спрашивает про меня.
– Чёрт, ладно.
Я слушала его удаляющиеся шаги, пока он не остановился.
– Как тебе тут, малышка? – поинтересовался мужчина.
– Неплохо, – тихо ответила она. – Могу я узнать, когда вернётся мой папа? – в её голосе читалась надежда.
– Скоро.
Моя грудь тяжело поднималась, когда я смотрела на то, как девочка, дождавшись пока Родриго выйдет из раздевалки, повернулась и, пройдя ко мне, встала прямо напротив меня.
Её длинные светлые волосы, детское личико и огромные кукольные голубые глаза смотрели на меня.
Она… Она только что спасла меня?
– Ты так смотришь на меня… – она плотнее прижала книгу к своей груди. – Я подумала ты не хочешь, чтобы он знал, что ты здесь.
– Э, да. Спасибо, – поблагодарила её я. – Но почему ты не рассказала ему правду?
Эбигейл с отвращением скорчила рожицу.
– Он не кажется хорошим человеком.
Я усмехнулась.
– Думаешь, я хорошая?
– Пока не знаю, – улыбаясь, ответила она, садясь рядом со мной.
Здесь оставалось совсем мало места, но девочка была крохотной и без проблем уместилась.
– Моё имя ты уже слышала. Как зовут тебя?
Я не особо любила знакомиться с новыми людьми, но всё же протянула ей руку для рукопожатия. Она помогла мне.
– Кая.
– Приятно познакомиться, Кая, – ответила Эбигейл, пожимая мою руку.
– Взаимно.
Мы отпустили друг друга и я принялась потирать виски, пытаясь избавиться от головной боли.
– Извини, что толкнула тебя. Это было немного неожиданно увидеть кого—то не мужского пола прямо здесь.
Девочка просто кивнула, копошась в кармане своих джинс, пока я извинялась перед ней.
– Так, что ты здесь забыла? – мои руки легли на колени, так и не успокоив импульсы, разрывающие голову.
– Я пришла с папой, – объяснила она, вытаскивая две маленькие плитки шоколада из кармана и протягивая одну мне.
Да, я тоже когда-то пришла сюда с папой.
– Возьми, – начала настаивать она, когда я не приняла шоколад из её рук. – Ты бледная, думаю, у тебя понизилось давление. Шоколад может помочь.
Я уставилась на неё, а после протянула руку и забрала сладость себе.
– Спасибо, – сказала я, разрывая обёртку. – Откуда ты знаешь это?
– Моя мама… – Эбигейл резко замолчала, а потом исправилась. – Моя любимая книга по медицине, – она кивнула на вещицу на её коленях, которую ранее прижимала к груди. – Читаю её, как минимум два раза на дню. Здесь много полезной информации.
Я откусила шоколадку, чувствуя, как сладость начала распространяться по всему моему рту.
– Не слишком ли ты мала для таких умных книг?
– На днях мне исполнится пятнадцать, – она пожала плечами, жуя свою плитку шоколада.
Примерно тот же возраст, когда и я попала в клуб.
Я повернула голову, смотря на девочку, на её беззаботное лицо и на то, с какими причмокиваниями, она слизывала растаявший шоколад со своих пальцев.
– Это ты его так? – Эбигейл кивнула в сторону двери, в которой недавно скрылся Родриго.
Он даже не решил позаботиться о себе, а сразу побежал за мной. Правда, только после того, как закончил кричать на весь клуб, как маленькая девчонка, у которой забрали её любимую куклу.
Я кивнула, не переставая пялиться на Эбигейл.
– За что? – поинтересовалась она.
Я прикусила губу, думая, стоит ли говорить ей об этом.
– Надеюсь ты никогда не узнаешь, – ответила я.
Теперь она тоже будет драться здесь?
Не удивлюсь, если её отец сидел где-нибудь в зале вместе с моим.
Отвращением промелькнуло в моей голове, но я снова обратила своё внимание на девочку.
Она была очень красивой. Из-за её фарфоровой кожи можно было подумать, что её сняли с полки со статуэтками ангелов.
– Так, значит, ты мой ангел-хранитель? – довольно серьёзно спросила я.
Эбигейл засмеялась, прикрывая рукой свою лучезарную улыбку.
– Ангелов-хранителей не существует, – уверила она. – Просто почаще посещай больницу.
***
Я стояла в комнате и смотрела на своё отражение в большом квадратном зеркале.
Я знала, что это могло случиться, но думала на месте Эбигейл буду я и меня устраивал такой расклад. Родриго начал работать с опасными людьми. Бои стали жёстче, а ставки выше, поэтому я так переживала за Эби.
Мои щёки впали, лицо с легкостью могло слиться с больничной белой стеной, а глаза покраснели, но веки были уже не такими опухшими, как несколько дней назад, когда я пролила свои последние слёзы.
Плачь доставлял некое освобождение, но оно было быстротечно, поэтому я выбирала никогда не делать этого. Я привыкла к чувству вырывающихся рыданий на уровне груди. По началу это было тяжело, но потом я привыкла и не могла заплакать, даже когда больше всего на свете желала этого. Мои глаза могли слезиться и из меня мог вырываться безмолвный крик, но не более. Никогда более.
Я заправила волосы за уши и поправила футболку, которую надела после принятия душа.
Аккуратно сложенная рубашка Кристиана лежала на кровати.
Я слышала, как он заходил ко мне. Слышала, как спрашивал нужно ли мне что-нибудь или может ли он чем-то помочь, но я не могла ему ответить. Мой язык, словно онемел, как и остальное тело, поэтому я просто лежала, смотря в окно, и наблюдала за тем, как день сменял ночь, а ночь сменяла день и так по кругу.
Я чувствовала жуткую слабость и чуть не упала в обморок, пока принимала душ. Вода, появляющаяся каждый день на моей прикроватной тумбочке, закончилась и я решила спуститься вниз.
Была ночь и Кристиан с большей вероятностью был в доме.
Хотел ли он меня видеть?
Да, он навещал меня эти дни, но ему просто не хотелось обнаружить труп посередине своего дома. Он просто проверял меня.
А я наговорила ему кучу гадостей тогда. Он не заслуживал такого отношения к себе, но это он вытащил меня из моей жизни и всё, что происходило сейчас… Нет, это не было его виной.
Его отец хотел видеть меня здесь. Ещё в первый день Кристиан сказал, что я не нужна ему. Он, вероятно, и знать не хотел о моём существовании.
Я спустилась вниз. Моя голова немного кружилась, поэтому я ухватилась за перила, пока спускалась по лестнице. В доме горел свет, значит Кристиан был здесь.
Я подумывала над тем, что может мне стоит развернуться и уйти обратно в свою комнату, пока не поздно. Но я медленно вошла в кухню, одной рукой придерживаясь за
