под знаком кроткого Овна, когорту влюбленных юношей перебили, как стадо баранов.