Но вы познакомились без году неделя. Сколько времени прошло? Месяц?
– Месяц и пара дней. А это что-то меняет?
– Ну вообще-то да, – Кузнецова вдруг усмехнулась. – Обычно люди пытаются узнать друг друга перед тем, как принимать решение жить вместе. И уж тем более жениться.
– Я знаю про Сашу достаточно, чтобы понять, что она мне подходит, – упрямо заявил Тимофей и насупился.
Его родители не против, а вот Сашкина мать, похоже, не рада. Конечно, это вполне объяснимо. Он-то взрослый человек, получивший образование и имеющий работу, а Александра еще студентка. С другой стороны, Елена Сергеевна не может не понимать, что если он делает официальное предложение, то готов принять на себя всю ответственность за Сашку, в том числе финансовую. В этом месте своих рассуждений Тимофей вспомнил про Виталия Миронова и совсем скис. Понятно же, что дело не в финансах.
– Да Сашка у меня – золото, – сказала тем временем судья Кузнецова, – тут я спорить не буду. И разумеется, она тебе подходит.
– А я ей, получается, нет?
– Тима, что-то для юриста вы, молодой человек, слишком обидчивый, – заметила Елена Сергеевна, перейдя на официальный тон, – а еще домысливаете то, что я не говорила. Я не так давно вас знаю, но успела сложить о вас вполне благоприятное впечатление. И семья у вас, как мне Сашка рассказывала, замечательная. Но все-таки для брака этого как-то маловато, вы не находите?
– Елена Сергеевна, я так понимаю, что вы против того, чтобы я делал предложение вашей дочери?
– Тима, вы говорите какие-то глупости, – рассердилась вдруг начальница. – Как я могу быть за или против ваших действий. Вы – взрослый человек и в данном вопросе не являетесь моим подчиненным. Решили сделать предложение – делайте. Я не могу вам запретить.
– Но вы можете запретить Саше его принять.
– И опять глупости. Александра совершеннолетняя. И решение, выходить ей замуж или нет за вас или за кого-то еще, она будет принимать также сама. И отвечать за последствия этого решения. Тима, у Сашки были отношения и до вас, вы же это понимаете…
– Конечно, она очень красивая девушка.
– Так вот я никогда в эти отношения не лезла, хотя иногда ее выбор казался мне, мягко говоря, спорным. Первая любовь, предательство, интерес к яркой индивидуальности и понимание, что на ней далеко не уедешь, в ее жизни уже были. Так что с точки зрения опыта, к замужеству она готова. А вот захочет ли отдавать свою свободу, я не знаю. Как мне кажется, к официальному замужеству она никогда не стремилась. Ее и так все устраивает. Так что, может, вы просто съедетесь и поживете вместе, чтобы получше узнать друг друга и притереться?
Тимофей покачала головой.
– Нет, Елена Сергеевна, я не буду оскорблять Сашу предложением о сожительстве. В этом плане я человек старомодный. В нашей семье мужчины всегда женились на своих избранницах. Вот так, чтобы и в горе, и в радости… И один раз и на всю жизнь.
– Похвальное желание. – Кузнецова вздохнула. – Я рада, что в вашей семье это у всех получалось. К примеру, в нашей с первой попытки не вышло ни у кого. И у Саши первые ее серьезные отношения испытания временем тоже не выдержали. И первым заскучал именно ее молодой человек, а не она.
– Я не заскучаю, – в голосе Тимофея прорезался металл. – Елена Сергеевна, я полностью отдаю себе отчет в своих действиях.
– Ну тогда дерзайте, Тимофей, – Кузнецова снова засмеялась, и от ее смеха у Барышева-младшего гора с плеч упала. – Удачи тебе, Тима. С моей дочерью она точно понадобится.
Итогом всех этих переговоров стала покупка помолвочного кольца. Понадобилась целая разведывательная операция, ведь раньше Тимофей Барышев никогда не покупал кольца и не представлял, как угадать с размером. Немного подумав, он, будучи у Сашки в гостях, стащил одно из ее украшений из шкатулки в спальне, заперся в ванной комнате и наспех обвел кольцо по внутренней окружности, положив на листок бумаги. Немного подумал и сделал еще один замер – теперь по окружности внешней, после чего со всеми необходимыми предосторожностями вернул кольцо обратно в шкатулку.
В ближайший выходной он съездил в ювелирный магазин. Не обычный, а особый, в Ветошном переулке, вот уже двадцать лет специализирующийся на помолвочных кольцах и свадебных украшениях. Особенностями его были вручную отобранные камни, дизайнерские коллекции, а также кастомный дизайн и гравировка.
– У вас какой запрос? – спросила его улыбчивая девушка-консультант.
– Запрос?
– Ну да. Существует множество колец, которые принято дарить в память о своей любви. Например, кольцо-обещание. Оно должно быть с большим количеством бриллиантов, но мелких, расположенных по кругу. Помолвочное кольцо – это уже совсем другое дело. Там камень должен быть один и покрупнее, желательно не меньше трети карата. Иначе несолидно как-то. А вот обручальных колец просто огромный выбор. Их сейчас так много предлагают, и гладких, и с камнями, и с одним, и с двумя, и из белого золота, и из розового, и из желтого, и даже двуцветные. Так вам какое?
– Мне помолвочное, – решительно сказал Тимофей. – Никаких обещаний. Только действия.
В качестве камня он выбрал не бриллиант, а изумруд. Почему-то ему казалось, что Александре Кузнецовой этот камень подходит больше, чем остальные.
Кольцо вышло недешевым, Тимофей потратил на него все свои сбережения. Но это того стоило. Ведь он покупал помолвочное кольцо своей невесте первый и последний раз в жизни. Мама свое кольцо не снимала уже четверть века, хоть и было оно поскромнее. Когда Валерий Барышев делал предложение своей невесте, он был простым физиком-ядерщиком, работающим в «секретном ящике». Да и о бриллиантах и изумрудах тогда в стране мало кто слышал. Тоненький золотой ободок держал в золотых крапанах небольшой аметист.
С тех пор у Ольги Барышевой появилось много колец, в том числе и очень дорогих, с бриллиантами от «Тиффани», но свое золотое колечко с аметистом она никогда не снимала. Как и бабушка, чье колечко было и того проще, без всякого камня, тоненькое, но с алмазной гранью. Тогда никаких помолвочных колец вообще не носили, только обручальные, гладкие, различающиеся лишь толщиной и цветом металла. Ну или с алмазной гранью, как у бабушки. И она не снимала его почти полвека. Вот и у Сашки свое будет. Если захочет, конечно.
О том, что Александра Кузнецова может не захотеть, Тимофей Барышев старался не думать.
* * *
Выходные в середине декабря всегда наполнены предвкушением новогоднего чуда. Столица в этом году оделась в праздничный наряд довольно рано, а вот украшать квартиру
