ее мысли:
– Думать, что сидишь ты на пьяцца Вольта, потягиваешь апероль, а кто-то без вины мотает срок в тюрьме – не очень-то, мягко говоря, приятно.
– Почему же тогда ты не пересматривал дело? – спросила Марго.
– Мадонна! – разозлился Энцо. – На основании чего? Ты думаешь, это просто? Нет, моя милая, нужны были новые улики, свидетели. Поверь, я все прошерстил вдоль и поперек!
– Тогда тебе не в чем себя винить.
– Скажи это Джанджи Кареццано…
– А где он сейчас, кстати?
– Освободился. Захочет ли он после стольких лет говорить? Я бы на его месте послал всех к чертовой матери… Хотя… я съезжу.
– «Я»? Почему не «мы»?
– Не знаю, Марго… Ты уверена, что все это тебе нужно?
– Что именно?
– Это дело, расследование? Ты увиделась с Эленой, и все как-то само собой завертелось. Потом этот Анелли со своим предложением. Я, старый дурак, поддался порыву, втянул тебя, не думая. А теперь стало понятно, что вообще-то в Комо гуляет психопат, ты сама сказала. Но ведь можно в любой момент остановиться. Просто перестать ездить, задавать вопросы. Дело серьезное, это тебе не… ну как это? Когда по радио расследуют?
– Подкасты тру крайм, – подсказала Марго. – Я думала об этом. Но будто это дело само меня выбрало, понимаешь? Не отпускает. И предложение Анелли ни при чем.
– Мы ведь можем прекратить этим заниматься, – запротестовал Энцо. – К черту деньги, вообще не о них речь.
Марго перебила его:
– Ты же помнишь, я не верю ни в судьбу, ни во всякие эзотерические бредни, но тут что-то другое. Я должна выяснить, что случилось. И дело не в том, чтобы наказать преступника – это вообще какая-то идеалистическая чушь. Но близкие должны узнать, почему, как и кем были убиты их дети. Неизвестность – это страшно.
Энцо грустно усмехнулся:
– Это мне знакомо.
– Поздно идти на попятную – я тоже теперь не смогу спать спокойно…
– Эх, Марго, – вздохнул Энцо. – Надеюсь, я об этом не пожалею.
– Ну ладно… Что дальше?
– Я бы предложил сначала все-таки скататься к говнюку.
– Массимилиано Бенедетто? – удивилась Марго. – Снова? По серпантинам?
– Мы с ним не договорили. И мне надоело, что я не могу до него дозвониться. Я должен лично его видеть.
Марго решила не мешать запалу Энцо.
– А еще он хорошо ориентируется в доме Бенедетто, знает про шелкопрядов и ненавидит всю семейку, – добавила она.
Глава 23
Полтысячи шелковичных гусениц производят чуть меньше двух метров шелка, то есть примерно одну блузку.
Через полтора часа Марго и Энцо подъехали к дому Массимилиано Бенедетто. В этот раз ругательств было значительно меньше. Надевание цепей на шины прошло мгновенно. Марго чувствовала, что Энцо злится, но эта злость мотивирует его, подгоняет, возвращает к жизни и делу, которого ему не хватало.
В Валь д’Интелви их ждал все тот же унылый серый пейзаж, старая полузаброшенная ферма, нуждающаяся в ремонте. По виду и не скажешь, что она принадлежала отпрыску богатой шелковой семьи. Собак было по-прежнему много, но Марго в этот раз поленилась их считать.
Массимилиано копался перед домом в мотоцикле и сделал вид, что не заметил своих гостей.
– А вам не дозвониться… – сказал Энцо.
– Может, я и не хочу, чтобы мне звонили, – буркнул Массимилиано, продолжая чинить мотоцикл. – Я же сказал полиции, что ничего не знаю. Луиза звонила, выясняла. Папаша… Что вы все от меня хотите? Чего привязались?
– Просто уточнить кое-что. – Марго было непонятно, почему Массимилиано так закрылся. В прошлый раз ей удалось его разговорить. – Мы вас долго не задержим.
– Мне не нравится интерес полиции, – нахмурился Массимилиано.
«А! Вот в чем дело! Наверняка мутит что-нибудь с налогами своего питомника. За нал половина собак у него, скорее всего».
– Вас вызывали в полицию? – спросил Энцо.
– Нет, чего мне там делать? Так, приезжали сюда раза два. Крутились тут, разнюхивали. Прям как вы… – Массимилиано копался в ящике со сваленными туда без всякой логики инструментами.
«Какой бардак, – подумала Марго. – Как он умудряется найти хоть что-то в таком беспорядке?»
– Мы просто хотим понять, что случилось с мальчиками, – попыталась успокоить его Марго.
– Эх, – миролюбиво вздохнул Массимилиано. – Что я, не понимаю, что ли?
Он бросил инструменты, так и не найдя того, что искал. Взял тряпку и стал вытирать черные от грязи руки.
– Лоренцо Анцани сказал, что вас выгнали из дома… – начал Энцо.
– Стремный тип. Еще и врет. – Массимилиано пожал плечами, продолжая теребить тряпку и разглядывая луг.
Собаки, заметив, что хозяин смотрит в их сторону, тут же подбежали к забору и завиляли хвостами. Кто-то прыгал лапами на сетку, просовывая когти в ячейки, кто-то поскуливал. Золотистый лабрадор был самым несдержанным – заливисто лаял.
– Это они играть хотят, – объяснил Массимилиано.
– Да, вы уже говорили, что… синьор Анцани вам не нравится. – Марго решила немного смягчить сказанное во время прошлого разговора.
– И почему ж он мне не нравится? – прищурился Массимилиано. – Дайте-ка прикинуть… Может, потому, что он трахается с моей мамашей? – Бенедетто отбросил грязную тряпку и с удовольствием наблюдал, какой эффект произведет последняя фраза. Ожидания его не подвели.
– С Луизой? – изумился Энцо.
– Да вроде у меня другой нет, – усмехнулся Массимилиано.
– Почему вы сразу не сказали? Когда мы еще тогда приезжали? – разозлился Энцо.
Массимилиано развел грязными руками, как бы изображая вину, но виноватым он совершенно не выглядел.
– Это ваша гипотеза, да? – спросила Марго. Ее не смутило, что у Луизы был любовник на… сколько? На двадцать пять лет моложе? У Марго бывали молодые любовники: хорошая физическая форма, повышенный уровень тестостерона, длительный секс… Но им не хватало опыта. К тому же они быстро привязывались, хотели куда-то сходить вместе. И с ними сложно было рассчитывать на конфиденциальность: так и норовили сделать совместное селфи, чтобы потом хвастаться перед друзьями. Марго поежилась: интересно, Лоренцо тоже коллекционирует селфи с Луизой?
– Почему ж гипотеза? – делано оскорбился Массимилиано. – Медицинский факт. – Он словно устал от разговора и двинулся к собакам. Марго с ужасом подумала: что будет, если он их выпустит? С Массимилиано станется – они окружат ее, начнут прыгать. Слюни, сопли, черт знает что. На всякий случай Марго натянула перчатки. К счастью, Массимилиано передумал и вернулся.
– Откуда вы можете это знать? Вы же не видитесь с семьей? – докапывался Энцо. Он устал и присел на колоду для колки дров.
Массимилиано хмыкнул:
– Тоже мне тайна!
– Вы же не можете знать наверняка? – вмешалась Марго.
Собаки суетились и заметно нервничали. Они как по команде (хотя ее не было) сели у забора в ожидании чего-то от своего хозяина.
– Во-первых, я хорошо
