ФБР – они ничуть не лучше правительственных чиновников.
– Так что ты мне посоветуешь?
– Будь очень осторожен.
Я горько усмехнулся. Об этом мне напоминать не требовалось.
– Что тут смешного?
– Да так, вспомнил последнего парня, который попытался сдать этих ребят.
– И чем это кончилось?
– Получил пулю в сердце на Нэшнл Молл.
Он поднял палец:
– Есть у меня одна штуковина, которая может тебя заинтересовать.
Он вышел из машины. Я подошел вместе с ним к багажнику. Из бокового отделения Картрайт достал матерчатую сумку и принялся в ней копаться. Я заметил непонятную трубчатую хреновину – то ли фальшфейер, то ли ручную гранату.
– И ты возишь такое в багажнике?
Он проигнорировал вопрос и вытащил из сумки бронежилет:
– Держи. – Он постучал по нагрудной пластине костяшками пальцев. – Легкий броник. Такой носят копы. Второй класс защиты. Удобно носить каждый день, останавливает пули большинства ручного оружия.
– А я надеялся обойтись вообще без стрельбы.
– Крепится ремнем на поясе и плечевыми лентами. В любом случае не помешает.
Я поднял жилет. Он показался ужасно тонким.
– Вставь и его в мой счет.
Картрайт затолкал жилет в пластиковый магазинный пакет.
– Не хочу показаться бестактным, Майк. Но, судя по тому, что ты мне сейчас рассказал…
Я быстро сообразил: покойникам кредит не открывают. И полез за бумажником.
* * *
Я остановил машину неподалеку от эфиопского кафе с бесплатным Wi-Fi и достал из чехла ноутбук. У меня была карточка скоростного Интернета, но для этих хакерских штучек я ей не доверял. Сперва я проверил трояны, посланные Картрайтом по почте. Они укоренились. Потом испробовал вирусы с флешек. Один отозвался. Он подарил мне отличный вид на доску объявлений в огороженном рабочем месте, бо́льшую часть которой закрывала огромная голова экономиста, весьма смахивающего на француза. Пока он почесывал нос и размышлял над невидимой электронной таблицей, я обозрел помещение за его спиной. Никаких паролей на доске объявлений не нашлось, лишь несколько визиток и приклеенных скотчем карикатур.
Я накрыл большим пальцем объектив своей веб-камеры. Я понимал, что это глупо, но мне было трудно поверить, что, когда смотришь кому-то в лицо, на тебя не смотрят тоже.
Я ощутил некоторую гордость за себя, Дерека и наши маленькие флешки. Далее я проверил бейсбольный мяч. Некоторое время я смотрел, как по экрану ползет строчка из точек, и вдруг в окне клиентской программы появилось зернистое изображение.
Камера работала. Случайный прохожий смог бы увидеть, как одинокий парень в машине, склонившийся над ноутбуком, поднял кулак и воскликнул: «Есть!»
У меня теперь были глаза в офисе, куда придет директива. Господи, мне осталось лишь сидеть дома в пижаме и заглядывать через плечо мужику из офиса – и дело сделано. Как минимум такой результат удержит Линча от превращения моего черепа в монетоприемник.
Эта камера пересылала не видео, а отдельные кадры, снимаемые раз в несколько секунд, чтобы сберегать энергию. Я просмотрел то, что она успела передать. Офис выглядел знакомо – те же панели на стенах, тот же стол.
Но только на этот раз стол был пуст, если не считать телефона. Я отыскал и вывел на экран найденное в Сети исходное фото офиса старшего вице-президента. Бейсбольный мяч с камерой в подставке стоял на нужной полке, именно там, где я и надеялся. И компьютер должен был находиться на столе, прямо перед камерой.
В дальнем правом углу принятого изображения я разглядел провода и какую-то металлическую подставку. Я ничего не понял, пока через несколько кадров не появился мой объект. Он ел тертую морковку из тарелки. Потом встал, повернувшись лицом вправо, и принялся что-то печатать, наполовину перекрывая камеру.
Он переставил компьютер.
Я стиснул руль и со злостью его тряхнул. Вице-президент трудился за проклятой конторкой как человек с больной спиной или еще какой-то хренью. Пожалуй, это и неудивительно, если учесть, что он только что проработал крупнейший экономический обвал за последние восемьдесят лет. Но все равно: его эргономические прихоти будут стоить мне жизни.
А ведь это был мой главный козырь. Если я не сотворю чудо с другими камерами, мне конец. Я вернулся к единственной хорошо работающей веб-камере из другого помещения – той самой, которую показывал Линчу вчера вечером. Сейчас, по крайней мере, свет там был включен.
Камера показывала помещение. С одной стороны я увидел окруженный стеклянными стенками зал для совещаний и несколько рабочих выгородок вокруг него. Единственный удачный вид открывался на принтер, факс и несколько пачек бумаги. К стене был приделан скотчем стандартный лист, на котором дюймовыми буквами было напечатано: «Не откладывай победу на завтра».
Все, это полный облом. У Линча есть доступ к этим камерам. Сейчас он наверняка все знает. Вероятно, он знал это еще утром, поэтому и подбросил пулю мне в спальню.
Легкого способа сделать эту работу не нашлось, и Линч теперь начнет на меня охоту. Мое единственное спасение – ФБР. Я протянул руку к заднему сиденью, достал из пакета бронежилет, надел его и крепко затянул ремни.
Глава 32
Вашингтонское отделение ФБР находится на Джудикери-сквер, по соседству с офисом генерального прокурора, откуда я ненароком выманил Сакса навстречу смерти.
По пути в центр я ехал вдоль красной линии метро, время от времени разворачиваясь на мостах и делая бессистемные повороты, пока не убедился, что сбросил все мыслимые хвосты.
Во мне нарастало напряжение. Перед глазами мелькали белые мушки, рождавшие боль в глубине черепа, а в каждом черном седане мне мерещился ухмыляющийся Линч.
Я припарковался за четыре квартала от нужного дома и мысленно выругал себя за то, что опять поехал на своей машине, а не одолжил ее у Джека. Пройдя немного, я увидел патрульную машину с камерами на капоте и багажнике, которая медленно ехала по улице. В округе Колумбия было полно автоматических считывателей номерных знаков: машин, которые ездили по улицам, записывая номера всех автомобилей подряд. Это отчасти портило игру в кошки-мышки в зоне, где длительность стоянки ограничивалась двумя часами, но сегодня эта система могла связать меня со смертью Сакса.
Уезжая из дому, я прихватил пистолет. Выходя из машины, я спрятал его под пассажирским сиденьем. Отделение ФБР напоминало огромную гробницу из зеленовато-серого камня.
Я остановился, обойдя Национальный музей строительства – массивную гору из красного кирпича, похожую на склад начала двадцатого века. Мне показалось, что я узнал машину на противоположной стороне улицы: «додж-чарджер», но вокруг была страна копов, и тут ездили десятки таких тачек.
Проходя через парковку музея, что напротив здания
