все меры предосторожности?
Нет. Нет, если Харри и впрямь работал на мужа, как он утверждал, Белл Данамато могли убить и раньше. Не было никаких причин тянуть с этим так долго.
Если только…
Грофилд перестал улыбаться и крепче обхватил себя руками. Если только, подумал он, они не хотели получить козла отпущения, а уж потом сделать свой ход.
Был ли в этом какой-то смысл? По закону нельзя получить наследство, если ты совершил ради него правонарушение. В случае насильственной смерти Белл Данамато единственным подозреваемым был бы ее муж. Или хотя бы один из его работников. Полиция наверняка будет трясти организацию Данамато до тех пор, пока не вытрясет из нее осведомителя, а ведь никто не может на все сто процентов доверять каждому своему сотруднику. Да еще когда на них давит полиция.
Но если есть другой убийца? Бродяга, перекати-поле, залетный гастролер, который погрызся с миссис Данамато, по сути дела угрожал ей пистолетом за обеденным столом? На кой властям искать кого-то еще? На кой вообще трясти организацию Данамато?
Неужели в этом замешан Джордж Милфорд? Он нисколько не удивился, когда Харри сказал, на кого в действительности работает. Но, с другой стороны, Харри, очевидно, необходимо было сообщить ему об этом. Значит, Милфорд не знал наверняка, что Харри присутствует в доме в качестве сотрудника мужа, но подозревал это. И подтверждение ничуть не удивило его.
На чьей же стороне Милфорд? Если он подозревал, что Харри — предатель, почему же не сказал об этом миссис Данамато? Или он хранил олимпийское спокойствие, соблюдал нейтралитет и намеревался примкнуть к победителю?
А как насчет остальных? Рой Челм, очевидно, и был тем мужчиной, ради которого разводилась Белл Данамато, а его сестра Патриция находилась здесь либо в отпуске, либо для того, чтобы защитить его от слишком сурового возмездия со стороны Би Джи. То же относилось и к жене Милфорда, издерганной Иве. Что же касается Онума Марбы, этого африканца с каменным лицом, его роль в этом деле была совершенно непонятна.
И наконец Грофилду пришел в голову еще один вопрос. Допустим, он ошибается, полагая, что убийца — Харри (а такое предположение доставило ему огромное удовольствие). Кто же будет второй наиболее вероятной кандидатурой? Брат и сестра Челм, судя по всему, предпочли бы, чтобы Белл Данамато осталась в живых. У Джорджа Милфорда и его жены, вроде бы не было никаких мотивов, чтобы превращаться из зрителей в действующих лиц. Онум Марба? Первым делом надо узнать, зачем он здесь. Чаще всего такие непроницаемые лица бывают у игроков в покер, а посему, какова бы ни была цель приезда Марбы, вряд ли он намеревался совершить убийство.
Значит, черт возьми, остается Харри, добрый старина Харри.
Легок на помине. Дверь со скрипом открылась, на пороге появился Харри с автоматическим пистолетом в руке. На этот раз с ним было двое дружков, один из «мерседеса», тот, который держал револьвер, а второй — новенький. Оба были при оружии.
За кого же они его принимают? За Распутина, что ли?
— Идем, красавчик, — бросил Харри. — Прогуляемся.
Глава 8
Солнце уже взошло. Удивительно. Господи Боже мой, сколько же часов он дрожал там, внизу?
Во всяком случае, солнце приятно согревало лицо, когда он вышел из дома вслед за Харри. Двое других шли сзади. Нагретые солнцем каменные плиты казались босоногому Грофилду райской травкой.
Все тот же внутренний дворик, карманные джунгли.
Грофилда вывели из подвала, протащили по лабиринту комнат, вытолкали через стеклянную дверь, и он очутился во дворике. Харри зашагал по мощеной сланцем дорожке к его центру.
Что же они собирались сделать? Убить его и закопать тело посреди двора?
Вздор. Он понадобился им, чтобы подсунуть полиции, обвинить в убийстве и заставить расплачиваться вместо Би Джи и его ребят.
И все же Грофилд мгновение поколебался, прежде чем последовал за Харри. И тут же в спину ему уперся ствол пистолета и раздался голос:
— Шагай, парень.
Он зашагал дальше.
И снова наступило короткое мгновение, когда не было видно ничего, кроме джунглей, когда дом перестал существовать, и мозг снова проникся повергающим в дрожь ощущением нереальности. Но вот он сделал еще шаг, и впереди открылась выложенная сланцем площадка со столом и стульями.
А еще — с Би Джи Данамато.
Вряд ли это мог быть кто-то другой. Высокий плотный мужчина в легком деловом костюме вальяжно восседал на одном из хрупких стульев, он попыхивал сигарой, будто выказывая презрение к штампам. Когда Грофилд приблизился, Данамато вытащил сигару изо рта и оглядел его, как работорговец, оценивающий вновь прибывший товар.
Грофилд остановился по другую сторону стола.
— Ли Джей Кобб, я полагаю? — спросил он.
— Данамато, — поправил Данамато. — Би Джи Данамато.
— Грофилд, — сказал Грофилд. — Эй Джи Грофилд.
— Садитесь. — Данамато махнул сигарой. Грофилд сел.
— Мы будем завтракать?
Судя по косым лучам солнца, было часов девять утра.
— Забудьте о завтраке, — сказал ему Данамато. — Вы не заживетесь и даже не успеете почувствовать, что проголодались.
— Это уже лучше, — ответил Грофилд. — Вы уверены, что ваша подставка сработает?
Данамато посмотрел на него, насупив бровь.
— О чем это вы?
— Если вы передадите меня властям, — объяснил Грофилд, — то, быть может, мне удастся заронить в чей-нибудь разум сомнение. Но если вы сдадите меня мертвым, убитым при попытке к бегству, это и подавно заставит кое-кого задуматься. — Данамато растерянно и раздраженно покачал головой.
— Сдать вас властям? Вы с ума сошли! — Грофилд, в свою очередь, тоже насупил бровь.
— Так это не подставка?
С минуту они изучали друг друга, ни тот, ни другой ничего не понимал. Наконец Данамато хлопнул ладонью по столу и воскликнул:
— Ах, вон в чем дело! Вас подставили!
— Похоже на то, — сказал Грофилд, хотя теперь уже не был уверен в этом.
— Это зависит от точки зрения, — ответил Данамато. — И кто же, по-вашему, обстряпал подставку?
— Вы, — заявил Грофилд. Данамато был: а) удивлен и б) сердит.
— Что? И как же вы ухитритесь впутать сюда меня? Неужели вы думаете, я не знаю… что вы задумали?
— Харри — ваш человек.
— Разумеется, мой.
— Он ждал, пока появится козел отпущения, — заявил Грофилд. — То есть я.
— Для чего?
— Чтобы исполнить ваш приказ, — ответил Грофилд. — Убить вашу жену и пришить это дело мне, чтобы не возникало никаких неудобных вопросов. — Данамато долго смотрел на него, лицо его при этом ничего не выражало. Потом он медленно покачал головой и, сдерживая ярость, выбросил сигару. Теперь ему пришлось наставить на Грофилда палец.
— Я хотел сначала побеседовать
