больше и увесистее. Рецепт власти Марка над временем был на удивление прост. Как правило, он брал необходимые в будущем предметы и заливал их эпоксидной смолой (что, по сути, аналог янтаря), а потом, когда она застывала, закапывал в землю в разных уголках земли. По словам Кострова, пару капсул он даже умудрился подкинуть в гробницу к фараону, которую они нашли где-то далеко на Алтае, еще несколько – в местах захоронений динозавров и мамонтов. Марк считал, что чем древнее место, тем ближе оно к точке координат Х. То есть перемены в этих точках могут случиться максимально быстро. По его подсчетам, переход из прошлого в будущее происходил именно в тех местах, где граница между мирами наиболее тонка. И лишь позже он понял, как ошибался. Существовал лишь один мало-мальски надежный способ, о котором он узнал, будучи уже на грани полного отчаяния и тоски. Помня о том, что его любимую увезли в Сибирь, оказавшись там однажды с экспедицией, Марк закопал последнюю капсулу, на которую еле-еле хватило ее волос и кусочка старой школьной любовной записки. Они тогда с коллегами занимались изучением дольменов и мегалитов. Это такие огромные камни, которые наши предки зачем-то притаскивали в горы и делали из них что-то наподобие домика для гномов. Посредине такого домика всегда была круглая дырка-лаз, похожая на те, что дети проделывают в снежных сугробах. Иногда встречались и совершенно гигантские сооружения для великанов, но реже. В любом случае выглядела вся эта постройка как реальный скворечник из камней. Раньше археологи думали, что в этих скворечниках древние хоронили умерших, но все последующие исследования показали, что это не так. Кое-где и правда попадались людские кости, но в основном в этих постройках находили совершенно не связанные между собой предметы – куски посуды, украшения, хвосты собак и так далее. Короче, на тот момент, когда произошел еще один сеанс связи с будущим, Костров и его друзья только-только подбирались к вопросу изучения дольменов и их появления в Сибири. В первый же поход Марка так впечатлили огромные старые камни, что он, недолго думая, засунул свое письмо в будущее в круглое отверстие дольмена. А про себя подумал – это последний шанс. Больше он никогда не будет искать свою великую любовь в этом мире. Нет так нет. Значит, так и надо. Значит, ему надо навсегда остаться одному и полностью посвятить себя науке. Он в последний раз посмотрел на фото любимой, которое залил в смоле, поцеловал ее и положил в древнее хранилище воспоминаний. И что вы думаете? Они столкнулись в тот же вечер в продуктовом магазине, выбирая синюшных кур на одном прилавке. Ярославна к тому времени уже окончила институт и работала бухгалтером на заводе. Она была так прекрасна, что Марк на минуту ослеп. Оба долго не могли поверить, что это все им не снится, держались за руки и всю ночь рассказывали друг другу о том, что им пришлось пережить.
Тут мы с Киром многозначительно переглянулись, и мне даже на миг показалось, что я, блин, краснею, хотя раньше такой пакости со мной никогда не случалось. Это другие краснели направо и налево от моих слов. А тут тетя Яся будто бы рассказывала про нас, только много лет назад, и все было нам до боли знакомо. Кир поймал мое настроение и под столом сжал мою руку. В общем, чем дальше, тем все у них было сложнее. Красавица Ярославна, до того как столкнулась с Марком над дохлыми курами, собиралась замуж за соседа. Собиралась долго и мучительно. И жених был вроде парень хороший, да и время пришло, но что-то ей словно мешало, как будто невидимая рука сдерживала девушку от опрометчивого решения. Родня Ярославны, помня ее подростковые страсти, мечтала поскорее сплавить красотку замуж и забыть обо всем как страшный сон. Но девушка все ждала, ждала своего Марка. Она не понимала, почему он не отвечает на письма, хотя первое время писала ему каждый божий день. Но парень как в воду канул. Как все влюбленные, Ярославна сходила с ума от тоски – она похудела на пять килограмм и отказывалась выходить из дома. С большим трудом бабке удалось ее убедить, что, дескать, все мужики такие, только обещают хранить верность, а на самом деле сволочи еще те. Как говорили в старину – с глаз долой, из сердца вон.
Встретив наконец свою ненаглядную, Костров понял, что приближается к разгадке. Дольмены! По мере закладки или же выкапывания капсул времени из этих загадочных сооружений жизнь всех, кто к ним имел непосредственное отношение, начинала стремительно меняться. После долгожданной встречи двух влюбленных в магазине жених Ярославны был сразу же забыт, а Яся с Марком подали заявление в загс. Но бедная девушка не успела надеть подвенечное платье, даже дошить его не успела, потому что Марка посадили в тюрьму на двадцать лет за расхищение ценных экспонатов во время раскопок. Много лет спустя выяснилось, что все это – дело рук того самого бывшего жениха тети Яси, который не смог пережить ее измены и «настучал» на археолога в соответствующие органы. Доказательств кражи не нашли, хотя долго пытались приписать ему то берцовую кость фараона, то перстень с рубином. В результате откопали в саркофаге одно из его пламенных посланий в будущее и посчитали это нарушением границ государственной собственности.
Дело было громким и показательным. Об археологе-расхитителе народного имущества писали во всех газетах, а после суда быстренько посадили за решетку. На прощание Марк сказал Ярославне, что все это его вина – он ошибся в расчетах, и реальность изменилась не так, как он планировал. Поэтому велел Ясе забыть его навсегда, мол, в следующей жизни все точно наладится.
– Это не сильно мне помогло. Я имею в виду его байки про лучшую жизнь через тысячу лет, – сказала тетя Яся. – Он разбил мое сердце вдребезги. Никогда не забуду, как я, рыдая, бежала по перрону за поездом, который увозил его далеко-далеко на Север. Что мне было до других вселенных, если в этой второй раз в жизни меня размазывало горем вслед уходящим за горизонт рельсам. И я дала себе слово забыть его, понимая, что больше не смогу пережить ничего подобного. Через два года я вышла замуж за другого. Ну а дальше, ребята, ничего для вас интересного. Я прожила с другим мужчиной пятнадцать лет, а потом меня снова разыскал Костров. Мы стали с ним… э… как бы это сказать…
– Любовники? – быстро спросила я.
Тетя Яся явно занервничала от этого слова.
