– Что полагается за утерю реликвии и такого могучего артефакта? Смерть!
– Но, уважаемая Раманапиритикалиона, нельзя же так сразу! Может, реликвия не утеряна, а… – начал другой старейший старейшина.
– Просто передана кому-то попользоваться? А уж он-то ее и потерял? Но хранить-то доверили этому! – Бронзовая дракона, всем своим видом демонстрируя отвращение, кивнула в сторону сжавшегося старейшины. Рамана отвернулась от него и презрительно усмехнулась:
– Он недостоин носить имя…
– А-а-арр! – заревел старейшина и нанес удар по бронзовой драконе. Страшный удар, в котором была сосредоточена сила огня и сила смерти. Но это вероломное нападение не достигло цели, его даже не отразила, а поглотила радужная защита, возникшая вокруг четверки драконов. Возникла и пропала. И тут же последовал ответный удар, причем нанесла его не Рамана и не рядом стоящий с ней изумрудно-золотистый дракончик. Удар нанесла снежно-белая. Удар ледяным пламенем! Такого просто не могло быть! Это был огонь, но огонь вечного холода, он превратил старейшину в ледяную головешку.
– Вот так! – прошипела снежно-белая, а стоявшая с ней рядом золотисто-изумрудная дракона кинулась к изумрудно-золотистой, схватила ее в охапку и испуганно спросила:
– Листик, ты не пострадала? С тобой все в порядке?
– Не-а! – ответила Листик. И добавила в сторону ледяной головешки: – Некромант хренов! Ыратх фырарт и грымуз! Прыдрам в хрыпыр уралам!
– Листик! – хором закричали остальные три драконы, впрочем, золотистая не выпустила из своих объятий маленького дракончика, только сильнее ее к себе прижала.
– Я предлагаю не прерываться и продолжить рассмотрение заявок, следующая моя! Поэтому давайте ее рассматривать, – заявила как ни в чем не бывало бронзовая дракона.
– Но, уважаемая Раманапиритикалиона, как же мы можем рассматривать вашу заявку, когда не рассмотрена аналогичная заявка, тем более что обе заявки на один мир! А рассмотреть предыдущую заявку в отсутствие заявителей не представляется возможным, поскольку не найден соответствующий аргумент отказа. Поэтому рассмотреть вашу также не представляется возможным, поскольку обе заявки противоречат друг другу. Такое несоответствие можно было бы решить поединком заявителей, но опять же в отсутствие одной из сторон, заявивших о… – Старейший старейшина говорил еще минут двадцать. Когда он замолчал, Листик громким шепотом, который слышали все присутствующие, спросила:
– Что он сказал?
– Говорит, нельзя, потому как ему сильно этого не хочется, – таким же шепотом начала объяснять Милисента. Листик, очень неодобрительно поглядывая на старейшину, слушала и кивала. А золотистая дракона закончила объяснять: – Говорит – веских аргументов не хватает!
– Ага! – кивнула Листик и оценивающе посмотрела на старейшину. – Веский аргумент – это когда сразу по голове?
– Я думаю, что у меня есть аргумент, говорящий о том, что решение по моей заявке будет принято сегодня. – Рамана, улыбаясь, достала прямо из воздуха медальон власти Каратэша. Подобные медальоны свидетельствовали о социальном положении их владельца, а именно о владении территорией на Каприне, где находились подвластные драклану питомники драгов. И с таким медальоном его владелец мог расстаться только в случае своей смерти. Такой медальон давал право на земли и на питомники драгов. Не было еще случая, чтоб драклан отдал такой медальон добровольно. Если же случался поединок за право обладать таким медальоном, а следовательно, и землями, то победитель не оставлял побежденного в живых. Медальон Гары достала Листик, а медальоны Герха и Ирумта соответственно – Саманта и Милисента.
– Э-э-э… Вы претендуете на земли… – начал старейшина, но Листик его перебила:
– Нет, на земли я не претендую, но я заберу всех их драгов. Понятно?
– Листикалинариона так же, как и мы, отказывается от территорий на Каприне в пользу Совета. Совет может распоряжаться этим землями по своему усмотрению, но драгов мы заберем! – подтвердила решение племянницы Рамана.
– Да, но чтоб получить разрешение на владение драгами, нужно, чтоб кто-то подтвердил дееспособность будущего владетеля, то есть просто за него поручился! – изобразил улыбку старейшина, остальные драконы согласно загудели. А старейшина, еще более ехидно улыбаясь, пояснил: – Закон требует не менее четырех поручителей!
– Закон что дышло, в смысле такой же прямой, но его всегда можно повернуть в нужную сторону, – согласно кивнула Саманта.
– Скорее, оглобля, которой всегда можно приложить неугодного, – высказала свою точку зрения Милисента.
– Ага, и этими дышлами, похоже, собираются навернуть нас! – обиженно заявила Листик.
– Повернуть можно в любую сторону, главное, знать как! – усмехнулась Рамана. – Помните закон о взаимном поручительстве капитанов и их помощников славного города Венисии? Когда они чужой корабль совершенно честно присваивают?
– Ага! – обрадовалась Листик.
А Рамана очень серьезно сказала:
– Я выступаю поручителем Листикалинарионы!
– И я, и я, – в один голос добавили Милисента и Саманта.
– А кто будет вашим поручителем, уважаемая Раманапиритикалиона? – спросил тот же старейшина.
– Я буду! – очень важно ответила Листик.
– И я, и я, – снова в один голос добавили Милисента и Саманта.
– Это как же? – растерялся старейшина, такое наглое заявление о взаимном поручительстве обескуражило старейшину, он даже подумать не мог, что такое возможно – поручиться друг за друга. Свои сомнения он и высказал вслух.
Рамана, улыбаясь так же ехидно, как до того старейшина, заявила:
– Ну что тут такого, если мы – честные и порядочные драконы, то почему не можем друг за друга поручиться? Разве законом это запрещено?
– Да! Все, что не запрещено, то разрешено, – поддержала Раману Милисента.
– Ага! – веско добавила Листик.
Среди дракланов прокатилось не то что возмущение, но близкое к этому, этот закон не позволял выскочкам, пусть они и победили в поединке, захватывать имущество, в первую очередь драгов, побежденных. А тут столь нагло этот закон не то что нарушают, ведь его буква соблюдена, а просто ставят с ног на голову!
– Но у вас у каждого есть только трое поручителей, – кивнул второй старейший старейшина, он вроде как нашел выход из создавшегося положения: – А требуется – четыре. Я очень сожалею, но закон есть закон! И нарушать мы его не можем!
Старейшина победно огляделся, все-таки драги не достанутся этим выскочкам, но Рамана почему-то продолжала улыбаться, при этом ее улыбка стала еще более торжествующая. Старейшина удивленно поднял бровь, но так и застыл. В зале Совета стало темно. Проемы, сквозь которые лились солнечные лучи, заслонило огромное чешуйчатое тело. Гигантский дракон обернулся вокруг всего здания, закрыв собой свет. Стало не только темно, но и намного холоднее.
– Я поручусь за этих драконов! Надеюсь, мой голос будет засчитан? – дохнуло громовым раскатом, в зале стало еще холоднее.
– Э-э-э… – синхронно протянули оба старейших старейшины, а просто старейшины и рядовые члены Совета постарались стать меньше и очень захотели оказаться от этого места как можно дальше. Настолько захотели, что некоторые попытались воспользоваться амулетами перехода, но у них ничего не вышло, все попытки перемещения были заблокированы.
– Не слышу ответа! – прогремело снова.
Старейшины энергично закивали, старейший, видно решив, что их кивки снаружи не видно, выдавил из себя:
– Э-э-э… Да… Несомненно! Ваше поручительство принимается!
– То-то же! – снова раздался громовой раскат.
– Привет, Инед! – Приветствие Листика в наступившей тишине показалось комариным писком, но Владыка Айсгора, удостоивший высокое собрание личным посещением, ответил:
– И тебе привет, маленький дракончик!
Выскальзывавшие в просвет между зданием Совета и огромным ледяным драконом перепуганные дракланы увидели, как, уцепившись за усы, перед громадной мордой, словно на качелях, качается изумрудно-золотистый дракончик и что-то рассказывает Владыке Айсгора.
Яркий свет дневного светила, пробивавшийся сквозь густую зеленую листву, становился не таким жгучим. А испарения, поднимавшиеся из болот, нисколько не мешали двум чешуйчатым существам. Они просто стояли и смотрели. Потом одно существо вздохнуло и повернуло свою голову.
– Вот так, наверное, выглядят болота счастливой охоты, – произнес этот чешуйчатый, поворачивая свое грустное лицо к товарищу. Именно лицо, хоть и очень похожее на морду ящерицы, это все-таки было лицо, только на лице может отражаться такая печаль.
– Да, прекрасные болота, и никаких повелителей! – Второе существо, высказав эту крамольную мысль, опасливо оглянулось, ведь за это Повелитель мог приказать медленно и мучительно умереть! На глазах остальных драгов, чтоб другим неповадно было такое думать! Тягучие звуки, пронесшиеся над болотами мира Каприн, заставили обоих драгов вздрогнуть и бегом броситься в ту сторону, откуда раздавались эти звуки.
