техниками и умеет манипулировать людьми.
Но гипнолог смог выяснить, что она познакомилась с Костей на гастролях. Он вспомнил, что они проговорили с ней всю ночь. Она оказалась у него в номере. Он не знал как. Но выгонять ее не стал. Она была скромно одета, ничего провоцирующего, она даже не пыталась его обнять. Она сразу сказала, что пишет музыку и хочет, чтобы он ее послушал. Больше ничего ей не надо. Но ей никуда не пробиться. Она обезоруживающе демонстрировала свои слабые стороны (если они у нее вообще были – скорее, играла роль). Сексом они не занимались, говорили о музыке, творчестве – и эти воспоминания вызывали у него приятные ощущения. Костя помнил многочисленные долгие разговоры с Лилей – уже в Петербурге. Они очень много разговаривали. Лиля столько всего про него знала – про его творчество, про путь наверх, взлеты и периоды простоя, когда не писалось. И она могла часами говорить про рок. Она знала, как развивалась рок-музыка в США и Западной Европе, она знала все жанры, про некоторые даже Костя не слышал.
Я отметила про себя, что мне нужно будет восполнить этот пробел. Хотя мы с Костей тоже много разговаривали. Он сам рассказывал мне про себя, про то, как пишет тексты и музыку. Но дело в том, что я сама в музыке не разбираюсь совершенно – ни в какой. Я рассказывала Косте про цветы и другие растения. Мы оба могли долго говорить о животных. Мы читали одни и те же книги в детстве, мы смотрели одни и те же фильмы в юности – мы же почти ровесники. У нас оказались одинаковые политические взгляды (хотя политика нас обоих не интересовала), одинаковое отношение к знаковым фигурам в российской истории и в современном мире.
Но Лилька, похоже, зацепила его роком…
– Значит, использовалась техника манипулирования вами, – вздохнул следователь.
– Я не думал, что мною так можно манипулировать, – вздохнул Костя.
– Можно большинством людей. Но эта Лиля явно имеет профессиональную подготовку. Некоторые компании обучают своих продавцов и менеджеров техникам НЛП – как втюхать товар покупателям, потом эти продавцы и менеджеры обеспечивают высокий уровень продаж, а компании процветают на рынке. Жесточайшая конкуренция заставляет использовать все виды борьбы за покупателя. Но Лиля явно работает на более высоком уровне.
– Гипнолог сказал, что она, скорее всего, имеет специальное психологическое образование и углубленно изучала НЛП, – сообщил Костя. – Может, работала психотерапевтом. Но она столько про меня знала!
– Она изучала не только НЛП, но и вас, Константин Алексеевич, – заметил следователь.
– За это можно привлечь к ответственности? – спросила я.
– За использование НЛП в отношениях? – Следователь хмыкнул. – Нет. Сейчас полно курсов, где простейшим техникам обучают и желающих их освоить женщин, и мужчин. «Как влюбить в себя мужчину вашей мечты», «Как завоевать любую женщину» и все в таком роде. Как я только что говорил, компании вполне официально обучают своих продавцов. Тут, конечно, встает вопрос этики, но кого в нашем современном обществе волнуют подобные вопросы? НЛП, бесспорно, используют в сектах. Организаторов сект привлекают к уголовной ответственности, но это всегда очень сложные дела. И там масса всего другого. И они в большей степени используют зомбирование. Да и Лилю есть за что привлекать без НЛП – по гораздо более серьезным статьям. Использование НЛП – ничто в сравнении с убийством, нанесением тяжких телесных повреждений, да и с кладом масса неясностей. Даже если бы она не прикрепила взрывное устройство на дверь, можно было бы привлечь за взрыв в квартире и кражу ценностей. Только их еще надо найти…
Тут вернулась моя дочь, следователь поблагодарил за вкусный ужин и нас покинул. Интересно, зачем он все-таки приезжал? Посмотреть, как я живу? Просто было любопытно, какая женщина привлекла рок-звезду? Ведь о человеке много можно сказать, увидев его жилище. Или потому, что человек в домашней обстановке чувствует себя более расслабленно, чем в казенном доме? Хотя что он мог узнать от меня? Я не имела никакого отношения к взрывам, убийствам и краже. Я никогда не думала, что столкнусь с чем-то подобным! Я вообще не была рядом с Костей в последние месяцы.
Из дневника Елизаветы Алексеевны, 1820 год
На чем я остановилась? Ах да, на моей поездке в гости к старой маменькиной подруге, дочь которой была замужем за Елисеем Петровичем Толстовцевым.
Но она не стала его женой в том смысле, в котором женщина становится женой мужчины. Она раньше о подобном и не слыхивала. И ее маменька не слыхивала. Мне же об этом рассказывал мой брат Лешенька, насмотревшийся на подобное во время военных кампаний, в которых участвовал. Хотя сам он всегда и везде находил себе женщин. И вот чем это закончилось… Правда, как я понимаю, и от мужчины тоже можно заразиться. Женщины же заражаются от мужчин? Значит, и мужчины от мужчин могут. Наш брат Степушка интересуется этим вопросом. Степушка настоящий врач. Может, ему удастся найти или изобрести лекарство, которое будет лечить этот проклятый сифилис? Или хотя бы не даст проклятой болезни лишать людей рассудка? С язвами на теле можно жить. Конечно, это ужасно, я же видела их на теле Лешеньки, но когда он лишился рассудка… Превратился в одну человеческую оболочку… Вот это ужасно.
Я вначале не понимала, что мне пытался втолковать Лешенька. То есть я понимала, что у мужчин есть определенные потребности, гораздо более сильные, чем у женщин (я – исключение), и если женщин нет, долго нет, а вокруг одни мужчины, то… Потребности нужно удовлетворять. Но потом наступает мирная жизнь, мужчины возвращаются к женам или просто в общество, где много женщин, и забывают про то, что было на войне. И их совсем не тянет к другим мужчинам!
Но есть те, кого тянет только к мужчинам. Всегда. В военное и мирное время. Хорошо, если ты помещик и у тебя есть крепостные крестьяне, которые и пикнуть не смеют. В Санкт-Петербурге этот вопрос тоже решается. Можно пойти в одну из «специализированных» бань. В каждой есть
