Для него тот наш поход тоже не прошел бесследно. Серебристый цвет силы сменился на белоснежный, а серо-голубые глаза стали совсем светлыми, что делало взгляд мужчины слегка пугающим. Правда, если требовалась временная смена масти, Кир-Кули всегда мог прибегнуть к внешней иллюзии. Хотя лично мне нравился оригинал. С белесыми радужками он еще больше походил на иномирного демона, за которого я приняла его при нашем знакомстве. На моего личного вредного демона, с которым год назад мы повторили ритуал Эо. Это стало еще одной важной ступенью в нашей и без того насыщенной семейной жизни.
По словам Древних (да и по заметно возросшим способностям блондина) подобные изменения цвета силы означали высший уровень для мага жизни. Аше-ар, вероятно, стал последним, кого бездна одарила своим вниманием прежде, чем ее запечатали. По-мнению Сэн, больше ни одна душа не попадет в ее плен, а значит, не будет новых сильнейших, как не будет и препятствий для перерождения аше-аров. Впрочем, последних на этот счет никто, судя по всему, просвещать не собирался.
Новая печать намертво закрыла портал в мир изнанки, устранив все лазейки, через которые обитатели бездны раньше могли просачиваться в материальную вселенную. К сожалению, мирды-Древние, как и другие плененные Красоткой души, остались запертыми там навсегда. Мне было их по-своему жаль, и потому, наверное, я утешала себя мыслью, что в отсутствии безумной королевы, у них появится шанс изменить свою загробную жизнь в лучшую сторону. В том, что Кейна умерла, я не сомневалась. Хотя маги, с которыми так тесно свела меня судьба, мое мнение не разделяли.
— Ну, неужели тебе не наскучило тут сидеть? — искоса поглядывая на меня, гнул свою линию Кир-Кули, продолжая искушать наставника очередным приключением.
Я лишь чуть заметно улыбалась, наблюдая за тем, как Сэн привычно игнорирует «гениальные» идеи аше-ара. Зачем ему портить мирные отношения с братом, когда они только-только начали налаживаться? Впрочем, супруг мой и сам не особо жаждал связываться с Ийзэбичи, разве что с целью встряхнуть Ашенсэн, который последние несколько лет безвылазно торчал в подземельях Мэйзина, что-то активно изучая. Вернее, кого-то: меня и Ангелину. И мы с ней, как две послушные лабораторные зверушки, все тихо мирно сносили, ибо каждой от Светлоликого требовалось взамен что-то важное.
И, если я была «айкой» приходящей, то Гелла жила тут на постоянных условиях, читала все, что можно было прочитать, и воспитывала двух «размороженных» Древними девчонок, которых Сэн прихватил с Земли на случай, если пришлось бы делать новую сейлин. Малявки после апгрейда, устроенного им Тиаро с Риссэ, были полны энергии и любопытства. К счастью, им не пришлось повторить мою судьбу.
Такого чудовища, как я, вполне хватало и одного на все миры Тайлаари, вместе взятые, горячо любимую мной Землю, где мы часто гостили с мужем, и прочие планеты за Гранью, которые еще только собирались посетить. Я предлагала отправить девочек домой, но Ангелина заявила, что спокойно жить им там не дадут после того, что сотворили с их телами Древние экспериментаторы. И, хотя мутации девчонок были гораздо слабее, чем у их наставницы, пришлось признать ее правоту. Небольшая магическая чистка памяти решила вопрос с былыми привязанностями обеих подопытных, позволив им начать жизнь с чистого листа.
Нам Ангелина тоже не раз намекала, что пора бы уже определиться с местом постоянного проживания и бросить там корни. Но мы лишь отшучивались в ответ. Ведь когда дом помещается в перстне, пейзаж за окном можно менять бесконечно. И это действительно здорово! Киру оседлая жизнь порядком осточертела еще в период охраны Неронга, и в ближайшем будущем он планировал осуществить данное мне когда-то обещание — отправиться в путешествие по неизведанным еще мирам за гранью. Вот только в это самое путешествие ему приспичило затащить еще и Ашенсэн с жуткой домоседкой Геллой. Они пока активно сопротивлялись, но, зная мужа, я уверена, что он своего добьется.
Хорошо, хоть гая Огненного приглашать не стал! После того, как Лей-Кули объявила ему негласную войну, и всячески пыталась отравить жизнь одному из самых сильных и привилегированных магов Тайлаари, отношения между Ийзэбичи и родом Кули складывались весьма прохладно. Не то чтобы враждебно, как в былые времена, но и дружескими вынужденные встречи главы Ордена с Лирэн-Кули назвать было сложно. Дракон потребовал выдать ему мелкую пакостницу на перевоспитание. Кир же, заявив, что знает, кого этот чешуйчатый прохвост из нее воспитает, предпочел отправить племянницу в ссылку лет эдак на десять, чтобы остыла и успокоилась в тихом месте, где нет ни драконов, ни аек, зато полно других не менее интересных животных. Таких, например, как киприны и маануки.
Повозмущавшись для приличия, Ийзэбичи согласился с таким положением дел и временно забыл про белокожую занозу, доставлявшую ему кучу хлопот. Да и не до Лей-Кули ему, если честно, было. Орден оказался тем еще серпентарием, и потому занимал почти все время сильнейшего. Что касается Тиронга, теперь эта «обитель зла» парила рядом с другими летающими островами в столичном мире Тайлаари. И, на контрасте с процветающими Мэйзином, где обосновался Сэн, и с эксцентричным Неронгом, за который вовсю взялись Древние «детишки», служила наглядным напоминаем, что с главой Повелителей Времени шутки хороши, но фатальны.
Никакого населения в Тиронге, как не было, так и нет до сих пор. Только руины и заросли лиан, специально выведенных Сэн для создания тропического микроклимата. Еще там частенько бывает дракон, отдыхающий от должностных обязанностей и надоедливых подчиненных, стоят сотни заметно покоцанных золотых статуй с лицами сильнейших и… активно разрастается целая популяция аек. Для каждой очередной компании заговорщиков, замышляющих переворот, гай Огненный устраивает маленькую показательную экскурсию в свои владения. На этом, как правило, все революционные порывы умирают естественной смертью… чтобы воскреснуть вновь после очередного нововведения в виде заказа на устранение дракона.
Наивные! Неужели они, действительно, не понимают, что бессмертного убить нельзя? А если и можно, об этом ведь кроме нашего узкого (можно даже сказать, семейного) круга посвященных никто не знает. Как не знают чужаки и про то, что под плитой источника в Тиронге отстроена совершенно новая лаборатория, в центральном зале которой висит один единственный кокон. Ий по-прежнему пытается если не встретить, то создать свою идеальную женщину. Вот только никак не может остановиться, и поэтому при каждом визите Тиаро и Риссэ вносит все новые и новые поправки к заказу.
Когда из той «куколки» вылупится, наконец, долгожданная «бабочка», чую, она будет еще более необычной, чем Гелла, с которой я, к слову, неплохо поладила. Но вот большой девичьей дружбы у нас, увы, не получилось. А в последние пару месяцев некогда спокойная землячка стала и вовсе какой-то раздражительной, даже агрессивной, что никак не способствовало взаимному доверию. Куда ближе по духу мне была Лей-Кули, и я даже выбила у мужа возможность регулярно навещать ее в вынужденной ссылке.
С Древними отношения у меня сложились странные, но, к счастью, не враждебные. Эдакий вооруженный нейтралитет, за соблюдением которого строго следили мой супруг и их отец. Материнские чувства к «детям» у меня если и были, то умерли на том памятном обрыве. Осталось только сожаление, горечь и банальное желание не ссориться. Я их не ненавидела, вовсе нет… но и любви особой не испытывала. Впрочем, это у нас было взаимно.
Зато они хорошо поладили с Эваном. Даже умудрились сделать из него нового хозяина Неронга, в то время, как сами оставались серыми кардиналами, дергающими на ниточки своего облеченного властью братца. С принцем я, после нашей с Киром свадьбы, виделась всего раза три, не больше. Как-то не ладилось у нас общение, даже пережитые в прошлом события не сближали.
Принц изменился, стал взрослее, серьезней и… скучнее. Для меня, не для других. Он много времени проводил со своей многоликой «невестой», которая на светских раутах блистала в облике покойной Ырли, а вечерами под личиной Ариши пересчитывала вместе с толстым О выручку, которую приносил их заметно раскрутившийся бордель. Истинную внешность Кейли из рода Оз видел только ее «жених», и то лишь страстными ночами, которые они проводили вместе. О том, что эта затянувшаяся помолвка когда-нибудь перерастет во что-то большее, никто не хотел и думать. Пока не хотел, а что там будет дальше…
— Готово, девочка! — прервал поток моих размышлений голос Сэн.
Я с подозрением покосилась на протянутый мне бокал с мутной серой жижей.
— Прошлая версия была как-то… аппетитнее, — поделилась своими наблюдениями, принимая сосуд.
