которая знала, как и что я люблю. Она не трахала мне мозг и не устраивала никогда истерик. У нее красивая внешность. Дурой назвать я ее тоже могу. Что еще нужно? Живи да радуйся.
Только вот когда трахаешь одну, а думаешь о другой, понимаешь, что всё-таки что-то да нужно. Эмоции? Взаимная симпатия? Хер его знает. Наверное, всего и как можно больше.
У нас с Алмазом всё пиздец как сложно. По большей степени из-за меня. Я реально пока не понимаю, куда нам двигаться дальше и как правильно развивать наши… отношения?
Несколько раз повторяю это слово у себя в голове, будто пробую каждую его букву, привыкаю к нему. Серьезных отношений я хотел только с Соней. Ни с какой другой женщиной. Кто бы мог подумать, что это желание снова у меня возникнет, только уже по отношению к ее сестре?
Сейчас главное — пережить всё то дерьмо, что так «заботливо» устроил Алмазов. А дальше видно будет.
Поднимаюсь с кровати и чувствую, как у меня ноет член. От возбуждения и нашего с Ярой секса. Я старался быть максимально внимательным к ней, еле сдерживался, чтобы не сорваться и просто не оттрахать ее до сорванного в хлам голоса — так сильно хотел. Новость о том, что Яра еще была девственницей, меня неслабо удивила, потому что она реально красивая и сексуальная девчонка. С характером — да. Но неужели не один здоровый мужик не захотел сделать ее своей женщиной?
Что-то мне подсказывает, что это она не захотела.
Ухожу в ванную, чтобы по-быстрому принять душ и немного остыть. Вряд ли в ближайшие дни мы сможем снова всё повторить. Алмазу явно понадобится немного времени, чтобы восстановиться.
После душа я чувствую себя не просто бодрым, но и пиздец каким счастливым. Когда у меня в последний раз было такое настроение уже толком и не припомню. Чтобы по-настоящему, а не просто, чтобы не пугать своей хмурой рожей окружающих.
Одеваюсь и спускаюсь на первый этаж в поисках Яры.
Слышу ее голос. Он доносится со стороны кухни. Она с кем-то разговаривает. И судя по ответам, что я слышу, не по телефону.
Стараюсь сильно не шуметь и осторожно открываю двери. Картина меня, мягко говоря, удивляет.
Яра сидит за обеденным столом, поджав одну ногу под себя. Я вижу ее стройные чуть смуглые ножки и белую полоску кружевного белого нижнего белья. Сверху она одета в белую рубашку и черный женский пиджак. Волосы собраны в пучок на макушке. В пальцах она вертит карандаш и внимательно слушает какого-то мужика, который рассказывает что-то о рекламе каких-то спортивных лосин.
Яра активно кивает, дает пояснения и иногда покусывает кончик карандаша. Если бы не ее эти трусы, которые видеть сейчас могу только я, а не тот мужик с ноута, она вполне могла сойти за какую-нибудь начинающую бизнес-леди.
Это слишком. Мать его. Сексуально.
— Да. Я всё поняла, Наиль. Обязательно внесу правки и пришлю на почту уже готовый материал.
Какой еще нахер Наиль?
— Еще раз, большое спасибо за доверие. Для меня этот рекламный проект многое значит.
Яра миленько прощается с хер-пойми-каким-Наилем и закрывает крышку ноута.
— Кто такой Наиль? — озвучиваю вопрос, который наждаком проходится по моему языку.
Это совсем не ревность. Просто внезапно возникшее любопытство. Наверное, передалось мне от Яры воздушно-капельным путем.
— Заказчик. Считай, еще один босс. Я для его компании новую рекламу делаю. Сегодня вот созвонились. Нужно было выглядеть прилично. Успела, правда, только на половину, — Яра вытягивает свою обнаженную ногу и поигрывает пальцами.
— П-понятно, — я, стараясь так открыто не пялиться на нее, подхожу к кофемашине и беру чистую чашку.
Некоторое время мы просто молчим. Я делаю себе кофе, а Яра роется в холодильнике и достает оттуда овощи. Пытаюсь быть порядочным Стасом (хорошие девочки таких ведь любят, правильно?) и не таращиться на ее округлую красивую задницу. На фоне узкой белой полоски нижнего белья ее кожа кажется еще более загорелой. Во мне зудит дикое желание впиться зубами в эту маленькую ягодицу. Оставить яркий след от зубов, как если бы я захотел откусить сочный кусок от спелого сладкого яблока с налитым красным боком.
После того, как мы пересекли черту я не могу избавиться от пошлых и откровенно грязных мыслей.
Я. Хочу. Эту девушку.
И я не врал Яре, когда говорил, что она не выходит из моей башки. Думал, что она застряла там, когда хотела меня защитить. Но сейчас понимаю, что это случилось еще в нашу первую встречу. Маленькая наглая стерва, которая заявилась в свадебном платье качать мне права.
Сбросив пиджак, Яра закатывает рукава и встает у столешницы, чтобы нарезать овощи. Вжав стопу во внутреннюю часть бедра, она разрезает вдоль огурец и что-то тихо мычит себе под нос. Какую-то мелодию.
До нее у меня не было опыта с девственницами. Я понятия не имею, как они должны себя вести после своего первого секса. Но Яра ведет себя как обычно. Будто ничего вчера и не было.
Мой взгляд всё липнет и липнет к ней.
Хочу распустить ее волосы. Сам даже подумать не мог, что когда-то поеду крышей на женских волосах. Это даже звучит странно и совсем нездорово. Но они мне пиздецки нравятся. Причем только волосы Яры. Больше ничьи.
Моей выдержки надолго не хватает.
Одно дело — фантазировать. Другое — когда всё происходит в реале.
Я до последнего думал, что мне может не понравится. Но понравилось. Да так, что меня внутри сейчас всего рвет от желания хотя бы просто потрогать ее нежную кожу и пропустить сквозь пальцы густые блестящие пряди.
О кофе забываю. Подхожу к Яре сзади и хочу обнять. Сначала обнять, а затем залезть руками под ее рубашку. Кажется, она без лифчика. Меня будоражит эта мысль.
— Нет, — звучит уверенно и жестко.
Я застываю в полушаге от Яры. Послышалось?
Она опускает ногу и отправляет нарезанный огурец в глубокую стеклянную тарелку.
— В смысле?
— Не нужно меня касаться.
— Почему?
— Я не хочу.
Яра берет большой ярко-оранжевый сладкий перец и подходит к раковине, чтобы вымыть.
Стою как дурак на одном месте и просто тупо наблюдаю за ней.
— Я ночью что-то не то сделал?
— Нет. Всё было… м-м-м… потрясающе, — она бросает в мою сторону быстрый взгляд и даже улыбается. Невинно и вместе с тем я не вижу никакой невинности в ее глазах.
— Тогда в чем проблема?
— Ночь прошла, — просто пожимает плечами Яра. — Всё закончилось. Знаешь, как в сказке про
