миллион. Или два… Но без тетрадки мой ученый ничего сделать не может. Я вам не дам денег, а вы меня посадите… Ты что хочешь — миллион или чтоб меня посадили?
— Ты сказал — два миллиона.
— Конечно, два… Дай тетрадку.
— Бери…
Когда он ушел, Другов сразу же позвонил Егору. Сыщики были наготове. Они сидели в трех машинах.
— Внимание, Егор, он вышел… Не упустите его. Я верю в вас!
Только после этой бессмертной фразы Милан гордо подошел к стенному шкафу и распахнул дверцу. Сидевший внутри Сытин поднял обе руки вверх. Этот жест означал, что лучше сделать было невозможно, что теперь Арсений в наших руках, поскольку все камеры записали его признание в убийстве.
Ребята позвонили через два часа. Они назвали адрес в поселке Красково… И еще Егору показалось, что за решеткой второго этажа он видел женский силуэт, очень похожий на Оксану.
Не надо было спешить с передачей в суд дела режиссера Турищева. Интуиция подсказывала Шурику Сухову, что все может перевернуться вверх тормашками. Если это произойдет на суде, позора не избежать, а в ходе следствия допустимы любые кульбиты. Можно нормальную ситуацию поставить и с ног на голову, и в любую другую позу… Он как в воду глядел!
Некто Сытин позвонил и попросил Шурика о срочной встрече. И не в кафе пригласил, а в ресторан, где салатик стоит с дневную ментовскую зарплату… Сухов хотел отказаться, но этот самый Алексей Сытин сообщил, что он друг Колпакова, что у Петьки скоро свадьба и что он, Шурик, в числе приглашенных.
Стол был накрыт по полной программе… Сухов жил не бедно. Мелкие взятки позволяли ему, как и всем его сослуживцам, существовать достойно. Но такой стол даже полковнику не по карману, если он не самый крутой оборотень.
Выпили по первой, и Шурик перешел к делу:
— Я, конечно, приятный собеседник, но вы же меня не за этим пригласили… Слушаю вас, Алексей Юрьевич. Какие проблемы?
— А я думал, мы уже на «ты» перешли… Колпаков мне говорил, что Шурик Сухов самый мудрый сыщик.
— Он прав!
— Значит, ты знаешь, что убита не актриса Заботина.
— Догадываюсь… А ты почему, Алексей, заявление о пропаже жены забрал? Почему эта артистка не объявляется?
— Все расскажу, но потом… Я знаю, кто убийца моей жены. Вчера он похитил еще одну женщину и держит ее за решеткой… Вот полный набор улик. Вот список свидетелей. Предлагаю завтра ехать в Красково и брать Арсения Хрекова за жабры!
Через час Шурик понял, что обед может затянуться до ужина… Он вникал в документы, слушал записи и постоянно выяснял у Сытина детали — кто есть кто и что он тут делает… Через два часа картинка совсем прояснилась.
Сухову не нравилось, что в деле маячит некая Елизавета Мамаева. Нехорошо, когда под нелегальную прослушку попадают министерские жены. Сразу же вступят мощные адвокаты, и все развалится… Этот эпизод надо убрать — купила себе бриллианты и пусть блестит.
И эпизод с Ван Гольдом не нравился Шурику… Если этот минский голландец приехал по паспорту Павла Гольдмана, то дело запросто заберет себе ФСБ, и тогда прощай всё — слава, награды и очередное звание… Этот эпизод надо убрать. И вообще — все надо причесать.
— Все будет нормально, Сытин! Делаем так… В Сивцевом Вражке Колпаков подменил сумочку и сделал это по моему указанию.
— Согласен.
— Режиссера я посадил специально, опасаясь за его жизнь.
— Согласен.
— Веру Заботину скрывали по той же причине.
— Согласен.
— Тебя, Сытин, я сразу же завербовал, и все материалы ты добывал по моим заданиям… Дадим тебе псевдоним «Алмаз».
— Неудобно как-то ходить в ментовских агентах, но и на это согласен… А когда о главном?
— О чем это?
— Об Арсении? Завтра утром его надо брать… Я бы, Шурик, и без тебя мог, но мне надо, чтоб все по закону.
— Верно… Мы тут шкуру делим, а медведь еще в берлоге. Завтра в десять выезжаем в Красково.
Ван Гольд решил больше не рисковать… В прошлый раз он три часа сидел за кучей мусора в лесочке. Оттуда отлично были видны ворота в дом Арсения. Никто туда не входил и никто не выходил. Коттедж выглядел настолько пустынным, что он решился… Пауль прополз под забором, проскользнул мимо всех кустов и наклонился к окошку в подвал… Такой дикий провал! Арсений же не так часто заглядывал к Ромашкину. Не будь его в ту минуту, все завершилось бы успешно… Хорошо, что, убегая, он успел засыпать дыру под забором. Арсений уже начал пролезать в нее, а Пауль горстями кидал песок, стараясь попасть в глаза, вуши, в нос…
На этот раз Ван Гольд решил не рисковать. Он устроил в куче мусора лежбище и накрылся рваными картонными коробками. Узкая амбразура позволяла четко видеть ворота дома Арсения… Пауль пойдет туда только тогда, когда хозяин надолго уедет.
К десяти утра голландский миллионер уснул. В куче мусора было так тепло, так тихо и уютно…
Сытин не пожалел, что обратился к Шурику Сухову. Тот не стал ломиться в закрытые ворота, а решил провести разведку… Машины были оставлены на соседней улице. Все притаились и ждали указаний.
Изображая пьяного грибника, Шурик заглянул в дом напротив Арсения и предъявил свое грозное удостоверение…
Уже через пять минут вся бригада через заднюю калитку проникла в соседский дом. Он стоял удобно. Из окон второго этажа было прекрасно все видно… Ворота на участок Арсения, справа — сплошные заборы, слева — лесок, а перед ним куча мусора.
Штурмовать решили в полдень. И то только в том случае, если хозяин проявит себя. Вдруг его вообще дома нет, вдруг он спустился к реке или пошел на станцию за пивом.
Но Арсений проявился. Без двадцати двенадцать он выскочил на полянку в красном спортивном костюме и стал бегать вокруг заброшенного огородика… Десятиминутная зарядка, и он опять нырнул в свой коттедж.
До штурма оставались секунды… Шурик поднял руку для отмашки, но вдруг на улице появилась машина. Она проехала до леса, развернулась и встала впритирку к воротам Арсения. Из нее вышли двое. Один был плохо виден, а второй — с фомкой. Федору всегда доставалась ломовая физическая работа… Он ковырнул всего три раза, и ворота открылись… С входной дверью пришлось повозиться подольше — отмычки хорошие, но опыта маловато.
Шурик чувствовал, что все ждут его команды.
— Значит, так! Они вошли и пусть завязнут. Штурмовать начнем через пять минут… Я лично возьму Арсения, а
