— Котовский Мечислав Генрихович… — коротко представился незнакомец. — Да вы присаживайтесь, присаживайтесь. В ногах правды, как всем известно, нет…
Делая первые шаги в системе спецслужб, я не знал практически никого. В тот день я впервые увидел действительного статского советника Мечислава Котовского, координатора отдела специальных программ. С этим человеком мне предстояло работать еще много лет — но тогда я об этом не знал…
Я настороженно присел на стул, подвинул его так, чтобы за спиной была стена. Мечислав Генрихович едва заметно улыбнулся…
— Операция вступает в завершающую стадию, — коротко сказал Иван Иванович. — Ваш друг успешно вступил в контакт с исламистами и слил им оговоренную информацию. Информация уже прошла по цепочке — достаточно быстро, надо сказать. Два дня назад зафиксирован закрытый экстренный сеанс связи консульства с Лондоном. Перехватить и расшифровать данные не удалось — передача данных происходила пакетами на сверхвысокой скорости. Теперь время завершающего хода…
— Я готов, — коротко ответил я.
— Готов-то ты готов, — внезапно вступил в разговор Котовский, — только готовы ли мы? Изложи, только кратко, — повернулся он к Кузнецову.
— Халеми передал всю информацию в соответствии с планом. Информация ушла дальше по цепочке — наши предположения о том, что местную исламскую террористическую сеть прямо курирует британская разведка, в который раз подтвердились. Установлен контакт некоего присяжного поверенного Бадри, установленного нами как одного из пособников террористов, с установленным британским разведчиком Джоном Сноу, корреспондентом. После чего зафиксирована активизация всей британской разведсети, резко увеличился обмен зашифрованной информацией между консульством и Лондоном. Позавчера, двадцать шестого, перехвачен экстренный сеанс связи — судя по объему переданной информации, это был не просто сеанс связи — это была видеоконференция, проходившая с использованием закрытых каналов связи с кем-то, находящимся в Лондоне. Одновременно в Санкт-Петербурге мы отследили начало сбора информации на Воронцова — под вымышленным предлогом ее исполняет одна из частных служб дознания как коммерческий заказ. В закрытые базы данных они не лезут — но общедоступную информацию собирают. Теперь настала очередь нашего главного хода — Воронцов должен подставиться, и мы на основании этого должны нанести удар по сети.
— Как насчет исламистов? Какое решение принято — попытаться похитить или убить?
— Скорее всего, похитить. Изначально им было дано понять, что Воронцов обладает чрезвычайно важной информацией — важной как для британцев, так и для исламистов. Даже исламисты не будут убивать человека, которому, к примеру, может быть известна часть полицейской агентуры в исламском подполье. Изначально мы ориентировались на противодействие похищению.
— Меры противодействия?
— Первое — сам Воронцов. Предупрежден и хорошо вооружен, уже это осложнит жизнь возможным похитителям. Второе — сейчас Воронцов сходит на берег, и мы поднимаем в воздух «Ястреб» с флотской спецгруппой, еще один такой же будет дежурить здесь, в полной боевой. Вахты по четыре часа. Как только начинаются дежурства — мы также поднимаем заправщик, он будет подпитывать вертолет топливом. Если что-то произойдет — боевая группа специального назначения из восьми человек будет на месте через пять минут максимум.
— Пять минут — за пять минут может много чего произойти…
— Есть еще одно… Последняя линия обороны, так сказать… — Иван Иванович достал пластиковый пакет и вытряхнул на стол упаковку каких-то черных таблеток и несколько полупрозрачных наклеек в упаковке. — Таблетку нужно проглотить, наклейки — наклеить на тело и на одежду. Таблетка — активный передатчик, наклейки — что-то типа усилителя сигнала. Каждые пять минут таблетка подает сигнал, наклейки выполняют роль своеобразных антенн-резонаторов. Кроме того, наклейки сами являются пассивным передатчиком и реагируют на сигнал сканера. Так что где бы ни был наш агент, мы будем знать его местонахождение в точности…
Десантный корабль «Адмирал Колчак»
Стрелковый тир
Тот же день…
Перед тем как зайти, я постучал — правило хорошего тона, в тир без приглашения не вваливаются…
— Заходи!
Штабс-капитан Изварин был уже на огневом рубеже, колдовал с какими-то железяками. Рядом лежала большая коробка…
— Проходи… Приказано вооружить тебя по самое не хочу… Ты что, собрался Бейрут захватывать? — На лице Изварина играла довольная улыбка, здесь он был на своем месте.
— Нечто в этом роде. Сами понимаете…
— Понимаю. Кратко — для каких условий тебя вооружать?
— Нужно компактное и мощное оружие, которое можно скрыть под гражданским платьем. Стандартный пистолет с большой емкостью магазина. И еще одно оружие — максимально компактный, легкий пистолет для использования в качестве скрытого оружия…
Штабс-капитан задумался, потер небритый подбородок…
— Есть такое… Сей секунд будет…
Рядом с тиром находилась оружейная комната, Изварин ненадолго вышел туда и скоро вернулся…
— Сейчас вооружим — не то что Бейрут, хоть ад иди захватывай…
Ворох оружия — штабс-капитан просто принес его в руках — с глухим лязгом лег на стол. Я присмотрелся — сверху лежало нечто похожее на автомат, но такого я раньше не видел…
— Это что такое? — Я коснулся рукой незнакомого оружия. По виду оно было похоже на FN Р90, производимый для германской армии, но именно похоже.
— Это… Это мы только что получили. Называется «Эфа» — маленький, но кусает очень больно. Как раз для таких случаев — оружие скрытого ношения.
Я взял в руки автомат — он даже не был похож на автомат в обычном представлении. Пластик, «зализанные» формы для того, чтобы носить под одеждой. Компоновка булл-пап, ни одного выступа, чтобы не зацепиться об одежду при быстром выхватывании. Короткий магазин, почти полностью утопленный в корпусе. Клавишный спуск…
— Какой здесь патрон?
— 5,45 на 39. Наш, стандартный…
— Какой?!
— Вот именно. Стандартный патрон для «Морского льва», он же используется и здесь. Позволяет использовать все типы патронов — в том числе с вольфрамовым сердечником. Бронежилет пятого класса только так прошивает. Магазин на двадцать патронов, встроенный лазерный целеуказатель, на стволе — штатно пламегаситель, он же тактический глушитель. Глушит ненамного, на пятнадцать децибел всего, но дульного пламени совсем нет.
— Отстреливали?
— Десять обойм, одну за другой — не поперхнулся. Надежная машина…
— Сейчас какие заряжены?
— Практические, — усмехнулся Изварин. — Ты думаешь, я дам в тире бронебойными садить?
Занял первую кабинку, включил свет, повесил мишень. Оттащил на максимальную дальность — пятьдесят метров, дальше размеры тира не позволяли…
— Давай кобуру на тебя навесим — заодно и в выхватывании попрактикуешься…
На привычное грубоватое армейское оружие этот автомат не был похож совершенно. Черный пластик корпуса, причем в местах хвата — вставки из другого пластика, похожего на ощупь на резину и чуть податливого. Рукоятка затвора вынесена максимально вперед, чтобы удобно было передернуть затвор даже при прицеливании. Спуск клавишный, под большим пальцем — переводчик режимов огня, он же предохранитель. Чуть ниже — клавиша для включения лазерного целеуказателя. Ствол прикрыт короткой и толстой трубкой пламегасителя. Сверху — механический прицел, причем складной. И сделан так, что даже в разложенном положении не будет мешать при постоянном ношении и не зацепится ни за что при выхватывании.
Кобура — примерно такая, как для обычного мощного пистолета, на плечо. Автомат висит под мышкой, стволом вниз, выхватывать несколько неудобно, но это — дело привычки. Просто больше по размерам, чем пистолет, — вот и получается движение несколько неуклюжим. Несколько раз выхватил с быстрым вскидыванием к линии прицеливания — немного лучше стало получаться. Надо бы попрактиковаться, да времени нет…
Прицелился, большим пальцем перещелкнул предохранитель до конца, поставил на одиночный огонь — положения были те же, что и на армейском оружии «безопасно-очередь-одиночный». Для левой руки у самого ствола была рукоятка — в точности такая же, как на «Р-90». Включил лазерный целеуказатель — клавиша поддалась с легким щелчком, алая точка побежала по черному массиву пулеуловителя. Подведя ее к черной точке «десятки» на мишени, я нажал спуск…
Ожидал, что будет жестче. Кто стрелял из укороченных вариантов обычных пехотных автоматов, тот меня поймет. Бьющая в плечо отдача, грохот, закладывающий уши, факел дульного пламени. Особенно жестко бывает, когда стреляешь из пулемета со специально установленным «штурмовым» коротким стволом — тогда вообще оружие из рук вырывается. А тут… как-то отдача ровно пошла — прямо в плечо, а не задирать оружие вверх. Дульное пламя не больше, чем у стандартного «АК», да и грохот выстрела не глушит. В общем — по комфортности стрельбы ничуть не хуже полноразмерного автомата. Точность… конечно, про дистанции со стволом такой длины говорить просто глупо, но на пятидесяти метрах — очень даже неплохо. Весь центр мишени, где-то от семерки и дальше к центру, изорван пулями — стрелял одиночными и короткими по два. А дальше и не нужно, это оружие для городского боя, для стрельбы через дорогу, в соседний двор, для пистолетных дистанций. В общем — порадовала меня «Эфа», порадовала…
