типа: «Некоторые ошибки стоят того, чтобы их совершать».
Мыслей типа: «Почему не я? С ней, сейчас – почему не я?»
Но Грэйсон попросил о встрече не для того, чтобы обсуждать свои чувства.
– Что-то не так, – сказал он Нэшу. – Возможно, есть угроза. Лира Кейн получила свой билет на «Грандиозную игру» от неизвестной третьей стороны. Кто-то отправил ее сюда.
Нэш обдумал его слова:
– Но зачем какой-то третьей стороне это делать?
Именно.
– Так получилось, что наша семья так или иначе причастна к смерти отца Лиры. – Голос Грэйсона даже по его собственным меркам звучал намного спокойнее, чем он себя чувствовал. – Самоубийство. Ей было четыре. Она была там.
Одна только мысль о том, что воспоминания о той ночи сделали с Лирой, наполняла Грэйсона бессильной яростью и желанием отомстить за ребенка, которым она была, – и это ни в коей мере не касалось его чувств к взрослой девушке, которой она стала.
За всю свою жизнь Грэйсон целовался четыре раза, включая Лиру. И целуя ее, он впервые не пытался подавить свои эмоции.
Лира Кейн целовалась с той же грацией, что и двигалась, с таким же контролем над собственным телом, словно это требовало от нее полной координации.
– Насколько большую угрозу она представляет? – спросил Нэш, но его будничный тон не одурачил Грэйсона. То, что угрожало хотя бы одному из них, автоматически угрожало им всем, а Нэш всегда защищал тех, кого любил.
– Лира не представляет никакой угрозы. – Грэйсон не собирался говорить эти слова как предостережение, но так уж вышло.
Нэш склонил голову набок:
– И как все серьезно, младший братец?
– Прошел всего день, – на автомате ответил Грэйсон.
Нэш качнулся на пятках:
– С Либ я все понял почти сразу.
Либби Грэмбс – теперь уже Либби Хоторн – была женой Нэша. Уголки губ Грэйсона дернулись вверх, когда он подумал о своей невестке и детях, которых она вынашивала.
– Как там Либби?
– Постоянно чего-то хочет. Почти всем недовольна. – Нэш ухмыльнулся. – Бесится по любому поводу.
Он повернулся и многозначительно посмотрел на Грэйсона.
– Я спрошу еще раз, Грэй. Насколько все серьезно у тебя с этой девушкой, которая не представляет угрозу?
Грэйсон снова устремил взгляд к линии горизонта. Не нужно скрывать свои чувства.
– Довольно серьезно.
Нэш тихо присвистнул:
– Джейми был прав. Это будет весело.
– Всегда рад развлечь вас, – сухо ответил Грэйсон. – Но я позвал тебя сюда не веселиться. Что мы знаем о вчерашнем отключении электроэнергии?
Во время первого этапа игры отключились оба генератора – основной и резервный.
– Ксандр говорит, что, похоже, в этом виноваты белки, – ответил Нэш. – Если точно – полчища белок.
– Полчища белок? – Грэйсона такой ответ явно не устроил.
– Остров надежно защищен, – сказал Нэш.
– Либо не так уж и надежно, либо у спонсора Лиры есть еще один игрок.
С непроницаемым видом Грэйсон рассказал Нэшу о записках, которые кто-то оставил для Лиры в сгоревшем лесу и на которых было написано имя его отца и его вариации.
– И будет неплохо, если кто-нибудь последит за Одеттой Моралес, хотя она и вышла из игры. Ей что-то известно.
– Что именно?
Грэйсон не видел причин скрывать правду:
– Похоже, наша бабушка не мертва, как утверждалось.
Нэш отреагировал на эту новость с присущим ему спокойствием. Он снял свою поношенную ковбойскую шляпу и медленно провел большим пальцем по ее краю. Это же движение он проделал лишь однажды – в тот единственный раз, когда Грэйсон занес руку, чтобы ударить его.
– Будет неплохо, братишка, если ты расскажешь мне все, что знаешь, и побыстрее.
Грэйсон прищурился, но все-таки спустил Нэшу его командный тон.
– Пятнадцть лет назад – через несколько лет после того, как нашу бабушку объявили умершей, – Элис Хоторн была жива и здорова. Она явилась к старику и попросила его об одолжении. – Грэйсон умолк, подумав о своем дедушке, о Тобиасе Хоторне, который выходил победителем из любого испытания, из любого конфликта. И который научил их быть такими же. – А еще пятнадцать лет назад, – продолжил Грэйсон, – отец Лиры пустил себе пулю в голову, а его последними словами были: «А Хоторн – вот кто всему виной».
– А Хоторн. Алиса. Элис.
– Расскажешь остальным. Возможно, на этом острове ведется еще одна игра, и не одна.
– Мы все отменяем? – ровным голосом уточнил Нэш. – «Грандиозную игру»?
– Нет! – тут же ответил Грэйсон. – Если никакой угрозы нет, то отменять игру будет опрометчивым решением. Но если все-таки угроза существует, то лучше будет воспользоваться возможностью и выявить ее.
Чтобы устранить врага, нужно первым делом заставить его раскрыть карты.
– Значит, ты участвуешь? – сказал Нэш. – Во втором этапе?
– Участвую, – подтвердил Грэйсон. Но не ради победы – ради нее.
Нэш провел рукой по легкой щетине на своем лице и едва заметно улыбнулся.
– Зачем ей нужны призовые деньги?
Братья Грэйсона были чересчур проницательными, иногда себе на беду.
– Она хочет спасти семейный дом. – Грэйсон подумал о том, как Лира отказалась взять его пиджак и пригрозила отдать ему свою куртку взамен. – И сразу добавлю: эта леди не возьмет у меня ни цента.
Лире нужно было выиграть эти деньги. Грэйсону нужно было сделать все, что в его силах, чтобы помочь ей.
– Она уже придумала тебе прозвище? – Нэш выгнул бровь.
Губы Грэйсона дернулись в улыбке.
– Ага, «недоумок».
– Она мне уже нравится. – Нэш ухмыльнулся и снова надел свою шляпу. – И раз уж речь зашла о семье. Я должен сказать тебе кое-что, и вряд ли тебе это понравится. Мы проводили выбывших игроков с острова, но Джиджи среди них не было. Младшая сестричка пропала и лодка Ксандра тоже. Джиджи взяла ее и оставила записку. И «Твинки» в качестве извинения.
Грэйсон нахмурился:
– Мы на острове. Где Джиджи раздобыла кексы «Твинки»?
– Как я понял из слов Ксандра, это что-то типа долговой расписки.
Грэйсон потер лоб. Это было очень в духе его сестры, и он без Нэша знал, что Джиджи тяжело перенесла свое исключение из «Грандиозной игры».
– Мне надо было присмотреть за ней.
– Алиса уже занимается поисками лодки. Мы найдем младшую сестренку. А тебе стоит уделить внимание предстоящей игре и второй сестренке.
Саванна. Слова Нэша напомнили ему о неаккуратно обрезанных волосах его сестры. Похоже, их обрезали ножом. А потом Грэйсон подумал об игроке, с которым Саванна, похоже, объединилась для игры.
Который, похоже, и держал в руке тот самый нож.
– Саванна не хочет, чтобы я заботился о ней, – ответил Грэйсон со всем спокойствием, на которое был способен.
– Как и все, кто нуждается в заботе больше всего. – Нэш
