— Что с ним произошло? — обратился один из врачей ко мне. — Нам нужно это знать, и я вас уверяю, мы сделаем все возможное, чтобы спасти вашего супруга. Пока его состояние критическое.
По моим щекам вновь потекли слезы.
— Вам тоже нужна медицинская помощь.
— Нет-нет. Я в порядке, но я хочу поехать с вами. На нас напали, целая банда, его очень сильно ударили в грудь, вот все, что я помню.
Не буду утомлять вас пересказом, как мы добирались до больницы, как я, размахивая платиновой картой, затребовала самую лучшую палату и самых известных врачей, двум пришлось оплачивать перелет из Милана и Палермо, как кот проклял меня на всех языках и, вытребовав у медперсонала пузырек валерьянки, заливал стресс от такой огромной траты денег, а я делала все для того, чтобы мой любимый вернулся к жизни.
Кроме местных были вызваны еще три ведущих профессора из Европы. Алекса перевели в лучшую клинику, самую дорогую ВИП-палату, напичканную новейшим оборудованием, и о чудо уже к вечеру следующего дня он пришел в себя и ему даже разрешили передвигаться на коляске. Не успела я опомниться от счастья, как в палату явился мрачный Пусик, протягивая мне сотовый.
— Звонок от местного агента Базы, — проворчал он. — Хочет поговорить с тобой.
— Да? — Я взяла трубку.
— Эй, подруга, слушай сюда, — распевным рэперским тоном зачастил собеседник. — Бери своего кореша, и делайте ноги. Я жду вас всех на повороте дороги. И толстый ваш кот пусть будет рядом, даже если тебе оно уже и не надо. Прыгайте в машину, и валим отсюда! Я вас увезу, такая приблуда.
— Чего-чего-чего?! — обалделая. — А ты нормальным языком говорить можешь?
— Черные братья говорят так. А кто не говорит, тот лох и дурак!
Я поняла, что, когда вернемся на Базу, первым делом надо будет дать шефу по колпаку за такого помощника.
— Шагайте быстро, а не то будет хуже. Полиция едет по ваши души!
— Ничего не понимаю, — призналась я, отключая телефон. — Но, похоже, нам нужно срочно линять.
С помощью двух санитаров я усадила Алекса в коляску, наврав, что больному нужно дышать свежим воздухом. Агент 013 сверился с планом эвакуации в случае пожара и выбрал нам самый короткий путь на улицу. Мы прошли через три служебных помещения, морг, склад, подземный гараж, изображая для всех заплутавших русских туристов, и наконец выбрались из больницы. На противоположной стороне у светофора стоял небольшой белый мини-вэн с надписью «Максима-пицца от Миссимо». Чернокожий водитель за рулем белозубо улыбнулся и помахал нам рукой.
— Делаем ноги, братва. — Он помог закатить Алекса внутрь, закинуть за шкирку кота и распахнул передо мной дверцу переднего сиденья. — Где кредитка?
Я протянула ему карту. На моих глазах он сунул ее в рот, как в щель банкомата, и начал яростно жевать пластик.
— Тяжело пошла, — сглотнув, оповестил он, постучав себя кулаком в грудь. — Если что, я вас знать не знаю.
— А ты сам-то кто такой? — Я покосилась на немолодого потрепанного парня, в засаленных джинсах, наколках и в застиранной бандане на голове.
— Спецагент, как и вы. Только по финансовой части. Но приходится подрабатывать всем подряд.
— В том числе и рэпом?
— А что? Каждый черный обязан быть рэпером. Полиции это нравится. А вот и она. — Он надел поверх банданы черную бейсболку козырьком назад и, врубив на всю мощь рэпера 50 Cent, дал по газам.
Две полицейские машины остановились у больницы, а третья без малейших сомнений увязалась за нами.
— Я бедный нигер, за что мне такое? Все ночи без сна, и днем нет покоя. Бандиты, полиция, наркоконтроль. Устал я играть черномазую роль. Ну сколько можно? Хочу лишь свободы. Уехать куда-нибудь в Канны на воды. Снять пару телок, сходить в казино. Но полиция на это забила давно. Им мои проблемы до пятой точки. У них свои сыновья и дочки. Они все белые и едут в Европу. А таким, как я, одна дорога, в…
— Заткнись, пожалуйста, — тепло попросила я. — А не то пристрелю.
— Понял, подруга, — не стал спорить он, засунул руку за пазуху и протянул мне переходник.
От избытка чувств я чмокнула его в щеку и метнулась к Алексу. Почти в ту же минуту нас остановили.
— Откройте немедленно, полиция!
— У меня ничего нет, проверяли уже на прошлой неделе. Я чист, офицеры!
— Открывай без разговоров.
— Это потому, что я черный, да? — начал возмущаться наш проводник.
— Я сказал, открывай, быстро. — Полицейский наставил на него пистолет.
— Ладно-ладно, не кипешуй, приятель, уже открываю. Но имей в виду, я буду жаловаться своему черному адвокату. — Он нажал на кнопку открывания дверей, и, когда полицейские, прикрывая друг друга, резко распахнули дверь салона, думая, что берут на прицел тех, кто внутри, они увидели там только пустую больничную коляску.
К тому моменту мы перенеслись на площадку телепортатора, и оставшийся без коляски Алекс повис на мне и коте. Мы держали его, пока не подоспела помощь. Уже оповещенные о произошедшем гоблины-санитары быстро подкатили специальную каталку и усадили в нее моего бедного мужа.
— Везите его в палату.
— Но нам надо к шефу, — слабо запротестовал он. — Как глава группы, я должен сдать отчет.
— Вот в больнице его и напишешь, хорошим литературным слогом. А устно мы как-нибудь и сами с агентом 013 отчитаемся. Тебе ведь нельзя волноваться. — Я быстро чмокнула его в лоб и оставила на санитаров, хотя сердце сжималось. — Мы тебя сразу навестим, как только потолкуем с нашим дорогим шефом, бесстыже подставляющим своих же агентов. Поверь, мне есть что ему сказать…
Алекс знал, что меня бесполезно отговаривать. Он открыл было рот, собираясь что-то посоветовать, но, поразмыслив секунду, передумал и только махнул нам с котом рукой, типа дело ваше, и покатил в больничное крыло. Я же решительным шагом направилась в кабинет шефа.
— Алиночка, может, не надо так уж сразу? — юлил Пусик, путаясь у меня под ногами. — Может, сначала в столовку, успокоим нервы компотом? Я уверен, все объяснится, если мы мирно начнем конструктивный диалог, а не…
Я на миг прикинула в руке вес ловушки, оценила расстояние до макушки Профессора, и он, почему-то сразу все поняв, рванул по коридору впереди меня с криком:
— Где этот небритый негодяй?! Как он мог так с нами поступить? Почему мой раненый напарник должен на инвалидной коляске скрываться от полиции, прикрывая чьи-то финансовые махинации?!
Когда мы вломились в кабинет шефа, он протирал листья своего любимого фикуса, мурлыкая под нос что-то шотландское. Я жестом отстранила почувствовавшую неладное Грызольду, а котик без предисловий сгреб шефа за бороду. Тот даже не сделал попытки дотянуться до боевого топора, понимал, что не успеет.
— Я могу все объяснить.
— Мы очень на это надеемся…
Разговор получился долгий. Наш босс начал издалека, ссылаясь на постоянное недофинансирование Базы, на перенаселение, на вынужденный поиск дополнительных средств в связи с обязанностью не только избавляться от монстров, но еще и перевоспитывать их, устраивать на работу и даже, увы, платить им зарплату. На каком-то этапе он просто махнул рукой на все принципы и взял пару кредитов в банке. Что было потом, можете догадаться сами…
— Я вложил все свои личные сбережения. Потом мы обнулили банковский счет Грызольдочки, потом я набрал в долг у друзей, и все равно проценты по невыплаченным кредитам росли и росли. В общем, у меня не было иного выхода, кроме как вспомнить о своем криминальном прошлом и…
— Подставить нас?
— Не только. Вы хоть вырвались, а бедолага Стив вообще в Таиланде в долговой яме сидит.
— В настоящей, что ли, яме? — ужаснулся кот.
— Ага, в земляной тюрьме с деревянной решеткой сверху. Пока долг не выплатит, будет сидеть там без еды и воды. Но еда-то ему и не нужна. Тут кредиторы просчитались, — захихикал он и вдруг горько зарыдал. — Не надо меня винить. Теперь грабительские банки с такими процентами благодаря нам полетят в тартарары. Просто карта выписана на меня, а я за границей не был.
