департаменте полиции обещали поделиться результатами. Вдруг они найдут что-нибудь связывающее Лайлу со смертью Эмили? Но как, если она ничего плохого не делала? Лайла раз за разом напоминала себе об этом, пока разбирала шкаф в спальне, чтобы чем-нибудь занять руки и успокоить разум.
Лайла повернулась к Беа, настроенная показать ей, как восхищена новостью о клубе.
– Расскажи подробнее!
– Все началось с разговора об убийстве мисс Кэнтербери на перемене.
Лайла ударила по тормозам, отчего следующая машина в очереди резко остановилась и загудела. В знак извинения Лайла моргнула аварийкой, заставляя себя дышать.
– Почему вы говорили про смерть мисс Кэнтербери в школе? Помнишь, мы же обсуждали: убийства и школа – несовместимые вещи!
Беа вздохнула.
– Знаю, ты так говоришь, но другим ребятам стало интересно, когда я им рассказала, что у нас в доме убили одну старушку. Мам, такое не каждый день происходит!
– И слава богу, – произнесла Лайла сквозь стиснутые зубы. – Но как смерть мисс Кэнтербери связана с клубом?
Она заранее боялась того, что может услышать в ответ.
– Я пыталась тебе рассказать, пока ты не перебила, – раздраженно буркнула Беа. – Как я говорила, мы с Норой, Эви, Лейтоном и еще парой ребят обсуждали убийство мисс Кэнтербери и как полиция приехала, а наш дом стал местом преступления. Все хотели послушать, как ее труп вывозили на каталке в полиэтиленовом мешке.
– Так ты видела… – слабым голосом произнесла Лайла.
– Я смотрела в окно, чтобы ничего не пропустить, – терпеливо объяснила Беа. – Рассчитывала, конечно, посмотреть на мертвое тело, но не повезло. Когда я рассказала им про мешок, то предложила основать клуб, где можно будет обсуждать разные убийства. Мы бы по очереди изучали их, одно за другим, раз в неделю.
Лайла крепко вцепилась в руль. О боже, она определенно еще услышит об этом… от учительницы Беа. Никакая школа не захочет, чтобы десятилетние дети открывали клуб обсуждения убийств.
– А ваша учительница знает насчет клуба? – поинтересовалась Лайла.
– Само собой, – сказала Беа. – Пришлось рассказать ей, иначе клуб не был бы официальным.
Лайла свернула на Гроув-авеню. Ее терпение было на исходе.
– То есть ты говоришь, что учительница позволила вам основать клуб убийств? Верится с трудом.
– Пришлось заменить его на «детективный клуб», где мы изучаем знаменитые преступления и то, как их раскрыли. Миссис Мейзли сказала, что преступления не должны быть тяжкими или насильственными. Не так круто, как убийства, но все равно здорово. Она даже упомянула, что ее дядя – детектив и он мог бы прийти к нам поговорить. – Беа сделала паузу. – Не волнуйся, мам. Он не расследует дело мисс Кэнтербери. Иначе я не пригласила бы его в наш клуб.
– Рада слышать, – слабо пробормотала Лайла, спрашивая себя, уж не сочинила ли Беа все это.
– И я не вру, на случай, если тебе интересно, – сказала Беа.
– Я так и не думала, – ответила Лайла виновато, глядя прямо перед собой на дорогу.
– Нора Рейнор сказала, это лучший клуб, который можно придумать, а она никогда не вступает ни в какие клубы. Ее все побаиваются, но мне она теперь нравится. Ее любимый сериал – «Закон и порядок» [21], но, судя по тому, что она про него рассказывает, ты вряд ли позволишь мне смотреть.
– Тут ты права, – подтвердила Лайла.
– Просто у Норы трое старших братьев, – сказала Беа, будто это все объясняло. – Я ей рассказала про «Она написала убийство», и она сегодня собирается посмотреть.
Беа с улыбкой отвернулась к окну, напевая себе под нос. На душе у Лайлы потеплело. Да, Беа основала клуб, посвященный преступникам, и это не совсем обычный способ завести друзей. Однако идея, похоже, сработала. А если что-то было хорошо для Беа, Лайла не собиралась протестовать.
Лайла въехала на парковку «Примроуза» и поставила машину на ручник. Оглянувшись назад, она увидела маму – та стояла у входа и махала им рукой. На ее голубом платье в цветочек не было ни складочки, несмотря на двухчасовую поездку на машине из Норфолка. Солнечные очки «Сен-Лоран» придерживали светлые волосы надо лбом. На лице мамы застыла улыбка, но даже сквозь заднее стекло машины Лайла видела, что улыбка натянутая. Ее сердце упало.
– Бабуля здесь! – восторженно воскликнула Беа, отстегивая ремень и распахивая дверцу машины.
Лайла на секунду откинулась на подголовник, прежде чем вылезти следом за ней.
Мама схватила Беа в объятия.
– Я по тебе соскучилась!
– И я, – откликнулась Беа.
Взгляд мамы скользнул по Лайле, и ее губы сжались в тонкую линию.
– Нам надо кое-что обсудить, не так ли?
Лайла поежилась. Визит обещал быть не слишком приятным.
Мама отстранилась от Беа, изучая ее.
– Вижу, ты до сих пор ходишь в этой старой футболке. – Она покосилась на Лайлу: – Нашей очаровательной девочке нечего больше надеть?
– Мне нравится, – сказала Беа упрямо.
– Это не значит, что твоя футболка подходит для школы, – ответила мама, не переставая улыбаться.
Лайла вздохнула.
– Это любимая футболка Беа, и она может ходить в ней в школу, если хочет. Лично я считаю, что она уникальная.
Мама откашлялась и сменила тему:
– Как вам Ричмонд?
Беа пожала плечами:
– Квартира – настоящий клоповник.
Мамины глаза широко распахнулись.
– В школе я изучаю кровь, – продолжала Беа.
– Не совсем так, – поправила Лайла, поскольку мамины глаза распахнулись еще больше.
Беа кивнула:
– Ты права. Я изучаю рисунки брызг крови, и у меня появилось много новых друзей. Некоторые из них ужасно старые. Еще я занимаюсь расследованием…
– Эй, Беа! – перебила ее Лайла, стараясь, чтобы голос звучал задорно. – Кажется, Эдвин только что подъехал и у него куча продуктов. Может, поможешь ему разгрузиться?
– Конечно. Эдвин – один из моих новых друзей. Из тех, что ужасно старые. Ищет себе новую жену, – сказала Беа.
Мама уставилась на нее ошалелым взглядом. Беа развернулась и побежала к Эдвину по парковке.
– Что у вас тут творится?
– Ничего особенного. Я разбираю квартиру. Мы стараемся извлекать плюсы из ситуации. Жильцы замечательные, и все полюбили Беа.
– Плевать мне на жильцов, – прошипела мама голосом, знакомым Лайле с детства: именно так она разговаривала, когда у Лайлы были неприятности в школе. – Я слышала, тебя арестовали, прямо в квартире Стэнли.
– Неправда, – возразила Лайла, сглотнув.
Мама позволила паузе повиснуть между ними, одновременно умудряясь демонстрировать неодобрение – даже без слов. В конце концов она продолжила:
– Позволь, я спрошу по-другому. Тебя подозревают в убийстве женщины, которая жила в «Примроузе»?
Лайла поскребла носком туфли по асфальту, не встречаясь с мамой глазами.
– Все сложно.
Мама взорвалась:
– С тобой вечно так! Почему нельзя было просто въехать в квартиру, разобрать ее и
