разноцветной воде, которая бежала, текла во всех направлениях, между новых, весенних упругих травинок. Сам Грофилд тоже был разноцветным в своих рабочих штанах, теннисных туфлях и спортивной майке, мокрый и цветистый. Он, наклонившись, стоял на стремянке, поставив локти на верхнюю перекладину, с жесткой щеткой в правой руке и шлангом, с которого капала вода, в левой, наблюдая, как автомобиль приближается к нему по стоянке, наискосок, и наконец останавливается. Он ждал, что водитель вылезет и спросит, как проехать к какому-нибудь месту. А что же это еще могло быть?
Но это был Дэн Лич. Он вылез из-за баранки и окликнул его:
— Привет, Грофилд, чем занимаешься?
— Отмываю задники, — объяснил Грофилд. — У тебя для меня хорошие новости?
— Возможно, — кивнул Дэн. — Слезай-ка с лестницы и давай я тебе кое-что покажу.
Грофилд спустился со стремянки:
— Что меня интересует, так это есть ли у тебя работа по мою душу. Я имею в виду, получше той, что предлагал нам Майерс. Кстати, ты нашел его?
— Я расскажу тебе об этом позже. — Дэн огляделся по сторонам. — Насколько это место укромно?
— Нас никто не услышит, не беспокойся.
— А как насчет того, чтобы увидеть?
Грофилд кивнул на фермерский домик по другую сторону окружной дороги:
— Вон в том доме живут люди.
— Ты знаешь здесь какое-нибудь более укромное место?
Грофилд посмотрел на него:
— Для чего?
— Я хочу кое-что тебе показать. Знаешь, давай прокатимся!
Грофилд взглянул на свои мокрые руки, мокрую одежду, опять на задники:
— Это что-нибудь стоящее, Дэн? Что у тебя за секреты такие?
— Я не хочу открывать багажник, так чтобы кто-нибудь это видел еще, — уточнил Дэн. — Ты ведь меня знаешь, Грофилд, я не шучу.
— Это точно, — ответил тот. — Видишь ли, моя одежда в ужасном состоянии. Ты хочешь, чтобы я сел в машину, или мне пойти переодеться?
— Дело в том, что это не моя машина, — сказал Дэн. — Это машина Майерса. Грофилд так и просиял:
— Так ты нашел его, да?
— Садись. Это я и хочу тебе показать.
Грофилд сел в машину, на пассажирское сиденье, а Дэн, снова устроившись за рулем, попросил:
— Скажи мне, куда ехать.
— Выбирайся на дорогу и поворачивай налево, — скомандовал Грофилд.
Глава 3
Когда Дэн открыл багажник, Грофилд увидел, что там, свернувшись калачиком, лежал Эндрю Майерс. Грофилд посмотрел на него, прищурившись, думая, что он мертв, но Майерс вскоре зашевелился, приподнял голову и, моргая на свету, выглядел ослепленным, растерянным и напуганным.
— Что теперь? — задал он вопрос. Голос у него был хриплый, будто он изнемогал от жажды.
— Вылезай! — сказал Дэн.
Майерс слабо пошевелил руками и ногами:
— Я едва могу двигаться.
Дэн сунул руку в багажник и пару раз ткнул лежащего большим пальцем в бок, чуть повыше ремня.
— Не заставляй меня ждать, — поторопил он.
— Да вылезаю я. Вылезаю!
Грофилд отошел назад и наблюдал, как Майерс сначала мучительно приподнялся, а потом начал вылезать из багажника.
Он спросил у Дэна:
— Сколько он там сидит?
— От самого Хьюстона, — объяснил Дэн. — Хотя нет, вру! Вчера он выходил на двадцать минут.
Майерсу приходилось тяжко, и теперь Грофилд видел почему: он был закован в наручники, но странным образом — его левое запястье было приковано к левой лодыжке.
Грофилд сделал шаг вперед, чтобы помочь ему перелезть через край багажника и спуститься на землю, но Дэн сказал:
— Оставь этого ублюдка. Он сам справится.
Грофилд нахмурился:
— Ну зачем же так над ним измываться?
— А как там твой затылок? — спросил в свою очередь Дэн. Грофилд пожал плечами:
— Нормально. Он меня всего-то один раз стукнул. Да и злость уже прошла.
— А у меня — нет, — ожесточился Дэн. Грофилд посмотрел на него:
— Тебе не удалось вернуть свои деньги?
— Он потратил их, прежде чем я до него добрался, сукин сын! — Лич внезапно шагнул вперед, ухватил Майерса за волосы и дернул. — А ну, вылазь, да поскорее!
Майерс вывалился на землю.
Они остановились на грунтовой дороге, примерно в двух милях от театра, в лесу. Лишь несколько косых лучиков солнечного света пробивалось сквозь ветви, так что здесь было намного прохладнее. Грофилду уже становилось зябко и неуютно в своей, одежде, до сих пор все еще не просохшей.
Майерс катался по грязи, пока ему не удалось наконец встать на ноги, а потом он медленно поднялся, опираясь правой рукой о машину. Стоя, он заметно клонился вниз и влево, пальцы левой руки касались земли. Его запястье было до мяса стерто наручниками. Когда он смотрел на Грофилда, ему приходилось широко открывать рот, чтобы приподнять голову достаточно высоко и встретиться с Грофилдом взглядом. В этом положении он выглядел слабоумным больным человеком.
Дэн сказал:
— У Майерса припасена для тебя история, Грофилд. Расскажи ему, ублюдок. — Майерс спросил:
— Можно мне сесть? — Ему пришлось опять опустить голову, чтобы произнести эти слова. — Я не могу разговаривать в таком положении.
— Сиди, стой — мне все равно, — равнодушно пожал плечами Дэн. — Только расскажи историю.
Майерс опустился на землю и принял более нормальное положение. Он посмотрел на Грофилда:
— Я знаю, где больше ста штук только и дожидаются, пока их заберут. — Когда он заговорил, голосу него стал немного получше, но выражение лица по-прежнему оставалось страдальческим.
Грофилд взглянул на Дэна, но тот продолжал наблюдать за Майерсом с видом мрачного удовлетворения. Грофилд снова переключил внимание на Майерса, который сказал:
— Дэнкуорт рассказал мне об этом. Он хотел, чтобы я вместе с ним отправился за этими деньгами.
— Дэнкуорт? — переспросил Грофилд.
— Это тот парень, которому ты позволил обшарить себя в Лас-Вегасе, — объяснил Дэн.
Грофилд нахмурился:
— Тот, которого убил Майерс?
— Да. Но ведь там было так — или он меня, или я его.
В голосе Майерса сквозила обида, будто с ним плохо обошелся кто-то, к кому он проявил доброту.
— Расскажи мне об этом, — попросил Грофилд. Дэн сказал:
— Послушай про сто штук.
— Минутку, — попросил Грофилд. — Вначале я хочу послушать про перестрелку. — Майерсу же он сказал: — Вы с Дэнкуортом были такими корешами, что он рассказал тебе про эти сто тысяч и захотел, чтобы ты пошел на дело вместе с ним, но потом он резко к тебе переменился и попытался тебя убить?
— Он потерял ко мне доверие. — Голос Майерса по-прежнему был чуточку грустный. — После того как вы ушли, ребята.
— Остальные тоже ушли?
Дэн сказал:
— Сразу после нас. Все трое.
Грофилд спросил:
— А чья это была идея — ограбить нас с Дэном?
— Моя, — признался Майерс. — Я страшно на вас разозлился, ребята, ведь
