коридор от места преступления, поэтому в ходе нашей беседы мы постепенно переоделись в спецодежду и подошли на место убийства.
– Почему здесь так сильно пахнет тухлятиной? – спросил я, прижимая нос рукой.
– Да, – ответил заместитель начальника городского отдела полиции Ван, – труп сильно разложился. Домработница, еще поднимаясь на второй этаж, учуяла вонь, тогда и позвонила в полицию.
Я обернулся на входную дверь и взглянул на термометр, висевший сверху. Температура в помещении составляла тридцать один градус по Цельсию.
– Прошла по крайней мере пара дней; неужели никто с работы не поинтересовался им?
– По данным следствия, последним человеком, который видел его живым, был личный водитель, – ответил начальник Ван. – Он привез его домой вечером первого июня. Вице-мэр Дин сообщил, что в течение недели будет писать статью-исследование, и попросил не беспокоить его все это время.
– Не могу поверить, что в наше время все еще есть руководители, которые самостоятельно пишут статьи, – сказал Линь Тао. – А кто ему готовил на этой неделе?
– Вице-мэр был действительно неплохим человеком… – Начальник Ван поник. – Он был временно исполняющим обязанности начальника отдела пропаганды провинциального партийного комитета. Его жена рано ушла из жизни, и он один растил своего единственного сына, который уже вырос и поступил в университет. Вице-мэр Дин всегда был бескорыстен, редко устраивал застолья и готовил себе сам. Даже эту квартиру он арендовал.
Весь мой негатив в мгновение ока улетучился.
– Первого июня была суббота, а сегодня… – Дабао загибал пальцы.
Мы поднялись в спальню на втором этаже и встретились с источником зловония лицом к лицу. Под тусклым светом лампы на кровати смутно виднелась человеческая фигура.
– Местный судмедэксперт – родственник подозреваемого, – продолжал заместитель начальник Ван, – поэтому весь наш отдел судмедэкспертизы получил отвод.
– Всех подозревают? – удивился я.
Заместитель Ван отвел взгляд:
– Ну, это дело секретное… Давайте лучше приступим к работе?
Я не стал лишний раз ставить заместителя в неловкое положение и решил взглянуть на заметки в ноутбуке вице-мэра:
– Криминалисты уже сняли отпечатки?
Заместитель начальника Ван взглядом перебросил вопрос стоящему рядом помощнику командира отряда криминальной полиции Шэнь Цзюньи. Тот, кивнув, произнес:
– Были обнаружены папиллярные узоры, но они не представляют ценности.
Я увидел, что ноутбук находится в спящем режиме, поэтому надел перчатки и нажал клавишу ввода. На загоревшемся экране всплыл документ под названием «Доклад о практической осуществимости поощрений для развития литературного творчества в рамках города». Было написано всего три строки. Я заглянул в свойства файла и узнал, что он был создан 1 июня в 22:05.
– На покойного напали в это время, – сказал я, показывая на дисплей.
– Ну… согласен, – сказал Дабао. – Всего три строки… очевидно, на него напали, пока он работал.
Я обошел вокруг кровати. Вид комнаты вызывал умиротворение и спокойствие – конечно, если не смотреть на уродливый труп.
– Ничего необычного не нашли? – спросил я.
– Нет, – ответил Шэнь. – В доме все чисто, есть только несколько пылевых поверхностных следов обуви[339], но они хаотичные и перекрывают друг друга – в общем, бесполезны.
– Боже мой! – внезапно вскликнул Дабао. – Где его лицо?
Когда мы впервые увидели тело, оно было укрыто с головой одеялом. Народная полиция, прибывшая на место раньше всех, приоткрыла только ноги, увидела пару позеленевших конечностей и вернула одеяло в прежнее положение. А поскольку судмедэксперты приехали на место происшествия позже всех, то криминалисты тоже еще не прикасались к телу. Таким образом, никто толком не видел погибшего и не заметил этой странной особенности.
Крик Дабао так сильно испугал меня, что мое сердце бешено заколотилось. Я нашел в себе силы успокоиться и подошел к краю кровати, чтобы посмотреть на лицо трупа. Дабао был полностью прав: ниже зоны роста волос на голове однозначно находилась темно-зеленая область лица, где худо-бедно можно было опознать только нос – все остальные органы чувств словно исчезли.
В слабом свете комнаты казалось, что передо мной лежит грабитель с чулком на голове или герой из фильма «Вышибала». Я приблизился к нему ближе, чтобы попробовать найти хоть какие-то черты лица, но не смог.
– Как? – в один голос спросили заместитель Ван и помощник Шэнь. – Может, погибший не вице-мэр Дин?
Они подошли посмотреть – и тут же хором ахнули от испуга.
– Если б это был не вице-мэр Дин, то какой смысл прятать лицо? – К тому моменту я уже пришел в себя и ткнул пальцем в погибшего. «Кожа» сморщилась.
– А! – догадался я. – Лицо трупа покрыто большим количеством слоев бумаги.
Во время разложения вытекающая из тела жидкость пропитывала бумагу, которая в результате слилась с цветом всего тела. Вдобавок в помещении очень плохое освещение, поэтому и показалось, что у трупа нет лица. Температура и влажность в квартире были настолько высокими, что тело всего за пять дней успело раздуться. Белые простыни полностью пропитались разводами темно-зеленой гнилостной жидкости.
Труп лежал на спине, под ней были спрятаны руки – по всей видимости, кто-то их связал. Ноги, лежавшие прямо, преступник обмотал широкой желтой клейкой лентой и привязал ею же к спинке кровати. Я приподнял тело и разглядел пару морщинистых ладоней – руки убийца тоже замотал клейкой лентой.
Когда я повернул труп, весь застоявшийся под спиной смрад ударил мне в нос, вызвав головокружение. Стоило лишь немного подвинуть убитого, как бумага в зоне рта покойника сползла. К этому моменту трупное окоченение челюсти исчезло, и рот широко раскрылся, будто пасть хищного животного. Со свистящим звуком оттуда полилась гнилостная жидкость болотного цвета.
Дабао в это время изучал прикроватную тумбочку, и его взгляд случайно упал на труп. Он подпрыгнул от испуга:
– Ой, мамочки! Погоди… До смерти меня напугал.
Местный судмедэксперт не мог нам помочь, а сотрудники городского морга отказались транспортировать уже разложившееся тело, поэтому у нас с Дабао не было иного выбора – пришлось перевозить его самостоятельно.
Дабао ухватился за локти, а я взял тело за ноги. Степень разложения тела была высокой: под кожей скопился газ, находящийся под сильным давлением, и жидкость после трупного аутолиза. Сама же поверхность кожи стала маслянистой, поэтому при поднятии руки Дабао соскользнули, и тело с грохотом рухнуло обратно на кровать. Под тяжестью свалившегося веса брызнула жидкость, накопившаяся в матрасе. Дабао посмотрел на свои перчатки, к которым прилипли зеленоватые кусочки эпидермиса, потом на свою новенькую рубашку, забрызганную жидкостью из матраса; на лице у него было написано, как же ему противно и как жалко новую вещь.
Дабао случайно сорвал кожный покров с локтя погибшего, обнажив плотные зеленые дольки гниющей гиподермы. Из неприкрытой части сочилась,
