Тело, раскрывающее правду. Судмедэксперт против таинственного серийного убийцы - Мэри Кэссиди

– Ну, первое сообщение пришло сразу после моей встречи с бывшим парнем Рейчел.

– Кайлом?

Терри кивнула:

– Тот, кто только что на нас напал, очень высокий, как и Кайл.

– Думаю, это вряд ли был он, но я постараюсь снова вызвать его на допрос.

– Было бы неплохо, – сказала Терри. – Могу я спросить тебя кое о чем, Джон?

– Валяй. Только учти, что я ослаб от потери крови, поэтому все, что я скажу, может быть не очень правдивым.

Она улыбнулась.

– Ты говорил, Синнот предупреждал тебя, что отношения со мной могут повлиять на твою карьеру.

– Да, было дело.

– И ты, если я не ошибаюсь, коп голубых кровей, который не намерен кардинально менять карьеру в ближайшее время.

– Ты не ошибаешься.

– Так почему же ты, учитывая все это, соглашаешься помочь мне, когда тебе ясно сказали держаться от меня подальше?

Фрейзер сделал глоток. Терри почувствовала, как что-то опустилось у нее в животе, когда он повернулся к ней:

– Терри, мне кажется, это совершенно очевидно. Ты мне нравишься.

– Я вроде как знаю об этом, да.

– Скажем так, я вижу, насколько ты погружена в это дело, и не хочу, чтобы ты пострадала. – Фрейзер улыбнулся и нежно дотронулся до пластыря на ее виске. – Не очень-то хорошо у меня получается защитить тебя, да?

– Думаю, мы оба знаем, что все могло бы быть гораздо хуже, если бы тебя там не было.

– Я был бы мертв, если бы ты не ударила этого ублюдка веткой дерева! Давай сойдемся на том, что мы спасли друг друга.

– Это из какого-то фильма? – спросила Терри.

– Черт возьми, я не знаю, – сказал он и наклонился, чтобы поцеловать ее.

48

Волна ревности обрушилась на него, словно кувалда, когда она приехала домой вместе с детективом. Ему хотелось выбить дверь и размозжить тому череп голыми руками.

Он представлял, как она наблюдает за ним, оцепенев от полной силы его страсти. Увидев его в деле, она, возможно, даже добровольно пойдет с ним, поняв, что сама судьба свела их друг с другом.

Он видел, как закрылась входная дверь ее дома, и знал, что через двадцать две секунды в окне на третьем этаже загорится свет.

Они с детективом, казалось, чувствовали себя непринужденно в обществе друг друга. Он был уверен, что, по крайней мере, для нее это было лишь прикрытием, чтобы внушить детективу ложное чувство безопасности. Зачем такой женщине, как судмедэксперт, вообще проводить время с таким болваном? Разве что ей от него что-то нужно.

Она, должно быть, морочила ему голову.

От этой мысли ему стало немного легче.

Свет зажегся, словно по команде, и она появилась перед окном, на мгновение скрестив руки и задернув шторы. Он почувствовал прилив желания. Когда это наконец случится, он планирует продлить удовольствие.

В конце концов он прикончит ее своей фирменной комбинацией ножа и удушения, а затем поместит грибные споры в укромные места.

Но у него было для нее нечто особенное. Это будет трофейное убийство. Он украдет ее сердце, как она украла его.

И все будут удивляться, почему это убийство так отличается от других.

Они никогда не поймут, что это было актом любви. Песнью любви, написанной кровью, костями, болью и товариществом.

Это будет его лучшая работа.

Нужно только подождать.

49

На следующее утро Терри проснулась с пульсирующей головной болью. Она перевернулась на другой бок и увидела, что Фрейзер все еще на ее диване. Он беспокойно спал, похрапывая. Пришлось признать, что неприятным был звук, но не вид.

Терри не была романтиком по натуре и предпочитала смотреть на мир через призму здравого смысла и опыта. Первый подсказывал, что бросаться в отношения с коллегой, особенно стремительно взбирающимся по карьерной лестнице старшим детективом, было не вполне разумно. Все-таки в городе она была новенькой, и другие детективы могли относиться к ней настороженно. Что еще хуже, некоторые из них могли попытаться занять ее место.

Терри слишком хорошо знала, что для женщин в ее профессиональной сфере быть равными – это не то же самое, что восприниматься по-настоящему равными. Неандертальское мышление не ушло, а спряталось в подполье, где процветало среди громкоголосого меньшинства в барах и раздевалках.

Терри знала об этом и изо всех сил старалась сохранять профессионализм на работе. Холодная отстраненность была нормой.

Опыт показывал ей, что среди судмедэкспертов разводы – частое явление, и она знала, что у Фрейзера за спиной уже был развод. Работа полностью поглощала ее и не отпускала даже в дни рождения, знаменательные даты или отпуска. Нужен был особый партнер, который бы с этим мирился. Кто-то должен был уступать, и именно по этой причине отношения с сотрудниками правоохранительных органов были обречены на плохой конец. Сотрудники полиции, особенно такие карьеристы, как судмедэксперты, были сосредоточены только на одном – своей работе. В итоге это всегда приводило к напряжению в отношениях. Двое берущих, ни одного дающего.

Терри понимала все это, но, когда проснулась и увидела Джона Фрейзера, лежащего рядом, ей было настолько приятно, что она не могла поступить мудро и покончить с этим. Ей нравился Фрейзер, она определенно испытывала к нему влечение разумом и телом, и она не могла не признать, что они прекрасно ладили. Терри не стремилась к браку и даже не была уверена, что хочет постоянного партнера.

Пока ей нравилось, что их отношения идут своим чередом, и хотелось посмотреть, что из этого выйдет. Фрейзер не был похож на других полицейских, с которыми она сталкивалась. Он был таким же жестким и, очевидно, чертовски хорошим детективом, но при этом был довольно тихим, вдумчивым и, что самое важное, уважительным. Она знала, что он никогда не станет хвастаться их отношениями и не поставит ее в положение, которое могло бы негативно сказаться на ее карьере.

Джон пошевелился, приоткрыл один глаз и сонно улыбнулся.

– Который час? – спросил он.

– Начало восьмого.

Садясь, он поморщился и приложил руку к повязке:

– Мы должны быть в кабинете Синнота в 08:30. Можно воспользоваться твоим душем?

– Мы могли бы сэкономить время, если бы приняли его вместе.

– И воду тоже! – согласился Фрейзер с наигранной серьезностью. – Это хорошо для окружающей среды.

У них осталось достаточно времени для завтрака.

– Вижу, не у меня одного есть секреты, – сказал Фрейзер. Они сидели за маленьким кухонным столом, и на заднем плане тихо играло радио.

– О чем ты?

– Ты из тех чудаков, которые намазывают «Мармайт» на тосты.

– Я люблю «Мармайт».

– В таком случае я не знаю,