У меня совсем из головы вылетело…
– Да. – Я открыл записи на нужной странице и показал ему. – Это все не случайно, ухо принадлежит Фан Цзяну. Слушайте, учитывая дату смерти, которую мы установили, Мэн Сянпин умер раньше, чем Фан Цзян, хотя его останки были найдены значительно позже. У него не хватало пальца. Раньше всего был найден труп Фан Цзяна, но умер он вторым по счету; у него было на один палец больше, но не хватало уха. Если убийца так издевается над нами, то, по логике вещей, если что-то прибыло – в нашем случае ухо, – значит, где-то что-то убыло.
После этих слов все мы начали пристально рассматривать труп.
– Вроде ничего не убавилось, – слегка разочарованно произнес Сунь Юн.
Я рассматривал трахею, которую оставил преступник на месте преступления; вверх от подъязычной кости тянулся порез от ножа. Я открыл еще не успевшую застыть из-за трупного окоченения ротовую полость погибшего – внутри было совершенно пусто.
– Теперь ясно, – сказал я, – он унес язык.
– Так и есть! Он играет с нами, – стиснув зубы, процедил начальник Ху. – Вынуть язык вместе с внутренними органами и оставить фрагмент трупа, чтобы мы определили все убийства в серию, – все это мог провернуть только кто-то из наших. Что же это за больной извращенец и чем мы ему насолили?
– Убийца орудует профессионально; видно, что у него богатый опыт, – сказал я. – Зацепок, помимо самого тела, по-прежнему нет; придется теперь копаться в социальных контактах Чэн Сяоляна. Погибших все больше, он действует прямо у нас перед носом, каждый раз убивая по одной и той же схеме, но мы всё еще не подобрались к нему ближе, чем он сам нас подпускает.
– Увы, – сказал Сунь Юн. – Он хорошо осведомлен о работе судмедэкспертов, но едва ли понимает, как работают следователи, поэтому будем верить, что нашим коллегам удастся благодаря смерти Чэн Сяоляна обнаружить новые улики на пути к закрытию дела. Мы не можем позволить этому уроду убить еще больше людей!
– Сначала нам нужно отдохнуть, а завтра после обеда можно будет на заседании по особо важным обсудить два дела, – сказал начальник Ху. – А до заседания еще есть чем заняться.
Я устало качнул головой:
– Я прилягу на пару часиков, а потом мы с Линь Тао снова сходим домой к Дун Цифэн.
* * *
Немного поспав, я почувствовал прилив бодрости. Выйдя на улицу, встретился с соседкой-студенткой; она болтала с Линь Тао, стоящим у служебной машины. Я ухмыльнулся. Современные девушки стали смелее представительниц прошлого поколения, а юноши, наоборот, – скромнее. Мир и впрямь изменился.
Я молча плюхнулся пятой точкой на сиденье в машине. Линь Тао сказал лишь: «Извини, поболтаем в следующий раз», – после чего тоже занял свое место в автомобиле.
– Куда едем, парни? – спросил водитель Хань Лян.
– К дому Дун Цифэн, – ответил Линь Тао и повернулся ко мне: – Ты чего так долго? Пока я тебя ждал, на меня бабка какая-то наехала… Если б ты еще подольше провозился, мне реально пришлось бы давать свой номер телефона этой девчонке.
– А что тебе не нравится? – Я улыбнулся во все свои тридцать два зуба. – Студенточка, м-м… такая чистая и невинная…
– Ой, заткнись, – ответил Линь Тао.
Водитель в мгновение ока подвез нас к нужному дому. Мы с Линь Тао переоделись и зашли внутрь.
– Раз уж это убийство, то убийца должен был зайти и выйти, – заметил я. – Место преступления находится под строгой охраной; как же он сначала пробрался сюда, а потом сбежал?
– Сбежать отсюда нетрудно – через входную дверь на первом этаже, – начал Линь Тао. – Тогда становится понятно, откуда на первом этаже следы обуви. А еще не забывай, что дверь этой квартиры в слепой зоне. Гораздо сложнее понять, как он попал в квартиру. Преступник не следовал за жертвой – эту версию мы исключили сразу. Окна оборудованы защитой от проникновения. Остается только одно: вот…
Линь Тао указал на маленькое окошко в ванной, которая примыкала к спальне. Окно было обычным, без защиты.
Даже не пытаясь скрыть свое изумление, я выпалил:
– Оно же крошечное, у меня даже голова в него не пролезет!
– Ты-то, конечно, со своей здоровой башкой не пролезешь… Я тоже вчера попробовал, но даже мне не удается протиснуться.
– Тебя стройнит одежда, но ты подкачанный, – возразил я. – А вот кто-нибудь пониже и тощий, возможно, пролезет…
– На это окно попадает одна из наружных камер системы видеонаблюдения жилого комплекса. Если преступник влез через него, то камеры должны были его заснять.
Я кивнул:
– Тогда ждем новостей от Дабао.
– Смотрите сюда… – Один из техников-криминалистов указал на дверцу прикроватной тумбочки.
Я приблизился. Дверцу открыл сам криминалист. Ее верхняя кромка уцелела в пожаре, потому что дверка тумбочки была закрыта. Деревянная поверхность кромки явно была забрызгана кровью.
– Какая отличная находка! – Я похлопал техника-криминалиста по плечу. – Это кое-что проясняет…
Линь Тао продолжил за меня:
– Когда на покойницу напали, дверца тумбочки была открыта.
Я с улыбкой закивал:
– В момент нападения она была открыта, поэтому на нее попали брызги крови. Убийца закрыл дверцу, и ее верхняя кромка спряталась в проеме, который и уберег ее от пожара. Получается, убийца оставил нам зацепку!
– Кровь же, наверное, принадлежит жертве; так какой нам от этого прок? – не понял криминалист.
– Характеристика дела! – в один голос ответили мы с Линь Тао.
Я взглянул на своего коллегу и улыбнулся:
– Если б это было убийство из мести, то зачем нападавшему залезать в прикроватную тумбочку девушки? Напомню, что из квартиры пропал мобильный телефон жертвы. Значит, что?..
– А-а, вы намекаете, что это убийство, совершенное в процессе разбойного нападения? – догадался техник.
– Да. Так и есть; я на сто процентов уверен в том, что изначально здесь происходило ограбление.
Если человек застает в своем доме вора, то очень часто кража с проникновением превращается в грабеж или изнасилование.
– Преступник влез через окно, залез в шкафы и забрал телефон, – перечислил Линь Тао. – Я согласен с тем, что мы имеем дело с грабежом, а не с местью.
– Ну, тогда срочно надо ехать к следственной группе, – предложил я. – Мне уже не терпится узнать результаты расследования.
* * *
Как только мы переступили порог зала заседаний, раздался зычный голос начальника отделения Ху:
– Почему так поздно? У нас есть зацепка!
– Внимательно слушаю. – Я достал блокнот.
– Дело обстоит так, – сказал главный следователь. – Мы изучили вагинальные мазки, которые вы взяли у покойной Дун Цифэн, и обнаружили следы спермы. После сравнения генотипов неожиданно выяснилось, что она принадлежит одному из погибших
