в каморке дежурного врача.
Сюго, прикрывая собой Манами, мрачно зыркнул на него в ответ.
– Ну, чего молчим? На вопросы отвечать нормально не умеем? – Клоун не торопясь поднял револьвер, направляя его на Тадокоро.
– Кто-то обыскивал кабинет главврача, – твердо произнес Сюго.
– Кабинет главврача? – Клоун перевел прицел на него. Глядя в темное дуло, Сюго почувствовал, как по спине бежит струйка холодного пота.
– Да. На пятом этаже, – продолжал он, облизнув вдруг пересохшие губы. – Там всё перевернули вверх дном, и в этом заподозрили меня. Потому мы и спорили.
Клоун пару раз моргнул, потом из-под маски раздался приглушенный смех:
– Это я был. В кабинете главврача. – Признание прозвучало удивительно легко: Сюго ожидал, что преступник будет все отрицать. – Чего рты-то пораскрывали? Сами же раздули из мухи слона. Я это был, я.
– Но… что вам там понадобилось? – натянуто спросил Тадокоро.
– Здрасьте – «что понадобилось»! Деньги, естественно!
– Деньги?
– А ты что думал? До утра еще далеко, вот я и решил посмотреть, нельзя ли здесь чем-нибудь поживиться. Увидел кабинет на верхнем этаже – в таких местах деньжата обычно и хранятся. Ну, и заглянул туда-сюда. Наличных не нашел, зато в столе была куча подарочных сертификатов. Тоже неплохо, а? – довольно ухмыльнулся клоун без тени раскаяния в голосе.
– Значит, вы только деньги искали?
– Тебе сколько раз повторять-то? Сказал же – да, – покачал головой клоун. Сюго заметил, что Тадокоро облегченно выдохнул. – Если у тебя еще что-то припрятано, доставай! Наберется сколько надо – уйду сразу. – С этими словами клоун развернулся было, чтобы удалиться.
– Постойте! – выкрикнул ему вслед Тадокоро и тут же оказался на мушке револьвера. Он поспешно вздернул руки вверх.
– Ты меня не пугай. Я же чуть тебя не пристрелил, – прорычал клоун.
– Простите. Я лишь хотел кое-что обсудить, – не опуская рук, поспешно выпалил Тадокоро.
– Обсудить? – прищурился клоун.
– Да. Но сначала уточню: если мы соберем нужную сумму, вы действительно уйдете? Скажем, в течение часа…
– Хм. Ну, если сумма меня устроит, уйду, – хрипло произнес преступник, явно почуявший наживу.
– А какая сумма вас устроит? – Тадокоро наконец опустил руки и, склонив голову набок, заглянул в лицо собеседнику.
– Десять миллионов. Можно больше. Дадите десять миллионов – и меня здесь не будет.
На некоторое время воцарилось молчание: Тадокоро, скривившись, уставился в пол, клоун терпеливо ждал, когда тот заговорит вновь. Наконец главврач разомкнул пухлые губы:
– Идемте ко мне в кабинет.
Через несколько минут они оказались на пятом этаже: клоун загнал туда Сюго, Манами и медсестер под дулом револьвера. Тадокоро, переступив порог кабинета, заковылял прямиком в дальний угол.
Остальные вошли вслед за ним, только клоун остался у порога. Главврач приблизился к столу, из которого были выдернуты все ящики.
– Ну вот, мы здесь. Чем удивишь? – врастяжку проговорил клоун.
– Сначала уточню еще раз: я отдаю вам десять миллионов, и вы уходите, да?
– Ага.
– Хорошо.
В углу кабинета Тадокоро, морщась от боли, опустился на колени и что-то нажал на деревянном полу – где именно, разобрать было невозможно. Раздался щелчок, и вверх выскочили две деревянные ручки, за которые он с силой потянул, поднимая кусок паркета примерно полметра на полметра. Под ним обнаружилась дверца небольшого сейфа.
Вынув из кармана связку ключей, главврач выбрал нужный и вставил в замок. Сейф открылся с громким лязгом, эхом прокатившимся по комнате.
Тадокоро, помедлив, погрузил внутрь сейфа обе руки и достал небольшую спортивную сумку на молнии.
Уже догадываясь, что́ там, Сюго тем не менее на секунду забыл, как дышать: сумка, которую главврач раскрыл, показывая клоуну, была наполнена пачками банкнот.
– Здесь тридцать миллионов иен. Забирайте. Только сразу уходите! – с перекошенным лицом выкрикнул Тадокоро.
Клоун молчал. Держа Сюго и остальных под прицелом, он осторожно обошел комнату и встал рядом с главврачом, который смотрел на него снизу вверх не то с заискивающим, не то с плачущим выражением.
– Отодвинься, – глухо проговорил клоун, и Тадокоро, выпустив из рук сумку, поспешно отступил назад. – Что это за деньги? – без всякого выражения продолжал преступник, заглядывая в сейф. Казалось, получение столь крупной суммы его ничуть не обрадовало.
– Это… как сказать… это мои личные… – нерешительно промямлил Тадокоро.
– Личные, значит? И ты готов отдать их мне? Какая щедрость! – издевательски ухмыльнулся клоун и внезапно направил револьвер на главврача. Тот инстинктивно выставил вперед руки, закрывая лицо.
– Что вы делаете! Я же отдал вам деньги – берите и уходите!
– А чего это ты так испугался? Я ведь тебя хвалю. Молодец, решил пожертвовать деньгами, чтобы спасти других.
– Я же главный врач! Я ответственен за безопасность всех, кто здесь находится, – проговорил съежившийся Тадокоро, и в то же мгновение клоун вдруг с грохотом ударил рукоятью револьвера в стену. От звука все в кабинете подпрыгнули.
– Чушь не пори! Ответственность за всех, как же! Да ты ни секунды ни о чем таком не думал! – заорал клоун, вдруг придя в ярость – к немалому удивлению Сюго.
– Неправда! Я действительно забочусь… – испуганно залепетал Тадокоро. Ответом послужил новый удар револьвером в стену. Главврач вздрогнул, словно ударили его самого.
– А ну, хватит врать! Правду говори! В сейфе-то еще кое-что было, кроме денег? А?
– Только деньги! Честное слово, больше ничего не было!
– «Честное», конечно! Куда остальное девал? А ну, отвечай! Быстро! – Преступник, словно безумный, брызгал слюной, глаза в прорезях маски налились кровью. Подскочив к Тадокоро, он приставил к его лбу револьвер. – Хватит в молчанку играть! Где то, что в сейфе было? Если не скажешь… – Палец клоуна лег на спусковой крючок, и Сюго, уверенный, что сейчас грянет выстрел, зажмурился.
– Нет! – раздался звонкий голос. Открыв глаза, Сюго с изумлением уставился на стоявшую рядом Манами – та после своего окрика продолжала гневно смотреть на клоуна.
– Чего? – рявкнул тот, оборачиваясь, но не отнимая револьвера от головы Тадокоро. Манами, побелев, задрожала, но не отступила.
– Я не знаю, в чем дело… Одно понимаю: вы не должны стрелять! Пожалуйста, остановитесь! – срывающимся голосом проговорила она.
– Не знаешь, в чем дело, вот и помалкивай! Тебя это не касается, – угрожающе прорычал клоун. Впрочем, он, казалось, уже начал успокаиваться.
– Вы же сами говорили: мол, не хотите убивать, потому что за это смертная казнь полагается! Вот и не убивайте. Никого не убивайте. Требуйте чего угодно… – продолжала бледная как смерть Манами. Клоун, по-прежнему готовый выстрелить, не мигая смотрел на нее.
Напряжение становилось невыносимым. Зрение помутилось и отказывалось воспринимать перспективу: Сюго казалось, будто перекошенная ухмылка клоунской маски приблизилась вплотную.
В конце концов преступник громко прицокнул языком и опустил револьвер. Атмосфера изменилась мгновенно
