одной книге невозможно, однако можно выделить ключевые мотивы, типы героев и пространства, а также показать, как одни и те же сюжетные формулы «кочуют» между регионами и эпохами. Вместо перечня в заключение мы предложим набор тематических «узлов», вокруг которых группируются десятки вариантов сказок, легенд и преданий, о которых мы успели поговорить за книгу:
• Волшебные сказки: чудесные помощники, испытания, табу и награда за добродетель.
• Житейские и сатирические сюжеты: жадный богач, хитрый крестьянин, строгий, но справедливый суд.
• Звериный эпос: тигр как сила, дракон как небесная воля, благодарные животные.
• Мир духов: токкэби, горные и водные божества, домашние покровители очага.
• Семейно-нравственный цикл: падчерица и мачеха, невестка и свекровь, братское соперничество.
• Пограничные пространства: горы, тропы (лесные, в поле), реки как места испытаний.
Каждый «узел» сопровождает бесконечное число нюансов, которые зависят от региона распространения, эпохи появления и социокультурной обстановки.
Мифология в массовой культуре
За последние годы мы наблюдаем всплеск популярности корейской массовой культуры. Несомненно, подобный эффект связан с «корейской волной» (халлю) – этим словосочетанием называют распространение южнокорейской культуры по всему миру. Как явление «корейская волна» появилось в 1990-е годы, когда в Южной Корее случился экономический кризис, а термин зафиксировали в 1997 году благодаря китайским журналистам, объясняющим растущую популярность корейской культуры.
Изначально южнокорейская культура обретала популярность преимущественно среди азиатских стран, но сегодня интерес к ней заметен по всему миру. Центральное место развития и популяризации культуры Кореи – музыка и кинематограф. Именно кинематограф оказался новым пространством обитания корейской мифологии – экранным «святилищем», где древние духи и сюжеты обретали голос, тело и визуальную форму. То, что некогда передавалось в устном рассказе, песне или обрядовом танце, сегодня живет в свете прожекторов: горные и водные божества, домашние покровители, хитроумные токкэби, оборотни-лисы и культурные герои возвращаются не как музейные экспонаты, а как действующие силы повествования.
Корейская мифологическая вселенная синкретична: шаманские представления сосуществуют с буддийскими и даосскими идеями, а конфуцианская этика определяет меру человеческим поступкам. На экране это многообразие проявляется в разнообразных жанрах: от исторических драм до хорроров, от фантазий о посмертных судах до городских сказок, в которых древние существа учатся жить среди неоновых вывесок и бетонных домов. Миф выступает и как устройство мира, и как моральный компас, и как язык разговора о справедливости, долге и свободе.
Особую популярность в современном мире обрели корейские сериалы – дорамы. Интересно, что слово «дорама» пришло из японского языка (яп: テレビドラマ, [тэрэби дорама]), где несло значение привычного нам сериала. В корейском же языке такие сериалы дословно называют тырама (кор: 한국드라마, [хангук тырама]). При этом под дорамами часто подразумеваются как корейские, так и японские и китайские телесериалы. Обретать всемирную популярность дорамы начали еще в 2000-х годах (начиная с Восточной Азии) и со временем охватили все больше стран.
Популярность дорам можно объяснить несколькими причинами. Во‐первых, привлекательной визуальной частью, особенно актуальной в эпоху доминирования визуальной составляющей в медиа. Во‐вторых, интересными сюжетами и разнообразием жанров: фантастика, детектив, триллер, романтика, комедия, история и другие. Зрителя также привлекает экзотическая для западного человека ментальность, непривычная актерская игра и саундтреки, созданные индивидуально для каждого сериала.
Как уже сказано ранее, корейская мифология синкретична и выстраивается на основе не только мифов, но и сказок, легенд и песен. В центре фольклора часто оказывается мотив о вмешательстве сверхъестественных сил в жизнь человека. Дорамы – прекрасное поприще для иллюстрации богатства духовного наследия корейского народа. Так, в корейских сериалах транслируются традиционные ценности многих поколений, и вместе с тем эти образы актуализируются для лучшего восприятия современным зрителем.
Один из любимых персонажей корейского кинематографа – трикстер токкэби. Этот образ появляется не только в сериалах, но и доминирует среди комиксов, анимационных фильмов и даже театральных постановок. Причина в его «упругой» природе: токкэби одинаково органичен в комедии и хорроре, в сказочной притче и городской мелодраме. Он – испытатель и щедрый даритель, соблазнитель и справедливый мститель; существо на границе миров, которое проверяет людей на жадность, честность и смекалку. Благодаря этому архетип легко адаптируется под запросы эпохи.
Популярность образ получил вместе с телесериалом 2016 года «Гоблин» («Демон», или «Токкэби»). Благодаря динамичному и захватывающему сюжету, а также прекрасному актерскому составу образ токкэби приобрел харизматичную коннотацию героя с психологической глубиной и романтической линией. Помимо токкэби, автор идеи сериала – Юн Харим – ввел в повествование множество других мифологических тем: перерождение, понятие судьбы, вечная любовь, Мрачный Жнец, богиня деторождения Самсин и прочие.
Сериал переосмыслил образ токкэби, сдвинув акцент с озорного лесного духа к одинокому бессмертному, страдающему от ноши прошлого. Традиционные атрибуты вроде дубинки и рогов заменены «знаками судьбы»: невидимый меч, способность открывать двери между мирами, управление огнем и ветром. Так архетип трикстера обретает трагическую глубину: герой все еще испытывает людей и вмешивается в порядок вещей, но оказывается заложником небесного договора.
Пантеон сериала расширяет мифологическую рамку: мы встречаем Мрачного Жнеца, который предстает не карающим абсолютом, а, скорее, чиновником или государственным работником с потерянной памятью и личной драмой. Богиня Самсин показана как покровительница рождения и судьбы, вмешивающаяся в судьбу героев мягко, но решительно.
Другой популярный мифологический образ – кумихо. В дорамах этот образ встречается довольно часто. Создатели обычно делают его более разносторонним персонажем, чем в легендах, зачастую наделяя ролью протагониста. В таких сериалах кумихо становится более доброжелательным, наивным и часто сострадательным. Например, главная героиня дорамы 2010 года «Моя девушка – кумихо» влюблена в смертного и мечтает стать человеком. В сюжете помимо лисы упоминаются токкэби, богиня Самсин, «лисья жемчужина» и другие.
Иной сериал, ставший феноменом в жанре корейского фэнтези, – дорама «История девятихвостого лиса» (или «Сказания о Кумихо»), выходившая с 2020 по 2023 год. В сериале представлены лисы обоих полов, причем главный герой, которого сыграл популярный южнокорейский актер Ли Дон Ук, со способностями кумихо сочетал функции горного божества. В результате гармоничного соединения мифологии, романтической линии и сюжетной динамики сериал привлек огромную аудиторию не только на территории Южной Кореи, но и за ее пределами.
В другие годы также выходили телепроекты, в которых главными героями были кумихо: сериал 2013 года «Книга семьи Гу» интересно раскрывает проблематику человека-полукровки, рожденного от союза кумихо и смертной; другой телесериал 2021 года, «Мой сосед – кумихо», рассказывает легкую историю о кумихо и студентке, которая по случайности проглатывает «лисью бусину».
В фильмах и сериалах вместо хитрой лисы, пожирающей плоть, современная кумихо изображается красивой женщиной (или мужчиной), способной любить и заботиться о дорогих людях. Кровожадный образ видоизменяется
![По месту службы [сборник 1970, худ. Л. Гритчин] - Борис Михайлович Зубавин](/uploads/posts/books/432717/432717.jpg)
