на груди.
— Нет никакой подставы. Я п-просто хочу тебе помочь выжить, — он бросает взгляд куда-то позади меня.
Я оборачиваюсь и вижу блюдо, на котором лежат несколько больших красных яблок. Купила вчера на местном рынке. Знала ведь, что сегодня Дым прилетит.
Глупая.
Ему плевать, а я всё равно неосознанно пытаюсь проявлять заботу.
Дым тянется ко мне… нет. Он тянется за яблоком. Взвешивает его в кулаке, а затем вгрызается в сочную мякоть. Звук хруста яблока еще никогда не звучал для меня так аппетитно.
Смаргиваю и обхожу Дыма.
— Можешь поселиться в спальне в конце коридора, — сообщаю.
Веду себя не как стерва. Нет. Силёнок не хватает, а как самая настоящая деловая колбаса. Блин. Командую тут так, будто этот дом мне принадлежит.
— Алмаз, п-пойдем завтра в городе поужинаем, ага?
Я замираю на полпути. Мне послышалось? Да, определенно. Потому что Дым не умеет говорить таким вот почти беззаботным тоном.
Оборачиваюсь.
Он выжидательно смотрит на меня и откусывает еще один кусок яблока.
— Зачем?
— Мы в другой стране. Давай хоть на день забудем, кто мы на самом деле и просто, — пожимает плечами. — Проведем хотя бы один гребаный день по нормальному.
По нормальному… Я уже и забыла, что это слово значит.
— А давай, — тут же соглашаюсь и мысленно списываю эту спешку на вино.
Мы оба сегодня чу-уть-чуть пьяные.
Глава XXXIV
Итак, сегодня я забываю о том, кто я такая и кто такой Дым.
Он же вчера именно об этом говорил, правильно?
Как ни странно, но его идея мне нравится. Даже слишком. Она в какой-то степени… освобождает. Пусть всего лишь на один вечер, но я не буду думать о всём том дерьме, что творится в моей жизни. Не буду ни Ярой, ни Славой, ни Ясей. Я буду просто… Алмазом. А Дым… Пусть Дым сегодня побудет Стасом.
Это глупо. Это по-детски и, возможно, излишне романтично. А почему бы и нет?
Я злюсь на Дыма. Меня обидел Дым, а не Стас, который бросился защищать мою жизнь.
Поправив бретельку на белом сарафане с завязкой на груди, я еще раз взбиваю ладонью свои волосы. Хочу оставить их распущенными. Наношу горошинку кремовых румян на щеки и быстро растушёвываю ее, чтобы придать лицу свежести.
Когда я выхожу в гостиную, Стас уже сидит на диване и что-то активно листает в своем смарте. Сегодня он весь день был в нем. Сначала долго разговаривал с Зимой, затем с Бармалеем (он наконец-то стал отцом), затем еще с кем-то. Я старалась на этом не зацикливаться и заниматься своей работой, которую никто не отменял.
— Ну как? — интересуюсь и нарочно неторопливо кружусь вокруг своей оси, давая возможность хорошенько себя рассмотреть со всех сторон. — Нравится?
Останавливаюсь и смотрю на Стаса. Он даже не пытается шифроваться. Рассматривает внимательно и почти не моргает.
Раз уж мы сегодня не совсем мы, я позволяю себе подумать, что Стасу безумно нравится то, как я выгляжу. И, возможно, даже он бы хотел прикоснуться, например, к моим волосам, пропустить сквозь свои пальцы мои пряди, вдохнуть их аромат.
Думая об этом, я вдруг ощущаю жар, который прокатывается от солнечного сплетения куда-то в самый низ живота.
Нет. Это уже явный перебор. Нельзя так сильно увлекаться сегодняшним легальным обманом.
— П-пиздец как, — отвечает Стас и не глядя на смарт, блокирует экран.
Я не отказываю себе в довольной и, наверное, самую каплю наглой улыбке.
Так-то. Один-ноль в мою пользу.
Мы выходим на улицу. Стас садится за руль, а я устраиваюсь рядом. Не могу удержаться и прохожусь взглядом по его обнаженным предплечьям. Стас тоже решил немного приодеться: белая рубашка и простые черные джинсы. Рукава собраны на локтях, поэтому мне хорошо видны его татуировки.
Объективно у Стаса красивые руки. По-мужски красивые. В таких непременно захочет оказаться любая девушка. Чтобы эти руки не просто обняли, но и… приласкали.
Свожу свои колени вместе и опускаю на них маленькую сумочку.
Дым молча включает радио, и мы неторопливо катимся вниз по склонам Барселоны.
Уже потихоньку вечереет. Я испытываю сладкое предвкушение. Сказать, что я балована свиданиями — не могу. С Дэном толком и не успела распробовать, что это вообще такое.
У нас происходит всё красиво и непринужденно. Стас забронировал столик в ресторане с видом на море. Мы неторопливо выбираем блюда. Они здесь все из морепродуктов. Ветра почти нет. Где-то вдалеке играет непринужденная веселая мелодия, которая сплетается со звонким смехом других гостей ресторана и криками чаек.
Был вариант сесть внутри, но я рада, что наш столик находится снаружи.
Улыбчивый немолодой официант забирает наше меню и, кажется, говорит мне комплимент. Я не знаю каталанский, но его мимика и жесты указывают на то, что я мыслю в правильном направлении.
Мое настроение медленно, но уверенно ползет вверх. То ли всё дело в климате, то ли в обстановке, но я чувствую себя просто замечательно. Давно такого со мной не случалось.
Несколько секунд смотрю на море, а затем перевожу взгляд на Стаса. Он проводит ладонью по своим слегка волнистым волосам и откидывается на спинку стула.
Невольно вспоминаю наше знакомство и все те обстоятельства, что ему сопутствовали. Прошло не так уж и много времени, а такое ощущение, будто это случилось в прошлой жизни.
Гоню от себя прочь призраков своей почти прошлой жизни. Мы же здесь не ради них сидим, верно?
— Итак, — начинаю деловым тоном и в упор смотрю на Стаса. — О чем поговорим?
Он слегка выгибает одну бровь.
— Ну не будем же мы весь вечер молчать, правда? Иначе зачем в ресторан приглашал?
— Чтобы поесть.
— Значит то, как я готовлю тебе не нравится?
— Нравится.
Его ответ слегка щекочет мое самолюбие.
— Ладно. Я начну. Что это у тебя за татуировки?
— Обычные.
— И что? Совсем ничего не значат?
— Я их лет в двадцать набил. На спор.
— Ого! — не сдерживаю своего удивления. — А на что спор был?
— Уже и не помню. Фигня какая-то.
— А почему не свёл?
— Ну п-проиграл же. Всё по-честному, — Стас еще выше подтягивает рукава и демонстрирует мне свои предплечья.
— Красивые, — отмечаю. — В смысле татуировки, — неловко ёрзаю на своем месте, ощущая двузначность своего комплимента.
Стас ничего на это не отвечает, только улыбается. С хитринкой, спрятанной в изломе правого уголка рта. Мне вдруг отчаянно хочется ее попробовать на вкус. Провести кончиком языка, а затем перехватить губами.
Если бы наше знакомство началось вот так, то сейчас мы непременно
