послания в будущее, когда им с Ясей стукнуло пятнадцать лет. То есть как раз в тот период, когда милую насильно увезли к бабушке в деревню и запретили влюбленным общаться. Каждый день несчастный Ромео начинал с того, что посвящал своей Ярославне пылкие строки, но его письма не доходили до адресата. Юноша не знал, что мать Ярославны велела бабке прятать его письма, и та стояла на страже морали намертво, как египетский сфинкс. Бабка спустя десять лет проболталась (было это накануне свадьбы тети Яси), что «слава богу, избавились от этой чумы Марка благодаря тетке Лидке с почты». Видимо, мафия против юных Ромео и Джульетты работала по всем фронтам. Этого доподлинно уже никто не узнает. Ясно лишь одно – ребят удалось разлучить.
Много лет спустя Марк признался Ярославне, что даже думал от горя покончить с собой, отчетливо понимая, что его слова любви никогда не дойдут до нее. Они все возвращались, и возвращались, и возвращались. Бесконечная череда конвертов. Иногда это случалось быстро, иногда спустя долгие месяцы слез отчаяния и на секунду возникающей надежды. Синие и черные от многочисленных штемпелей и пометок почтальонов, письма грудой копились в его школьном столе. Вскоре ящик перестал выдвигаться вовсе, и мальчик стал складывать их под кровать. Так у Марка постепенно скопилась увесистая пачка из миллиона невысказанных слов и чувств. И тогда парень перестал писать Ясе в Сибирь, а начал писать письма в будущее. В то самое время, где они наконец будут счастливы и где не будет злых людей, пытающихся так жестоко разлучить их. Он ломал голову над тем, как переправить все письма в параллельную реальность. Марк был уверен, что есть тот мир, где он проживает свою жизнь бок о бок с любимой. Надо только туда переместиться, и сделать это можно как раз при помощи капсулы времени. Кострову так запала эта мысль в голову, что он начал конструировать свое будущее в другой вселенной. В другом счастливом мире, где он будет вместе с ненаглядной Ярославной. Для этого надо было придумать способ хранения писем, волос и ногтей. Как ему казалось, именно ногти и волосы должны были сыграть решающую роль в поиске самого себя во времени и пространстве. К тому же он уже учился на археологическом факультете и быстро узнал, что ДНК человека можно восстановить даже по одной волосинке. Однако одной волосинке Марк не доверял – вдруг потеряется во время перехода, поэтому загружал в свои капсулы длинные пряди волос и как минимум пару ногтей. Для надежности. Рассматривая как-то раз муху в янтаре, он осознал, что смола отлично сохраняет все предметы на сотни и даже тысячи лет. Копая разные архивы, молодой человек проделал огромный труд, он анализировал все, что связано с капсулами, и собирал материалы везде, где только мог. Марк искал связь между прошлым и будущим, небольшую лазейку, через которую мог бы решить собственные проблемы. Все говорило о том, что раз люди тысячи лет пишут письма в будущее, значит, должен быть и обратный ответ. Но доказательств тому не было. Хотя традиция закладывать капсулы родилась несколько тысяч лет назад в каком-то там лохматом веке у жителей древнего Шумера. Те ребята первые нащупали связь с будущим и стали закладывать таблички из обожженной глины в фундаменты своих храмов как записки будущим правителям. И с тех пор люди все время отправляли письма, по сути, в никуда. «На деревню дедушке», мало надеясь, что почта дойдет до адресата.
Позже Марк рассказал Ясе, что спустя год после ее отъезда он ночью вскрыл дверь квартиры, где раньше жила ее семья, и нашел немного ее личных вещей, которые можно было бы переправить в будущее – заколку, куклу и пару книжек со стихами. Марк боялся, что в другом мире они могут и не вспомнить все, что между ними было, поэтому подробно подписывал каждый предмет. В результате все они стали похожи на музейные экспонаты со странными подписями. «Эту заколку ты забыла у меня дома», «На этой книге мы гадали в Рождество. См. страницу 157» или «Это твоя любимая кукла, и ты с ней спала до двенадцати лет». Все это молодой человек залил в большой банке, продолбил стену и заколотил фанерой. Видно, это как раз оказалось местом перехода в другое временно́е пространство, потому что ночью дом треснул пополам. Чудом никто не пострадал, жильцов вовремя эвакуировали. Руины дома еще долго мозолили глаза местным жителям, и в какой-то момент Марку стало так жаль своей капсулы, полной милых воспоминаний, которая так бездарно попадет под ковш экскаватора и превратится в бетонную крошку, что он отправился ее искать. Юноша долго бродил среди развалин, с грустью глядя на следы былой жизни, где прошло его детство. Среди бетонных обломков попадались старые игрушки, журналы, куски обоев и листки календарей. Как символ пролетевшего незаметно, будто малая птаха, времени, на одной из стен, среди обрывков обоев, болтались часы с кукушкой. Сама кукушка давно вывалилась из них, да так обреченно и повисла клювом вниз.
Во всем этом было такое грустное дыхание прошлого, которого не вернуть, столь жестокий факт скоротечности времени, что Марк сел на кусок стены с обоями в синий цветочек и заплакал. Ему казалось странным, что, когда он был маленьким и жил в этом доме, все на свете казалось ему вечностью. Время ползло медленно-премедленно, Марк хотел поскорее вырасти, но этот процесс длился годами. Вот теперь он наконец вырос, и что? Оказывается, это вовсе не приносит счастья или утешения.
Парень сидел и грустил в центре квадрата из бетонных блоков, которые смыкались вокруг него, словно лабиринт. И вдруг случилось невероятное. Плита под его ногой треснула, и Костров увидел там блестящую металлическую трубку. Она была полностью герметичной, похожей на яйцевидный крохотный космический корабль. На ней был нарисован кружок с отпечатком пальца. Марк с опаской приложил свой палец к кружочку, и капсула с тихим жужжанием открылась. Там лежало фото, на котором двое старичков, обнявшись, сидели на поваленном дереве на фоне бурной северной реки. Он перевернул снимок и обнаружил сзади надпись:
«Камни – жидкое время. Ищи в них временны́е разломы в будущее. Связь плохая. Все время помехи. Мне нужна твоя помощь.
Доминик».
С этого момента Костров окончательно уверился в том, что связь с будущим существует. Теперь главное – понять, как это
