Ознакомительная версия. Доступно 9 страниц из 59
Вовка перепугался за друга, который на глазах побелел и сжал кулаки, он поспешил выставить Лику вон:
– Извини, мы заняты, у нас убийство, тяжелый случай…
– Я на минутку, – улыбнулась ему она. – Артем, с тобой хочет встретиться папа…
– Он не мог позвонить? – процедил тот, практически не разжимая губ, а Лика, как всегда, не замечала его бешенства и вела себя так, будто они мирно расстались утром.
– Я звонила тебе, ты не берешь трубку.
Правильно, не берет. Ее номер он внес в функцию «запрещено», о, если б так же легко было внести и саму Лику в ту же функцию, чтоб за километр не приближалась.
– Можешь идти, – процедил он. – Подлянку ты мне уже сделала, топай-топай, не примешивая папашу.
Вовчик подхватил ее под руку, подталкивая к выходу, лопотал:
– Лика, солнце мое, не до тебя сейчас, правда. Идем, моя золотая, я провожу тебя, поймаю такси, а у Артема будет совещание.
– Но… – Сопротивлялась она слабо, потому что осуществила поставленную задачу, больше делать ей здесь нечего.
В коридоре Вовка убыстрял шаг, держа Лику за локоть, на лестнице заметил, что она покорна, как барашек в отаре, а удовлетворение на красивом личике подстегнуло его поинтересоваться:
– Скажи как другу, зачем ты бесишь Артема? Ты же не дура, так почему не понимаешь, что отталкиваешь его своими выходками?
– Вовик, лучше объясни ему, что так, как люблю его я, никто Артема любить не будет. Чего ему не хватает? Я что, страшилище?
– Ты очень красивая, – сказал он чистую правду.
– Вот! – подхватила она. – И моя семья предоставит ему все, что в этой жизни нужно: дом, машину, работу, деньги. Он же не знает, сколько удобств доставляют те же деньги, не знает и не хочет знать. А теперь у нас и ребенок будет. Нет, я не отпущу его, у ребенка должен быть отец, семья. Артем побесится и вернется к нам, поймет, кого он мог потерять.
Встречая косившихся на них коллег, Вовка убедился в изощренности ее поступка. Безусловно, суд общественности еще никого не заставил жениться, но развел не одну сотню людей. Артем выходил двойным негодяем: все догадываются о романе с Софией, которую многие здесь любят, а тут вот она, Лика, с компроматом впереди себя. И на этом она не успокоится, обязательно притащит сюда коляску, чтобы дать понять: Артем все еще со мной. Кто-то доложит Софии, приукрасит ситуацию или вывернет ее по-своему, в общем, удары по нервам Артему обеспечены.
Втолкнув Лику в такси, Вовка вернулся в кабинет озабоченным, Артема нашел угрюмым и предложил:
– Давай смотаюсь к Софии, поговорю с ней…
– Не лезь, куда тебя не просят, я сам… позже… А сейчас работаем: ты по Покровскому, я ищу жениха с невестой, над которыми посмеялась Кама.
Не повезло ему с Ликой, зато повезло буквально за час с небольшим получить сведения о женихе с невестой. Во-первых, эпизод был редчайший и в обрамлении скандала, естественно, он врезался в память, а во-вторых, имея только скупые анкетные данные, предоставляемые в загсы, человека найти очень просто. Выбор пал на жениха как на наиболее пострадавшую сторону, Артем поехал к нему на работу – в турагентство.
Парень по имени Игорь произвел приятное впечатление, но отпечаток недавнего скандала читался на его пасмурном лице. Для начала Артем показал ему фото Камы и спросил, знаком ли он с этой женщиной.
– Впервые вижу, – ответил Игорь. – Кто она?
– Занимательная личность, о ней позже. Что произошло на бракосочетании?
Игорь предложил выйти покурить, но закурив, не сразу разоткровенничался, да, расстроенная свадьба до сих пор его угнетала. А рассказал немного, но и этого было достаточно, чтобы волосы встали дыбом.
Подходила их очередь, они ждали непосредственно у дверей, за которыми росчерком пера люди добровольно прощаются со свободой. В зале ожидания находились еще две пары со свитами, жаждущие пожениться, а регистрация только началась. Игоря отвлек друг, обсудили ерунду, он даже не запомнил, о чем шла речь, но когда повернулся к невесте, Галочки рядом не было. Мамы с папами загалдели, дескать, куда делась Галка, ведь сейчас их очередь. Подружка невесты ответила, что, скорей всего, в туалет побежала, но в такой нервной атмосфере на нее зашикали, мол, беги за невестой, что она там возится! Не сделала та и нескольких шагов, как все хором облегченно выдохнули: по залу, отражаясь на зеркальном паркете, решительно плыла белая лебедь. Никто и не задумался, почему у нее каменное личико и сведены брови. Невеста подплыла к жениху, в этот момент раскрылись двери и под звуки Мендельсона вышли новоиспеченные муж и жена, настала очередь сочетаться браком Игорю с Галочкой.
И тут произошло нечто! Галка остановила конвейер брачующихся! Все забыли, зачем пришли, включая даму, приглашающую пары в зал бракосочетания! Со всего маху Галочка влепила пощечину жениху, надо ли говорить, где оказались глаза и челюсти у присутствующих? Глаза – на лбу, челюсти – на полу. И тишина наступила, как в бункере Гитлера во время бомбежки советской авиации. А Галочка, срывая надежно прикрепленную к прическе фату, со слезами периодически кидаясь на жениха, которого буквально парализовало, рычала:
«Так ты на мне женишься по расчету? Вот тебе! Катись к своей Ленке! Она там, за дверью прячется, на ней и женись! А мне ты не нужен! Эй, господа, чего вы стоите? Свадьба продолжается, Игорь женится, но не на мне. Всем гуд-бай!»
Ей удалось вырвать из волос фату, она бросила ее к ногам жениха и с гордо поднятым носом убежала.
– Представляете шок? – делился Игорь с Артемом, нервно затягиваясь третьей сигаретой. – Народу полно, морды у всех перекошены – и это у совсем посторонних людей, а что говорить о нашей группе? В общем, мы стали выходить нестройными рядами… А денег сколько выбросили! Ресторан, гостиничный номер для молодоженов, на второй день сняли базу – там уже шла подготовка, путевки на Бали пропали. До сих пор не знаю, что произошло за те пятнадцать минут, о какой Ленке говорила Галка и почему перед регистрацией, а не раньше?
Мотив у него серьезный, да не та порода, не то состояние у Игоря, чтобы совершить самосуд, он более чем подавлен. На этом, конечно, можно было поставить точку и ехать дальше, но личные обстоятельства, связанные с Ликой и такие же идиотские, не позволили Артему пройти мимо, он второй раз показал ему портрет Камы:
– Это и есть Ленка, развалившая твою свадьбу.
– Зачем ей это? Я не знаю эту женщину.
– На самом деле ее зовут Камилла… В общем, стой здесь, я скоро.
Артем сбегал к начальнице Игоря, предупредил, что забирает его для дачи важных показаний, и, вернувшись, велел ему идти с ним…
С одним пунктом Вовчик разделался быстро, позвонил Артему, но тот сказал, что занят, примерно через час подъедет, и напомнил о следующем задании. Однако дела не убегут, а кое-кто может удрать навсегда, поэтому Вовка проявил инициативу и двинул к Софии на разведку. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: Лика оставила здесь свой неизгладимый след, а чтобы оправдать собственный визит, он сказал обычным тоном весельчака:
– Думал, Артем у тебя… Что за настроение? Кто-то обидел? Ты мне скажи, я всех порву на портянки.
– Отстань, Вовка.
София и позы не переменила, сидела, подперев подбородок, только взглянула на него недовольно, дескать, кто это мешает мне наслаждаться тоской-печалью? Он оседлал стул и, отбросив шутливость, принялся выговаривать ей:
– Лика, да? А что, собственно, случилось, чего ты накуксилась? Ну, беременная она, но не факт, что от Артема. Он давно ее бросил, еще до вашего бурного романа.
– Вовка, прости, я хочу побыть одна. Мне надо подумать.
– Ладно, ухожу, – нехотя поднялся он. – Только не руби сплеча. Лика могла переспать с первым встречным, чтобы отравить Артему жизнь, так что не спеши.
Оставшись одна, София уставилась в монитор, но ничего там не видела. Не рабочее состояние у нее было. К счастью, роман почти написан и…
Продолжится так
Венгр ближе подошел к портрету, поводил канделябром, освещая лицо дамы, но то, о чем он сказал немногим ранее, не отражалось на картине.
– Впрочем, – произнес Медьери, – графиня Эржебет не единственная женщина, отличившаяся кровожадностью, две китайские императрицы в свое время истребили множество народа ради забавы, русская помещица Салтыкова…
Марго, полагая, что времени ей отпущено не так уж много из-за гостей, жаждущих видеть хозяина, нетерпеливо перебила:
– Но у графини были особенности в ее жестокости, расскажите о них.
– Жадность, – усмехнулся он, повернувшись к ней. – В извращенном смысле. Эржебет Батори жадна была до крови, мучений, стонов, криков. Ее жертвами становились молодые девицы из крепостных не старше восемнадцати, которые, попав в замок, уже не выходили оттуда никогда. Для каждой жертвы избиралась своя пытка: прачку разглаживали раскаленным утюгом, златошвейку резали ножницами, швею кололи иглами, зашивали рты, обливали на морозе водой, пока девушки не превращались в ледяные статуи, это еще был не предел…
Ознакомительная версия. Доступно 9 страниц из 59
