случае последствия оказались более глубокими: она ничего не помнит ни о своем прошлом, ни о том, что с ней произошло до того, как я обнаружил ее в сарае.
Его слова ошеломили Алексиса.
– Она не помнит даже собственную мать?
– Ни мать, ни вас, ни кого-либо еще, – подтвердил Матиас. – Иначе мы, разумеется, связались бы с кем-нибудь из вас. – Он откашлялся. – Сначала я подумал, что девочка прибыла из лагеря Мастоя. Но позже увидел, что у нее не было…
– Шрама от вживления чипа на руке… – прошептал потрясенный Алексис.
Матиас кивнул.
– …и красного рюкзака, – добавил Алексис, вспомнив о куче рюкзаков в сарае старика Сенешаля.
– Нет, рюкзак был, – ответил Матиас, – но в нем не было ни документов, ни бумажника – только пластиковая бутылка с водой, кукла и смартфон. В горах телефон почти не ловит сигнал, поэтому она не могла позвать на помощь. В любом случае телефон был разряжен и сильно поврежден.
– Чтобы подзарядить телефон и поймать сигнал, не требуются годы. – В голосе Алексиса сквозило непонимание.
Матиас встал из-за стола и подошел к окну. Дождь по-прежнему стучал по стеклу.
– Это я и сделал в первый же день. Пока Оливия спала, я разблокировал телефон с помощью ее отпечатка пальца. Поскольку гаджет был в ужасном состоянии, я решил перенести его содержимое на компьютер, а не копаться в нем, учитывая, что он мог сдохнуть в любую минуту. Я начал с видео, так как подумал, что девчушка могла в случае опасности записать сообщение. Как я и предполагал, телефон почти сразу испустил дух, но последние видео все-таки удалось перенести. Судя по содержанию, она пережила настоящий кошмар до того, как попала сюда. – Матиас обернулся к нему с мрачным видом. – Знаете, в горах идет торговля…
– Мигрантами и проститутками, – со вздохом произнес Алексис.
– Кровью, – поправил его Матиас.
Глава семьдесят четвертая
На кухонном столе была разложена топографическая карта, тарелки с остатками еды отодвинуты в сторону. Мужчины склонились над картой местности.
Матиас ткнул пальцем в Черное озеро:
– На видео белый пикап у озера и мужчина, который волочит по берегу тело. Затем он привязывает к нему для утяжеления бетонные блоки и топит его в озере. Сцена длится не менее десяти минут. Малышке потребовалось изрядное мужество, чтобы осмелиться снимать так долго.
Алексис внимательно слушал его, нахмурившись.
– Водителя нетрудно узнать – это помощник одного влиятельного местного бизнесмена.
– Стига Шелхера из «Лайфлонг Фармы»! – выпалил Алексис.
– Для скорбящего отца вы, кажется, неплохо осведомлены.
– И вы тоже – для горного отшельника!
– Врач, у которой живет ваша дочь, бывшая жена Шелхера и мать его сына.
Алексис кивнул. Разрозненные фрагменты пазла соединились воедино.
Он думал об исчезнувшем Орельене, о Сенешале и жандарме. Смертоносная интрига, в центре которой было Черное озеро, куда сбрасывали трупы. «Лайфлонг Фарма» в тандеме с «Нисиас Ассистанс», частным охранным предприятием.
«Белый пикап и логотип в виде древнегреческого шлема… У лаборатории есть свои исполнители грязных дел. И один из них стрелял в тебя вчера».
– Теперь понятно, при чем здесь кровь, – сказал Алексис. – Вы намекаете на эликсир молодости. Но разве это не давняя история?
– Ничего подобного, – ответил Матиас. – Как раз наоборот!
– Могу я взглянуть на то самое видео?
– Оно надежно спрятано.
Ответ не удовлетворил Алексиса.
– Ерунда какая-то: власти годами уверяли нас, что моя дочь погибла в ДТП. Это заговор, что ли?
Матиас изумился:
– О чем вы говорите? Я нашел вашу дочь в моем сарае, а не на месте катастрофы. Знаете, я хорошо помню ту аварию. Все сгорело, никто не выжил.
– Вот к какому выводу я пришел: Оливия не садилась в этот автобус. Но тогда непонятно, каким образом туда попали ее документы.
– Она могла их потерять, или ее обворовали.
– В молодежном хостеле?
Матиас покачал головой:
– Сенешаль принимал мигрантов, это не секрет. Но в горах есть также заброшенные фермы, так что тут не угадаешь. Мигранты прячутся где могут, им надо как-то выживать, поэтому они хватают все, что попадается под руку.
– А как они оказались в сгоревшем автобусе?
– Автобус принадлежал компании, которая обслуживала единственную автомобильную дорогу, соединяющую франко-испанскую границу с Тулузой. Все знали, что водители не слишком обременяли себя проверкой паспортов и не упускали возможности срубить лишние деньги… Автобус упал в ущелье, не доехав до остановки в Сент-Альбане. Могу предположить, что документы вашей дочери были украдены раньше, возможно, на испанской территории…
– Ферма братьев Санчес… Она ведь находится с испанской стороны? Моя дочь провела там ночь с группой молодежи.
– Все понятно. Именно туда приезжали за мигрантами проводники. Последняя остановка автобуса перед границей находится на дороге, расположенной ниже. Какая-нибудь женщина могла утащить ее документы – еще один шанс до конца поездки… Ну, если бы она не закончилась падением в ущелье.
* * *
Висевший в небе облачный покров разорвался, появились первые звезды.
Ступая по влажной траве, они подошли к постройке, в которой находился электрогенератор. Матиас отпер дверь, вошел внутрь и взял со стола телефон, присоединенный к зарядной станции. Поймав вопросительный взгляд Алексиса, он пояснил:
– Это спутниковый телефон. На самом-то деле метеостанция продолжает работать, хоть дни ее и сочтены. Я должен оставаться на связи.
Алексис не смог совладать с гневом:
– И вы только сейчас мне об этом говорите? Я же сказал вам, что моя жена в опасности!
Матиас пожал плечами:
– Во-первых, у вас была возможность позвонить, пусть и мизерная, когда включился ваш телефон, во-вторых, мне нужно было знать, с кем я имею дело. Хочу напомнить вам, что вы разгуливали с ружьем по горам. Я решил, что вы один из этих охотников, которые отлавливают нелегалов для «Лайфлонг Фармы».
Алексис кивком указал на телефон, и Матиас набрал номер жандармерии в Сент-Альбане.
Автоответчик.
Тогда он позвонил в службу экстренной помощи в Фуа, но не успел толком ничего объяснить, как Алексис выхватил у него из рук гаджет и нажал на кнопку отбоя.
– Что вы делаете? – возмутился Матиас.
– Фуа находится более чем в часе езды отсюда, пока мы объясним им, что произошло, пока они доберутся до хостела, пройдет много времени. Лучше я сам туда отправлюсь.
– А как же парень, который в вас стрелял? Что вы будете делать, если вы столкнетесь с ним?
– Что-нибудь придумаю.
– Хорошо, – проворчал Матиас, – но с больной ногой вам придется непросто при спуске в ущелье. Не говоря уже о скользких после дождя камнях. На дорогу у вас уйдет больше часа, это как минимум.
– Может, есть какой-нибудь короткий
