Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 68
Ни злости, ни ненависти к нему испытывать нельзя, все было предрешено, он просто не мог не предать его.
Рублеву с трудом удалось уложить грузного Чеснокова на дне ямы так, чтобы тот лежал ровно. Руки он скрестил ему на груди, глаза и так были закрыты, лишь только отвисла нижняя челюсть. Затем Андрей Рублев попытался вспомнить слова хоть какой-нибудь молитвы, но ничего больше, кроме «иже еси на небеси» ему в голову не приходило, хотя он и считал себя человеком верующим. Крестик, во всяком случае, носил – маленький золотой крестик на золотой цепочке. Но он даже не знал – освящен ли тот.
Осторожно, чтобы не увидел охранник, Рублев запустил руку под рубашку и сильно потянул за цепочку. Тонкая золотая проволока легко порвалась, и он сунул свой нательный крестик под рубашку Чеснокову, потому как точно знал, что тот нательного крестика не носит.
«Ему так будет лучше лежать здесь, – подумал он, – ведь я даже не знаю, сумею ли выбраться и похоронить его по-человечески. Крестик – даже лучше, чем заупокойная молитва, которую я не знаю».
Самым трудным оказалось заставить себя бросить первую лопату земли, бросить на еще казавшееся живым тело. Андрей пересилил себя и стал ссыпать лопату за лопатой. Сперва засыпал ноги, затем живот, грудь. Открытым оставалось только лицо. Он набрал полную лопату комьев глины, песка и, крепко зажмурившись, высыпал ее в яму. Когда посмотрел вновь, лица Чеснокова уже не было видно – просто неглубокая яма, засыпанная землей.
Борис Рублев и его бывший сержант подъезжали к двухэтажному зданию, обнесенному высоким, ровно выкрашенным дощатым забором.
– Это здесь.
– Шеф, подождешь? – обратился Андрей к водителю такси, протягивая ему деньги.
– Сколько ждать?
– Может, полчаса, может, чуть меньше.
– Конечно подожду, в этом районе пассажира можно и полдня ждать, – согласился водитель такси и, откинувшись на спинку сиденья, стал слушать музыку.
Он смотрел на двух широкоплечих мужчин, которые вразвалку, широко шагая, направились к воротам в дощатом заборе.
«Бандиты, наверное», – абсолютно спокойно и даже с некоторой завистью подумал таксист, глядя, как Борис Рублев и Андрей Подберезский скрылись в воротах.
– Это здесь, – подходя к двери, сказал Андрей и дернул ручку.
Комбат стоял рядом с бывшим сержантом плечо к плечу. Дверь оказалась заперта. Андрей посмотрел на комбата. Тот кивнул.
– Стучи сильнее, братец.
– Сейчас я им стук сделаю.
Огромный кулак Андрея Подберезского трижды ударил в дверь с такой силой, что по зданию прокатилось раскатистое гулкое эхо. И лишь после этого послышались шаги и злой недовольный голос:
– Кого там несет?
– Открывай! – крикнул из-за двери Андрей.
– Кто там?
– Мне нужен Игорь Шумило.
– Игорь? – послышался вечно недовольный дребезжащий голос из-за двери.
– Да-да, Шумило мне надо.
– Сейчас открою.
Заскрежетал ключ, дверь приоткрылась.
Комбат рванул ее на себя с такой силой, что высокий сухощавый парень с полотенцем на шее выскочил на улицу, не успев выпустить из пальцев ручку.
– Где Игорь?
Парень прижался к стене.
– Игорь где, я у тебя спрашиваю? – прорычал Андрей Подберезский.
Парень кивнул головой с темный коридор.
– Там, там… Но он никого не принимает.
– Меня примет.
Комбат взял за плечо парня, отодвинул его в сторону и зашагал вслед за Андреем Подберезским. Вскоре, пройдя по узкому коридору, они вошли в зал, полный всевозможных тренажеров. В дальнем углу, у приоткрытой двери, из-за которой слышался девичий хохот и крепкая мужская ругань, стоял большой деревянный стол, на котором поблескивали бутылки и громоздилась всевозможная еда. За столом сидело пятеро парней. В мягком кресле на углу стола расположился Игорь Шумило.
Он подался вперед, едва увидев Андрея и незнакомого мужчину в потертой кожанке.
– О, кто пришел! – не поднимаясь с кресла, каким-то странным голосом, будто он прекрасно знал комбата и не видел его всего несколько дней, сказал Шумило и поднял стакан. – Сам господин Подберезский пожаловал! Но что-то я не вижу на его плече кожаной сумки, в которой должны быть деньги, – Игорь сделал глоток водки, затем взял креветку и опустил ее себе в рот, чавкая и глядя на приближающегося Подберезского и мужчину в кожаной куртке.
– Присаживайся, – кивнул Шумило, показывая на свободные места за длинным, заставленным бутылками и едой столом.
– Я не буду садиться, – сказал Подберезский. – Не буду и все тут, – повторил он, словно поставил точку в разговоре, хотя до нее было еще ох как далеко.
– А что так, Андрюша?
– Не буду, – обрезал Андрей.
– Как знаешь.
– Знаю.
Шумило посмотрел на своих парней. Один из них поднялся и скрылся за дверью. Тут же девичий хохот стих и из соседнего помещения, в котором располагался небольшой бассейн, появились еще двое – широкоплечие, коротко стриженые «лбы». Они посмотрели на своего шефа, который непринужденно развалился в своем кожаном кресле, и тоже сели за стол по обе стороны от своего хозяина.
– Так чего ж ты пришел, Андрей? Денег, как я вижу, не принес…
– И не принесу, – сказал Подберезский.
– Ну что ж, не принесешь, так не принесешь. Это твое дело, тебе решать. Два киоска у тебя сгорели, осталось еще три. Вначале сгорит один, а потом сгорят и остальные. Так что ты уж лучше подумай, что для тебя выгоднее – платить нам или вообще не иметь денег.
– Я не стану вам платить.
– Посмотрим, посмотрим. Как говорится, поживем – увидим. А это кто такой? – Игорь Шумило распахнул махровый халат, показывая крепкие мышцы, и взглянул на комбата, испытывая его взглядом на прочность.
– Это мой друг.
– А ты что, один уже боишься к нам ходить, мы же даже толком не ссорились?
– Не боюсь я тебя, и ты это знаешь, Игорек.
Страх – это не моя профессия, а твоя.
– Боишься, боишься. Если бы не боялся, пришел бы один. Поначалу все так – упираются, говорят, что никого не боятся, а потом приходят вдвоем-втроем, хорохорятся, мол, всех вас приструним, но так не может долго тянуться, кому нужны чужие проблемы, потом на коленях вот здесь ползают, ноги мне лижут, клянутся в верности, обещают платить, лишь бы проценты с них не требовал. И знаешь, платят. Платят исправно. Видишь, как мы живем? Не бедствуем.
– Хреново вы живете.
Комбат смотрел на все это так, как смотрят на возню мух на тарелке с едой.
– Что-то мне морда твоего друга не нравится, – вдруг сказал один из парней, глядя на комбата. – Где-то я уже эту рожу видел. Может, он мент или омоновец? Смотри, за такие дела мы не только киоски попортить можем.
– Он мой друг, – сказал Подберезский.
– Так зачем же ты тогда пришел сюда? Настроение нам попортить? Неужели твой друг не мог тебя уму-разуму поучить, он ведь все-таки постарше тебя будет, по всему видать – человек рассудительный.
– Я пришел сказать, что платить не буду.
– А я сказал – делай как хочешь. Но поскольку я предоставляю тебе свободу выбора, то и сам волен делать, что заблагорассудится.
– Сволочь ты…
Еще одна креветка оказалась в крепких пальцах Игоря Шумило, а затем перекочевала ему в рот.
– Выведите их отсюда, парни. Они мне настроение портят, два этих мудака.
Комбат вытащил руки из карманов кожаной куртки, понимая, что сейчас, собственно говоря, все и начнется. Прочее было не более чем прелюдией. И он не сильно ошибся в своих предчувствиях.
Парни тяжело поднялись из-за стола, вытерли руки, перепачканные едой, и не торопясь, зная, что бежать тем не позволит гордость, направились к Андрею и комбату, стоящим в нескольких шагах от стола.
– А ну, валите отсюда! – сказал высокий черноволосый парень с борцовской шеей и с татуировками на обоих предплечьях. – Быстро, валите! Пока я и мой дружок добрые. По-хорошему.
– А ты меня не торопи! – чуть хриплым голосом сказал комбат.
И это прозвучало как вызов.
Игорь Шумило подался вперед, оперся локтями на стол и понял, что сейчас ему предстоит интересное зрелище. В своих парнях он оставался уверен, все они были бывшими спортсменами, кто борец, кто боксер. А сейчас все они работали на него, потому что он хорошо платил, а он работал еще на кого-то, на того, кто работал еще на кого-то… Семеро парней полукольцом обступили комбата и Андрея Подберезского. Их лица были решительными.
Комбат ждал, ждал первого удара, первого движения. Он понял, что предстоит нешуточная драка, ведь все семеро были здоровыми парнями и скорее всего, довольно искушенными в драках. Комбат хоть и был от природы довольно крепким и высоким мужчиной, но тем не менее, он был на полголовы ниже Андрея Подберезского. И один из бандитов решил, что он станет его легкой добычей.
Он сделал шаг к Борису Рублеву и хотел ударить его в голову, но комбат качнулся, кулак со свистом разрезал воздух, даже не задев его лица. Бандит удивился, и в его глазах мелькнула тень растерянности. Подобной реакции от уже немолодого человека он не ожидал. Ведь мужчина, стоящий перед ним, был вдвое старше его, и подобная резвость казалась невероятной.
Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 68
