Посмотри в ее глаза - Людмила Мартова

Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но Катя тут же его перебила:

– Мы даже и пытаться не будем. Одно дело – перелезть через забор на участок. Сомнительно, но ладно. И совсем другое – взломать дверь и оказаться внутри дома. Это уже не хулиганство, а серьезная статья. Как дочь сотрудника уголовного розыска, говорю.

– Ого, какое у тебя происхождение, – пошутил Бортников. – Отсюда, видимо, и тяга к расследованию преступлений.

Катя тут же напряглась.

– А с чего ты взял, что я что-то расследую?

– Ну, зачем-то ты полезла вслед за мной на чужой участок. И канаву обследовать, в которой Лабубу нашла, тоже почему-то отправилась. Так что расследование ты точно ведешь. И моя задача в связи с этим проста – держать тебя в поле видимости.

– Зачем? Чтобы быть в курсе результатов?

– Чтобы ты не влипла в неприятности, – серьезно ответил он.

Катя опешила. С тех пор как умерла мама никто не следил за тем, чтобы уберечь ее от неприятностей. Впрочем, у такой серьезной, вдумчивой и осторожной девушки, как Катя Ильинская, их и не быть не могло. Давно, когда Катя еще была студенткой университета, тетя Таня приезжала к ним в Питер в гости и, наблюдая за племянницей, на полном серьезе отметила, что та пенсионеркой родилась. Не годилась она для авантюр и опасностей. Совершенно не годилась.

– Влезать в дом я не буду, – упрямо повторила она.

– Да и я не собираюсь.

Они обошли участок, не очень понимая, зачем именно это делают и что хотят найти.

– Пойдем отсюда, – тихонько попросила Катя. – Давай лучше подождем на улице и посмотрим, один Павел вернется или нет.

– Сидеть-то будем где? В кустах? – В голосе Тимофея явственно слышалась ирония.

– Но мы же должны что-то сделать. Что, если Павел все-таки похитил ребенка? Давай вернемся ко мне домой, расскажем все Саше и попросим позвонить Евгению Макарову. Он – профессионал и лучше знает, что делать в такой ситуации. Советоваться – это не стучать.

Тимофей Бортников молчал, видимо, обдумывая, приемлема ли для него подобная постановка вопроса.

– Ладно, – наконец сдался он. – Я просто думал, может, тут, на участке, валяются детские игрушки или какие-то вещи. Тогда было бы понятно, что девочка, которую ты видела, просто гостила в этом доме. Но тут нет никаких следов пребывания детей, а Светлана, как мы знаем, уже три дня в больнице. Действительно подозрительно.

Покинуть чужую территорию предстояло тем же способом, каким они пробрались сюда. Для этого нужно было перебраться через ягодники, потом перелезть через сетчатый забор и оказаться с другой его стороны, в зарослях ирги, от одной мысли о которой Катя почувствовала терпкую сладость во рту.

Штурмовали забор они немного поодаль от места первой попытки. Тимофей опять ловко махнул ввысь первым, спрыгнул с другой стороны и негромко велел Кате подниматься. Она начала взбираться по ячейкам, немного неуклюже, но старательно, а когда очутилась наверху, не обнаружила страхующих ее рук.

Бортников сидел на корточках и рылся в кустах ирги.

– Тимофей, – позвала она, – помоги мне. Ты чего там ищешь?

– Я не ищу, я уже нашел, – произнес он и выпрямился, чтобы ей помочь. Голос у него был странный. – Смотри, что тут.

Катя спрыгнула в его руки, ощутила под ногами твердь земли, выдохнула от того, что глупое и опасное приключение позади, сделала шаг и присела, чтобы увидеть то, что он хочет ей показать. На земле под кустом был свален какой-то тюк, при ближайшем рассмотрении оказавшийся брезентовым макинтошем, под которым лежали резиновые сапоги.

Катя уставилась на них.

– Это же та самая одежда, в которой был встреченный мною человек, – потрясенно сказала она. – Или, по крайней мере, очень похожая. Это что же получается? Это все-таки был Павел? И он спрятал эту одежду здесь?

– Получается, что нам действительно стоит рассказать обо всем Евгению Макарову, – серьезно ответил Тимофей. – Точнее, для начала его брату.

– А ты знаком с Дмитрием Михайловичем? Ты же не местный.

– Познакомились сразу, как только я приехал. Мне нужна была поддержка местных жителей, а Дмитрий Макаров – человек очень уважаемый, авторитетный и влиятельный, так что да, я в первые же дни с ним познакомился. У него есть одно важное преимущество перед всеми остальными жителями Излук.

– Какое же?

– Его фирма точно не сливает никакие отходы в Черное озеро, так что стоять за экологической катастрофой он не может и прятать концы тоже.

– А что, кто-то прячет концы? – уточнила Катя.

– Конечно. Местная власть в первую очередь, но она же это делает не сама по себе. А значит, как гласит народная мудрость, ищи, кому выгодно.

– При чем тут народная мудрость? – удивилась Катя. – Выражение «qui prodest?» или иногда «cui bono?», что в переводе как раз и означает «кому выгодно», приписывается древнеримскому трибуну и судье Люцию Кассию Равилле. Правда, другие источники приписывают его римскому же юристу Кассиану Лонгину или даже Цицерону, который якобы произнес эту фразу в защиту Луция Корнелия Бальба в шестьдесят третьем году до нашей эры. В своей речи Цицерон обратил внимание на важность поиска мотивов всех, кто участвует в конфликте. Он утверждал, что люди часто совершают поступки, которые не соответствуют их собственным интересам, если эти поступки выгодны кому-то другому. Принцип «ищи, кому выгодно» является одним из центральных при построении конспирологических гипотез.

– Ты всегда такая зануда? – В голосе Тимофея прозвучала веселость и даже какое-то почтение к ее начитанности. – Какая разница, кто это сказал, если суть от этого не меняется. Важно то, что озеро изгадили, вода в нем опасна для человека, а никакие меры не предпринимаются. Дело спускается на тормозах, замыливается, и за этим явно стоит кто-то, умеющий заинтересовать представителей власти барашком в бумажке.

– Чем? – не поняла Катя.

– Взяткой, – вздохнул он. – А Дмитрий Макаров как раз тот человек, который ни в чем подобном мараться не будет.

– Ты это из первого же общения с ним вынес?

– Нет, справки наводил перед тем, как сюда ехать. Но первое впечатление подтвердило правоту людей, которые мне его рекомендовали.

– Тогда пошли скорее, – Катя потянула Тимофея за руку. – Павел скоро вернется, и к его приезду нам надо понимать, что делать.

Озираясь по сторонам, они выбрались из пожарного проезда на дорогу и припустили к дому Гордеевых.

* * *

«Совет в Филях», на