себе риск неудачи, придется распроститься с перспективой дополнительного дохода.
Так блестяще была запланирована эта операция.
Но, как известно, человек предполагает, а бог располагает.
Кар, присев на корточки, в неудобной позе спрятался в беспрерывно раскачивающейся небольшой яхточке. Он все время терял равновесие, напрягался, чтоб его удержать, ноги затекли. В тесном скопище яхт, моторок, судов всех видов и мастей, толпившихся у пирса, уткнувшись в него носами, словно лошади у желоба с водой, оставалось лишь одно свободное место — место моторки, принадлежавшей кому-то из друзей Нолана. Вот сюда она должна была вернуться после ночной операции. С другой стороны этого свободного местечка швартовалась другая моторка, где прятался Лоридан. Еще несколько агентов затаились на соседних судах, на пристани, за какими-то ящиками и тюками.
Кар, нажав кнопку, осветил циферблат наручных часов — час ночи. Дюваль должен был сбросить свой мешок в полночь, примерно час хорошего хода моторки оттуда до стоянки. Вот-вот похитители должны были появиться.
И тут начались неожиданности.
К пирсу медленно, почти бесшумно подкралась длинная гоночная машина. Кар в темноте не сразу и заметил ее. Из машины вышли две закутанные фигуры. Когда они подошли к краю пирса и остановились буквально в двух шагах от Кара, он различил лица. Ирена и Нолан! Вот это номер! Зачем они приехали сюда? Не доверяют дружкам — вдруг не причалят с деньгами и, вместо того чтобы отправиться в логово, растворятся в ночи? Или им не терпится своими руками пощупать купюры? А может, они подсядут в лодку и всей компанией куда-то уплывут? От этой мысли по спине у Кара пробежал холодок — такого предусмотрено не было, ни о каких моторках агентство не подумало. Кар отбросил эту мысль — не может быть, чтобы дружки Нолана и Ирены не заглянули в мешок. Значит, они уже знают, что их обманули, и мчатся сюда поделиться горьким открытием.
Кар уловил еле слышное мурлыканье — это другой агент с соседней лодки снимал специальной кинокамерой для ночных съемок Ирену и ее друга. Значит, компрометирующий материал все равно будет. Кар знал, что особый прибор фиксирует и каждое слово, произнесенное любовниками, как бы тихо они ни говорили.
В этот момент послышался нарастающий шум мотора. Из мрака как-то сразу возникла моторка и, выключив двигатель, подошла к пирсу.
— Порядок? — нетерпеливо спросил Нолан. Он говорил громко, не стесняясь.
— Порядок, — весело ответили с лодки. — Мешочек с нами. Пока сюда добирались, два раза все пересчитал.
Раздался смех, громче всех, чуть истерично, смеялась Ирена.
— Вот что значит жадничать, жалеть для единственного ребенка игрушки, — сказал кто-то.
— Ничего, старик не обеднеет, — произнес кто-то другой.
— Придется вернуть дочку, — сказал Нолан и расхохотался. — Временно, конечно.
— Придется, — поддакнула Ирена, — но сначала отметим.
Весело и громко болтая, Ирена, Нолан и трое высадившихся из моторки парней направились к машине. Как они все умудрились залезть в двухместную машину, неизвестно, но залезли. Нолан включил мотор.
Кар растерялся. Что теперь делать? Все пошло наперекосяк. Во-первых, Дюваль обманул агентство (если это можно назвать обманом), он таки вложил в мешок всю сумму, а не газетные обрывки. Во-вторых, Нолан и Ирена, вместо того чтобы спокойно дожидаться в логове, приехали на пристань. Наконец, судя по всему, они никуда не убегают, а отправляются в ресторан «отметить».
В это время в ухе у Кара зашептал микрофон прямой связи, имевшийся у каждого агента. Неповторимый бас Шмидта произнес:
— По машинам! Не упустить!
Кар быстро выскочил из своего убежища и устремился к укрытым среди портовых строений машинам. Со всех ног к ним мчались и другие агенты. Вскоре машины с погашенными фарами уже неслись вслед за гоночным автомобилем Нолана. Веселая компания похитителей то ли была уж совсем неопытна, то ли слишком увлеклась своими успехами и ничего не замечала.
Вскоре Нолан и его друзья прибыли в загородный ресторан, зашли в отдельный кабинет с выходившей на море террасой, и начался кутеж.
Агенты рассеялись по парку, заняли столики в общем зале, подобрались к нависшей над парком террасе. Но что делать дальше, никто не знал.
— Слушай, Ал… — Лоридан зевнул. — Вся эта кутерьма мне надоела, а тебе? Все же ясно. Эта Ирена организовала собственное похищение, выманила у папаши миллион. Теперь она вернется к нему, и плевать ей, будет он выполнять ее капризы или не будет. Денег-то у нее куча. И Нолана это устраивает. Все пойдет по-старому. Агентство тоже свой контракт выполнило — деньги нашло, похищенную и похитителей нашло, пресса ни о чем не знает. Дюваль отвалит солидный куш. Так о чем речь?
— А я откуда знаю? — огрызнулся Кар, ему хотелось спать, он устал, болели ноги. — Пошли они все к черту! Хотя я бы, честно говоря, этому Нолану морду набил.
Видимо, руководители «Ока» тоже находились в растерянности. Если сейчас Ирена вернется к отцу, значит, агентство ничего не сделало. Дюваль выполнил требования похитителей, отдал миллион, ему вернули дочь. Так при чем тут «Око»?
Оставалось одно: все рассказать Дювалю и спросить, что он хочет, чтоб делалось дальше. Так и поступили. Как потом поведал своим ребятам Шмидт, директор агентства лично позвонил Дювалю, подробно изложил ему все детали дела, сообщив, что может прислать кинопленки, записи разговоров — и телефонных, и тех, на пристани. Из деликатности не упрекнул Дюваля за то, что тот, недостаточно доверившись «Оку», подстраховался и положил в мешок деньги.
— Какие будут указания, господин Дюваль? — осведомился директор, заканчивая разговор.
— Они сейчас в ресторане? — спросил Дюваль.
— Да, и, видимо, надолго.
— Тогда сделаем так, — с обычной решительностью сказал Дюваль. — Дождитесь, пока они выйдут, дочь немедленно доставьте ко мне, тех троих подручных отпустите, можете надавать им пинков. А вот Нолана… — Он сделал паузу и неожиданно спросил: — У вас есть надежные ребята из тех, ну, которые воевали, все умеют и которым на все наплевать?
— Есть, — коротко ответил директор, он все понял.
— Вы их можете срочно доставить ко мне?
— Пожалуйста.
— Я жду. А потом поручите им побеседовать лично с Ноланом.
— Ждите, — бросил директор и положил трубку.
В ушах у Кара, Лоридана и еще одного из агентов зашептали микрофоны. И вскоре они мчались через ночной город в замок Дюваля.
Миллионер принял их в кабинете в ночном халате. Он был бледен, под глазами
