Стали бросать жребий, и, когда он выпал Бадану Туракину, тот испугался и подкинул свой белый камешек Эрехэн. Так шаманка принесла себя в жертву ради счастливого будущего хори-бурят.
Хождение хори-бурят к Петру Великому. Картина С. Ричинова. 1991 г.
МАУК «Хоринский районный историко-краеведческий музей имени И. Я. Трунёва»
Предание о походе хори-бурят к Петру I
Когда Петр I был царем, хори-буряты во главе с Баданом Туракиным отправились к нему на конях, чтобы просить: «Возьмите нас в свое подданство». У них было много коней и собак. Они отправились отсюда, собираясь идти три года. Так они, питаясь кониной и дичью, дошли до Москвы. Приехав в Москву, жили там в одном месте, говорят. С ними отправились конюхи, они забрали коней и были в степи. Во главе той делегации был Бадан Туракин, с ними была еще шаманка Абжаа. И вот пришли они в Москву, не знают, куда идти, ходили туда-сюда по центру Москвы, пока их не заметил один человек, работавший в Читинском консульстве (он сам был из Москвы), он узнал, что там ходят буряты, и встретился с ними. Встретившись, спросил:
– Вы буряты?
– Да.
– А по какому делу сюда пришли?
– Мы пришли встретиться с царем. Мы пришли с бумагой, чтобы просить его принять нас в свое подданство, – сказали они.
Тогда тот работник консульства сообщил об этом царю. Царь дал указание: «Дайте им хорошее жилье, чтобы они спали на кроватях с матрасами и вкусно кушали». Их поселили в одном каменном доме. Так однажды царь Петр I сказал:
– Пойду посмотрю на них, что это за люди.
И он пришел в тот дом, а за ним – люди, охрана. Пришел, смотрит, а они в том доме весь пол разобрали, на земле огонь развели, котелок подвесили, железные кровати сложили в угол, постелили матрасы прямо на землю – такие вот дела.
Петр I на это посмотрел и сказал:
– Вы на конях приехали? Эта женщина тоже приехала на коне?
– Да, – говорят буряты.
Эта шаманка Абжаа была молодой женщиной в возрасте чуть больше двадцати лет. Вот Петр I и удивился тому, какая она женщина, что приехала в Москву на коне с самой китайской границы. Царь назначил время встречи с ними и пошел.
Потом они встретились с царем, приняли его подданство и отправились назад на родину. Пока шли они, у них закончились запасы еды, съели они и коней, на которых ехали. Много месяцев шли. Еды нет, идут они по белой степи, по пустым лесам, с людьми не встречаются. Так они уже умирали от истощения и решили бросить жребий, чтобы съесть одного из них. Когда бросили жребий, он выпал Бадану Туракину. А он тогда, втайне от остальных, подбросил свой жребий шаманке. Когда пришлось съесть шаманку, она сказала:
– Ваш народ хори убил меня, поэтому из хоринцев больше не будут выходить нойоны, – и упала замертво. Так остальные вернулись на родину живыми[104].
По другой версии, Бадан Туракин убил Эрехэн, будучи пьяным. Во всяком случае, в народе довольно распространено было мнение, что хоринский предводитель и шаманка из-за чего-то не поладили, и потому Эрехэн наложила на Туракина и весь его род проклятие. И действительно – никто из потомков Бадана Туракина больше не занимал пост главы хоринского племени.
Большинство людей считают, что предания о съедении Эрехэн ее спутниками не имеют ничего общего с реальностью. Однако существуют разные предположения об их происхождении.
Лошадь под бурятским седлом, нач. XX в.
ГАУК НСО «НГКМ»
Есть мнение, что сюжет о конфликте между Эрехэн и Баданом Туракиным, предательстве и съедении шаманки придумал бурятский писатель начала ХХ века Базар Барадин для пьесы «Великая сестрица-шаманка», посвященной походу хори-бурят к Петру I. Эта пьеса была написана в 1921 году – во время политической нестабильности, когда бурятская интеллигенция старалась сплотить вокруг себя народ для борьбы за создание национальной республики. История о делегации к Петру I в интерпретации Б. Барадина стала примером борьбы бурят за свои политические права. В его пьесе образы Эрехэн и Бадана Туракина противопоставлены друг другу и работают на раскрытие авторской идеи: Туракин выступает ненадежным человеком, не готовым принять на себя ответственность за судьбу народа в тяжелое время, а Эрехэн, наоборот, как истинный лидер нации спасает свой народ в трудную минуту. В сцене возвращения из похода путники страдают от голода, бросают жребий, он выпадает Бадану, но тот подставляет Эрехэн. А шаманка произносит монолог, в котором говорит, что она в любом случае готова пожертвовать собой ради будущего народа.
Из пьесы «Великая сестрица-шаманка»
Поскольку нет среди вас человека,
Кто может жизнь отдать за людей,
Поскольку нет среди вас человека,
Кто может тело отдать за народ,
Настало мне время,
Чтоб всех вас спасти,
Пожертвовать жизнью своей.
Настало мне время,
Чтоб путь ваш сберечь,
Пожертвовать тело свое.
Мне, ослабевшей, ослепшей,
Больше не светят солнце и месяц.
Не привидятся мне никогда
Милые сердцу мать и отец.
Не привидится мне никогда
Любимый мой человек.
Мне, ставшей увечной,
Драгоценная жизнь не нужна.
Долгий я путь исходила,
В деле вашем вам помогла.
Теперь, когда дальше идти не могу,
Осталось мне только отдать себя в жертву.
Быстрые стрелы пустите в меня,
Отделите плоть от костей!
Острые стрелы пустите в меня,
Исстрадавшееся тело мое успокойте![105]
По мнению некоторых исследователей, именно после создания пьесы Б. Барадина, которая с успехом была показана в самодеятельном Агинском народном театре, сюжет о самопожертвовании Эрехэн и малодушном Бадане Туракине ушел в народ. Но есть и другая версия.
Полагают, что слухи о съедении шаманки или ее убийстве по вине Бадана Туракина могли распускать еще в XVIII веке его недоброжелатели. В таком случае за этими преданиями стоит некое политическое противостояние в хори-бурятском обществе, подробности которого до нас не дошли. Только фольклорные истории, представляющие Туракина отрицательным персонажем, а Эрехэн – его невинной жертвой, служат отголосками конфликта, возможно, имевшего место в прошлом.
В любом случае история о шаманке, которая принесла себя в жертву соплеменникам, и о несправедливо жестоком к ней родоначальнике явно трогала людей своим драматизмом и трагичностью, поэтому еще в середине ХХ века ее охотно рассказывали в народе.
Сегодня же такая интерпретация событий похода к Петру I в Бурятии непопулярна. И Бадана Туракина, и Эрехэн предпочитают видеть национальными героями, которые в равной мере способствовали успеху делегации и обеспечили лучшее будущее для своего народа. К истории о съедении Эрехэн чаще относятся как к безосновательным домыслам или слухам. В современных литературных произведениях и театральных постановках о хоринской делегации к Петру I Бадан и Эрехэн не ссорятся друг с другом. Бадана Туракина изображают бесспорным предводителем хори-бурят, а шаманку Эрехэн – их духовной защитницей, не претендующей на роль политического лидера. Именно так, например, показана эта история в опере Баира Дондокова «Эрехэн», которая идет в Бурятском театре оперы и балета с 2023 года.
Буряты, разрисовывающие «бурханов». Забайкальская область, кон. XIX – нач. XX в.
ГАУК НСО «НГКМ»
Рекомендованная литература
О мифах бурят
Тексты
Великий Гэсэр: бурятское сказание: вариант улигершина Пеохона Петрова / поэт. пер. А. Преловского. Москва: Академия поэзии: Московский писатель, 1999.
Небесная дева лебедь: бурятские сказки, предания и легенды / сост., зап. И. Е. Тугутова, А. И. Тугутова; пер. и пред. А. И. Тугутова; комм. И. Е. Тугутова, А. И. Тугутова, Л. Н. Нуркаевой. Иркутск: Восточно-Сибирское книжное издательство, 1992.
Исследования
Галданова Г. Р. Доламаистские верования бурят. Новосибирск: Наука. Сибирское отделение, 1987.
Дампилова Л. С. Шаманские песнопения бурят: поэтика и символика. 2-е изд., испр. и доп. Москва: Восточная литература, 2012.
Дугаров Б. С.
