Ознакомительная версия. Доступно 9 страниц из 57
Алевтина Ивановна проглотила комок, застрявший у нее в горле, и чужим голосом ответила:
– У Николая Сергеевича много приятелей. Это не значит, что я должна их всех знать.
С ее стороны это была ошибка. Я еще раз убедилась, что в области конспирации Алевтина Ивановна абсолютно наивна. Хотя, как часто случается с наивными, простоватыми людьми, она, видимо, полагала себя женщиной необычайно смекалистой, которую на мякине не проведешь. И ей наверняка не приходило в голову, что ее секреты шиты белыми нитками. Я решила намекнуть ей об этом.
– А я вот познакомилась с этим заведующим. Очень приятный мужчина, – задушевным тоном поведала я. – Только вы не подумайте, это было еще до того, как вы отказались от расследования. Больше я этим делом не занимаюсь. Просто в первый раз Николай Сергеевич назвал мне несколько фамилий – тех, кто мог знать о существовании пропавших марок, и я постаралась сразу с ним увидеться.
Алевтина Ивановна сверкнула исподлобья глазами и, не удержавшись, спросила:
– Зачем вы с ними встречались?
Несмотря на все ее старания, тон выдавал жгучую заинтересованность.
– Понимаете, по всему выходит, что кто-то из названных вашим мужем людей причастен к преступлению, – простодушно поведала я. – Но мне подозрительнее всех показался как раз психиатр. Если бы вы не отказались от расследования…
– Что за чушь! – резко перебила меня Кормильцева. – При чем здесь Еманов?
Она даже не заметила, как проговорилась.
– Вы, кажется, говорили, что не знаете этого человека, – напомнила я.
У Алевтины Ивановны побагровело лицо. Вообще она краснела так часто, что я заподозрила у нее проблемы климактерического свойства.
– Я и не сказала, что знаю его! – сердито выкрикнула она. – Но мне, конечно, известна его фамилия.
– Если вам известна лишь фамилия, откуда такая уверенность, что Еманов ни при чем? – возразила я.
Алевтина Ивановна дернулась, словно ее ударило током, и, задыхаясь, прошептала:
– Немедленно остановите машину, слышите… Я не позволю так с собой разговаривать! Вам уже было объявлено, что в ваших услугах не нуждаются. Но вас будто заклинило… Остановитесь же!
Я подъехала к тротуару. Алевтина Ивановна резко распахнула дверцу и пулей вылетела из машины. Не оглядываясь, она буквально бросилась прочь, сердито топая каблуками. М-да… Если Кормильцева действительно причастна к ограблению собственного мужа, то, надо сказать, преступником она оказалась никудышным – совершенно не умела контролировать эмоции.
Я захлопнула дверцу и внимательно проследила в зеркало заднего вида за передвижением Алевтины Ивановны. Как я и ожидала, поступила она прямолинейно и банально – перешла улицу и стала ждать автобуса, идущего в обратную сторону. Наверняка намеревалась вернуться в больницу и поделиться информацией с Емановым. Мои откровения, без сомнения, поразили ее. Она не предполагала, что Еманов с самого начала понял, что я его подозреваю. Видимо, он не поделился с ней своими наблюдениями, предпочитая решать вопросы в одиночку.
Я представила, каким сюрпризом будет для него повторное появление охваченной паникой Кормильцевой, и удовлетворенно потерла руки. Смятение в рядах противника всегда идет на пользу дела. Как бы ни был умен Еманов, но рядом с этой дурой он будет чувствовать себя неуверенно и неизбежно делать ошибки.
В то, что преступники обнародуют компромат на Кормильцева, я уже не верила. Для Еманова это не слишком выгодно, а если Алевтина Ивановна – его сообщница, то невыгодно вдвойне. Утопив Кормильцева, он потонет сам. Ему гораздо выгоднее просто пугать Николая Сергеевича, подавляя его волю к сопротивлению.
Зато мое сегодняшнее появление в районе психбольницы насторожит его и заставит предпринять дополнительные меры, чтобы как-то нейтрализовать меня. Но этим он только прибавит улик против себя. Во всяком случае, я на это надеялась.
В редакцию я вернулась в хорошем настроении и, собрав сотрудников, доложила о результатах своего вояжа. Мы все несколько раз прослушали магнитофонную запись в надежде обнаружить информацию, ускользнувшую от внимания Александра, но он оказался точен в своем изложении, и нам пришлось удовлетвориться тем малым, что он заметил. Зато все сошлись во мнении, что Алевтина Ивановна в чем-то явно замешана и что за ней стоит последить.
Было решено, что днем у цветочного магазина будет дежурить Ромка, а вечером его сменит Виктор. Дальнейшие действия предполагалось корректировать в соответствии с обстоятельствами. У меня возникло предчувствие, что уже завтрашний день преподнесет нам сюрприз.
Как выяснилось наутро из доклада Виктора, Алевтина Ивановна вернулась домой довольно поздно и, по утверждению нашего фотографа, немного навеселе. Впрочем, из его слов явствовало, что это «навеселе» нельзя было понимать в прямом смысле. Просто, как он выразился, Алевтина Ивановна выглядела какой-то квелой и у нее слегка заплетались ноги. Попав домой, она больше никуда не выходила, и, судя по тому, что вскоре в квартире Кормильцевых погас свет, супруги рано улеглись спать.
Утром к цветочному магазину отправился Ромка, который должен был следить за возможными перемещениями Алевтины Ивановны, а мы занялись очередным номером газеты, на время выбросив из головы заботы супругов Кормильцевых. Загадки загадками, а газета должна выходить в срок.
До полудня все было спокойно. От Ромки никаких сообщений не поступало, и я предложила Виктору съездить подменить его, чтобы наш курьер мог пообедать. Виктор уехал, а Маринка заметила, что нам всем тоже не помешает перекусить. Начались приготовления к обеду, но тут позвонил Александр.
– Привет! – сказал он. – Как жизнь? Ты еще не остыла к проблеме электронного гипноза?
– Ну что ты! – возразила я. – Просто жажду познакомиться с ней поближе.
– Ну, слава богу. А то я уж подумал, что теперь ты увлеклась магнитофонами, миниатюрными камерами и прочими штучками, – засмеялся Александр.
– Я занимаюсь всем понемногу, – откликнулась я ему в тон. – Но ты, похоже, что-то узнал. Тогда выкладывай, не мучь меня!
Александр удовлетворенно хихикнул и уже серьезным голосом продолжал:
– Значит, слушай внимательно. На Трубной улице есть НИИ промышленной гигиены. Такое массивное здание с мраморной облицовкой. Собственно институт занимает теперь только один этаж, все остальные помещения сдаются в аренду. Найди в институте Георгия Савельевича Тишинского. Он раньше заведовал отделом, который занимался психологической и медицинской реабилитацией. В этом отделе среди всего прочего разрабатывались методы физиотерапевтической реабилитации работников вредных и тяжелых производств. И как будто кто-то из сотрудников параллельно занимался чем-то таким, что тебя интересует. Тишинский тебе все подробно расскажет, я с ним договорился. Только сразу предупреждаю – будь с ним построже. Он ужасный бабник. Увидев тебя, начнет говорить о чем угодно, только не о деле. Запудрит мозги так, что забудешь, зачем пришла. Поэтому сразу бери инициативу в свои руки. В принципе он хороший, толковый парень, но когда видит красивую бабу, у него едет крыша.
– Интересно, куда при этом смотрят психиатры? – с шутливым гневом произнесла я. – Город полон опасных психов, а никто даже не чешется! Куда писать жалобу?
– В Москву, в министерство, – с готовностью откликнулся Александр. – Там есть такая большая корзина, куда попадают жалобы со всех концов света. Когда она переполняется, назначают нового министра и ставят новую корзину… Кстати, о психах. Твоя пышечка в голубом плаще… Помнишь такую?
– Ну-ну, – в нетерпении выкрикнула я, – конечно, помню!
– Так вот, примерно через полчаса после того, как ты ушла, она появилась снова. Я случайно увидел в окно, как она мчится сломя голову в корпус к Еманову. Мне стало любопытно данное явление, и я решил разузнать, что оно значит. Видишь, твоя порочная склонность следить за людьми оказалась очень заразной. Даже я не устоял.
– И что же дальше? – завопила я. – Что было дальше?
– Она ворвалась в кабинет к Еманову и закатила настоящую истерику. В чем суть, я не понял, потому что находился в коридоре. В чем-то она его упрекала, но все было так невразумительно… Кончилось дело тем, что Еманов вкатил ей лошадиную дозу транквилизатора и временно поместил в свободную палату. Мне он смущенно объяснил, что это жена его приятеля и у них не ладится семейная жизнь. В конце рабочего дня он увез женщину на своем автомобиле. Она уже не шумела и двигалась, как манекен. Думаю, он накачал ее успокаивающим на двое суток вперед. Вот такая история.
– Ты становишься наблюдательным, – похвалила я. – Если прибавишь инициативы, я, пожалуй, смогу взять тебя к себе в штат. Сейчас весь мир сошел с ума, и нелишне иметь под рукой собственного психиатра.
– Спасибо, я подумаю над твоим предложением, – сказал Александр. – Боюсь только, что, приняв его, я перейду из психиатров в разряд пациентов…
Ознакомительная версия. Доступно 9 страниц из 57
