Путеводитель растерянных - Моше бен-Маймон

сказал: "Я служу князю, но кто этот князь, я не знаю", или: "я хожу в церковь, а где эта церковь, я не знаю". А эти семь премудростей согласуются скорее с человечностью, чем с какой-нибудь верой. И человек любой веры может принять их. Мы видим, что во всякой вере законник подобен хранителю сокровища, в то время как мудрец схож с умножающим его. И тот предмет, который не дополняют в соответствии с его "сутью", погибает...[42]

Одна из трудностей, стоящих перед переводчиком Путеводителя на русский, состоит в отсутствии традиции, на которую можно было бы опереться. Однако, если мы хотим, чтобы русскоязычная иудаика состоялась, придется когда-нибудь начать, и перевод Путеводителя мне кажется подходящей точкой приложения усилий в этом направлении.

Мне хотелось поблагодарить рабби Йосефа Капаха, чьи переводы и издания открыли передо мной, как перед многими из моих современников, мир Маймонида, и который с готовностью отвечал на мои вопросы; профессора Моше Шварца, который любезно предоставил мне рукопись своего перевода и примечаний к Путеводителю более чем за год до их опубликования; профессора Давида Каждана, который проявлял постоянный интерес к моей работе и с которым я часто ее обсуждал, — его поддержка была очень важна для меня; доктора Цви Лангермана, который прочел часть рукописи и сделал ряд ценных замечаний; покойного рабби профессора Исаака Тверского, проявлявшего внимание к моей работе. Доктор Менахем Гордин оказал нам поддержку на начальной стадии этого проекта, и без него работа бы не началась.

Литературный редактор Михаил Вайскопф сделал все от него зависящее для того, чтобы Маймонид начал изъясняться на внятном русском языке, и если читатель встретит оборот, который ему покажется неуклюжим, то винить он должен переводчика, придерживавшегося установки на почти дословный перевод.

Благодарю моих товарищей, внесших вклад в подготовку рукописи к печати: Ури Гершович провел большую работу по сверке и унификации терминологии, транслитерации, библиографических ссылок, дополнил пробелы в библиографии и сделал ряд замечаний по поводу текста, Меир Левинов составил указатели и индексы, Александр Треггер проверил написание арабских и немецких слов.

И наконец, нельзя не упомянуть сотрудников издательства "Маханаим" во главе с доктором В. М. Дашевским, которые несли на себе основные тяготы, связанные с этим долговременным и сложным проектом. Без их терпения и самоотверженного труда эта книга никогда не появилась бы на свет.

Путеводитель растерянных

Мысль моя стремится начертать путь прямой и проложить его.

Все, заблудившиеся в полях Торы, придите, вступите на эту стезю.

Нечистому и глупцу не пройти по ней;"путем святым" нарекут ее.[43]

Посвящение[44]

Во имя Господа, Бога Вселенной![45]

Уже с того дня, когда ты, мой любимый ученик рабби Йосеф[46] (да хранит тебя твой Творец),[47] сын рабби Йеhуды (да почиет он в раю), предстал предо мною, придя с края земли,[48] дабы учиться у меня,[49] я высоко оценил твое достоинство, [найдя в тебе] великую жажду учения. А так как увидел я стремление к умозрительным[50] предметам в стихах твоих, когда получил из Александрии твои послания и макамы,[51] еще не подвергнув испытанию твое интеллектуальное восприятие,[52] то сказал я себе: "Быть может, его желание сильнее его постижения[53]".

Когда же ты изложил мне то, что уже изучил[54] прежде из астрономии, а также, еще до того, из необходимого введения в нее — математики,[55] усилилась моя любовь к тебе из-за достоинства твоего ума[56] и быстроты интеллектуального восприятия; видя же, что твое стремление к математике весьма велико, предоставил я тебе самому совершенствоваться в ней, зная, чего ты достигнешь.[57] А когда ты изложил мне изученное тобой из искусства логики,[58] я возложил на тебя мои надежды; я увидел, что ты достоин того, чтобы раскрыть перед тобой тайны пророческих книг,[59] чтобы ты разумел их, как подобает разуметь совершенным, тогда начал я наставлять тебя намеками и указаниями. И увидел я, что ты требуешь от меня еще и еще, просишь разъяснить тебе вопросы, относящиеся к теологии,[60] сообщить о воззрениях[61] мутакаллимов[62] в этих вопросах, — являются ли пути их [умозаключений] доказательными,[63] а если нет — то к какому искусству они относятся;[64] я увидел, что ты воспринял некоторые из них от другого [учителя][65] и что ты в растерянности,[66] что одолело тебя сомнение, а твоя благородная душа требует от тебя "найти драгоценные речи".[67] Я же неизменно отказывал тебе в этом, наставляя придерживаться постепенности в постижении, — ибо стремился к тому, чтобы истина была обретена тобою [присущим] ей путем, а не к тому, чтобы тебе досталось достоверное знание случайным образом.[68] Но когда во время наших встреч упоминался нами стих Писания или изречение мудрецов, в которых скрыт намек на таинственный предмет,[69] я не отказывался изъяснить его тебе.

И когда определил нам Бог расстаться и ты обратился на поприще, избранное тобой, [память] тех встреч пробудила забытый было замысел, и разлука с тобою подвигнула меня написать настоящий трактат. Я написал его ради тебя и тех немногих, кто подобен тебе; и разделил я его на главы, которые буду посылать по мере завершения туда, где ты находишься. Ты же пребывай в благополучии!

Введение к части первой

"Объяви мне путь тот, по которому идти мне,ибо к Тебе вознес я душу свою"[70]."К вам, мужи, взываю,голос мой — к сынам человеческим"[71]."Приклони ухо свое, и слушай слова мудрых,и сердце свое обрати к моему учению"[72].

Первая цель[73] сего трактата — разъяснить значения имен,[74] употребляемых в пророческих книгах.[75] Некоторые из этих имен суть имена многозначные,[76] и невежды воспринимают их согласно одному из значений,[77] в которых употребляется это многозначное имя. Другие — метафорические,[78] которые были истолкованы в том первичном значении, от которого была образована эта метафора. Есть и "неопределенные"[79] слова, которые можно счесть употребляемыми однозначно[80] и можно счесть многозначными.[81]

Целью данного трактата не является разъяснение всего этого широкой публике[82] и новичкам в теоретических