Ознакомительная версия. Доступно 9 страниц из 54
Следующее просветление на меня нашло, когда машина уже куда-то ехала. Я нахмурилась, посмотрела по сторонам и четко осознала, что я не узнаю ни машины, ни людей, находящихся в ней, и понятия не имею, куда меня везут. Я скомандовала себе «стоп» и снова внимательно осмотрелась. Ситуация была слишком необычной, чтобы поверить в нее сразу.
Слева от меня сидел парень, одетый в легкую куртку, какую-то темную, я не поняла, какого именно цвета была эта куртка, да и не приглядывалась. Парня этого я не знала. То есть я помнила, что он окликнул меня в коридоре и потом…
Мозги у меня прояснились, наверное, даже слишком быстро, и я заорала:
– Куда вы меня везете?!
Я вспомнила про свой сотовый телефон и с силой прижала к себе сумочку. Главное было незаметно сунуть руку в сумку и нажать три кнопки. Первая зеленая слева, а потом «ноль» и «два». После этого пусть делают со мною, что хотят, я буду орать до последнего. Может быть, дежурные в милиции меня и запеленгуют.
Жаль только, что эта идея пришла мне в голову уже после того, как я начала орать. Ну что поделаешь, бывают в жизни ошибочки, не всегда же быть Ольге Юрьевне самой умной.
– Очнулась, жабенция? – весело спросил у меня парень, сидящий со мною рядом, и погрозил мне пальцем: – Ты не шуми, бесполезно…
– Что значит бесполезно?! Да кто вы такие?! – крикнула я.
Я нащупала застежку сумочки и, к сожалению, не слишком ловко, не в одно движение расстегнула ее. Надо же понимать, в каком положении я находилась. Вас сначала накачали бы какой-то дурью, а потом заставили проснуться неизвестно где и неизвестно с кем. Посмотрела бы я, с какой точностью вы бы действовали.
Парень заметил мои движения и наклонился ко мне.
– Что у тебя там? – резко спросил он, кладя руку на сумочку.
– Что там такое, Колян? – обернулся парень, сидящий рядом с водителем. И этого я узнала. Это он сделал мне укол в коридоре. – Ляля очухалась и орать начала? – лениво спросил он и посоветовал: – Заткни ей варежку.
– Да она еще и за сумку хватается, – сказал мой сосед, отбрасывая мои руки от сумочки. – Ну-ка, не дергайся, ты, профура! Тебя же пока не обижают!
– Да у нее там, наверное, дневная выручка да упаковка козырной резины, – засмеялся передний. – Успокой ее, а то в ушах звенит от визга.
Меня успокоили. Не буду говорить, как именно, в общем, двух раз хватило. Я отвалилась вправо, прижалась лбом к стеклу и заплакала от бессилия. Мой сосед, откликающийся на простецкое «Колян», распахнул мою сумочку и заглянул в нее.
– А приколись, брателло, – похохатывая, сказал он, – у нее сотовик в сумке! Во, смотри! – Колян вынул мой телефон и поднял его вверх.
Передний обернулся и присвистнул.
– Ну ни хрена себе! – рассмеялся он. – Блин, как кучеряво живут бляди! А налоговые декларации не заполняют!
– Ну, они же черным налом берут! – разумно заметил Колян, опуская мой телефон в карман своей куртки.
– Ну прямо коллеги! Гы-гы! – развеселился передний, и оба заржали над своей незамысловатой шуткой. Даже молчаливый шофер усмехнулся.
Я не успокоилась, но почти смирилась со своим положением и с тоской уставилась в окошко. За ним мелькали совсем не городские пейзажи. Мы ехали куда-то в сторону нового моста через Волгу. От «Астарты» можно было ехать за город только в этом направлении.
Я решила молчать и ждать. Молчать, хоть это и было нестерпимо и страшно. Не знаю, что меня ждало дальше. Может быть, какой-нибудь пригородный загаженный и вонючий публичный дом. Я вспомнила несколько статей в нашей газете о сексуальных рабынях, и мне стало совсем нехорошо.
Я постаралась думать о чем-нибудь нейтральном, но почему-то стала вспоминать Фиму. А интересно, он так и стоит с недоеденным мороженым в ожидании меня? Долго же ему придется стоять… Я, стараясь двигаться незаметно, перевернула свою левую руку и посмотрела на часы. Они показывали половину первого.
Мне это ни о чем не сказало. Я не помнила, сколько было времени, когда я рассталась с Фимой, зато теперь я получила точку отсчета на будущее.
Мысли мои вернулись к самому похищению, и я удивилась, как нагло и почти неприкрыто оно было произведено. Меня не отлавливали ни в каких укромных местах, а взяли среди людей. Именно взяли, и никак иначе. Я вспомнила, как эти двое бизонов терпеливо стояли и курили на улице, пока я разговаривала с Фимой, как они потом шли за мной по коридору…
Я подняла голову от резкой догадки. Им была нужна я! Только я, никто другой! Поэтому они, найдя меня, вычислив, наверное, по фотографии или по наводке, пошли практически в открытую и… и выполнили заказ? Получается так.
Я тут же, приняв свою догадку за рабочую гипотезу, начала спешно вспоминать, кого же мы так сильно задели в своих публикациях, что этот некто решил организовать мое похищение и… возможно, убийство!
Я вздрогнула от этой кошмарной мысли и постаралась успокоить себя доводом, что если бы меня хотели убить, то давно бы убили. Довод оказался слабоватым. Тогда я напомнила себе, что взяли меня прилюдно, а это значит, что если пойдет расследование, то свидетели найдутся!
Найдутся свидетели по делу об убийстве главного редактора газеты «Свидетель»! Я представила себе передовицу нашей газеты, свою фотографию в траурной рамке… и эта мысль меня добила. Я просто закрыла глаза и решила ждать, что будет дальше.
Слава богу, долго ждать мне не пришлось. Машина замедлила ход, потом я почувствовала, что мы поворачиваем. Я открыла глаза и посмотрела в окошко. Мы въезжали во двор незнакомого мне коттеджа.
«Так и есть, – подумала я, – привезли к боссу, и теперь мне придется расплачиваться за слишком длинный язык, слишком бойкое перо, за высокую скорость редакторского набора…»
Джип остановился напротив модно отделанного булыжником крыльца, и передний «братишка» повернулся ко мне.
– Приехали, мадам. Сделай мордашку поприветливей. Сейчас встретишься со своим старым знакомым.
Колян открыл дверку со своей стороны и медленно вылез из машины. Держа у себя под мышкой мою сумочку, он наклонился и заглянул в салон.
– Ну, ты там приклеилась, что ли? Сюда иди, – спокойно произнес он.
Я помедлила, а потом решилась выйти. Какой смысл был забиваться в уголок, как напуганное животное? Все равно же вытащат, если захотят. Иди уж, Оля, выясняй, куда, к кому, зачем и что тебе потом будет. Пока ясно, что твое убийство в ближайшие минуты не планируется. И то слава богу.
Я постаралась держаться внешне спокойно, но ноги как-то незнакомо повели себя, словно я час назад отбегала десять километров, и вот теперь вся усталость в мышцы и вступила.
Я не вышла из джипа, а вывалилась из него и замерла в удивлении. Из-за дома показалась девушка в красном спортивном костюме и остановилась, глядя на меня. Мы молча мерили друг друга взглядами, а мои конвоиры как-то тихо переминались рядом со мною, не говоря ни слова.
Девушка тряхнула головой, поправила длинные волосы каштанового цвета, молча повернулась и снова ушла за дом.
– Блин, так бы и впендюрил Ирке, – задумчиво пробормотал «братишка».
– Ага, – энергично подтвердил Колян, – а потом папа тебе так впендюрит, что всю жизнь подпрыгивать будешь.
– Да уж, – согласился «братишка», – это и останавливает…
– Ну ты, что встала! – Колян показал мне рукой на крыльцо. – Туда иди, – коротко проговорил он.
Я сделала шаг в указанном направлении.
– Вперед, – резко повторил Колян и толкнул меня к крыльцу.
Пришлось повиноваться. Теперь я была на совсем чужой территории, и помощи ждать не приходилось.
Конвоируемая двумя здоровыми парнями, я подошла к крыльцу и поднялась по его трем ступенькам.
Колян открыл незапертую входную дверь, декоративно отделанную дубовыми панелями, и мы вошли в небольшой холл. Миновали его и остановились у двойных дубовых дверей, ведущих в глубь дома.
– Типа, доложить надо, а то здесь Берримора нет, – проговорил Колян, растерянно оглядываясь на своего дружка.
– А что же шеф, – пробалагурил «братишка», имени которого я пока не узнала, – не заведет себе какого-нибудь децла? Приколись, выходит сейчас этот пень с бородой и гутарит: «Овсянка, сэр, ту дей тебя в селезенку!»
– Прикололся, – серьезно сказал Колян, – а смеяться после слова «лопата»?
Он стукнул пару раз в правую половину дубовой двери, прислушался и стукнул еще раз громче.
– Кто там? Это ты, Николай? – послышался из-за двери слабый мужской голос.
– Я, Виктор Тимофеевич, я, – громко ответил Колян и открыл дверь. Он вошел внутрь и прикрыл дверь за собою.
Колян отсутствовал несколько минут. И вот я услышала быстрые шаги, и обе двери распахнулись. Появившийся Колян встал справа в проходе и кивнул мне. «Братишка» молчать не стал.
– Ну что, – слегка подтолкнул он меня в бок, – прошу, мадам или мадемуазель? Гы-гы!
– Какая она в пень мадемуазель? – тихо пробурчал Колян. – Она уж и забыла, как это выглядит!
Ознакомительная версия. Доступно 9 страниц из 54
