те, что лежат в холодильниках в вашем морге.
– Черт! – внезапно произнесла Клио.
– В чем дело?
– Ничего особенного. Просто ты только что напомнила мне кое о чем, что нужно сделать.
– Слушай, у меня тут в любую минуту может начаться вторжение – к Роберту на обед придет куча клиентов! Давай я перезвоню тебе сегодня вечером, ладно?
– Без проблем.
Повесив трубку, Клио посмотрела на часы и поняла, что была настолько поглощена мыслями о Рое, что совершенно забыла съездить в морг. Они с Дарреном оставили тело неизвестной женщины, которую вчера вечером привезли с пляжа, на каталке, потому что все холодильники были заполнены – один из них вышел из строя, и его еще не заменили. Работник местного похоронного бюро собирался сегодня в полдень забрать два трупа, а она должна была впустить его и поместить женщину в один из освободившихся холодильников.
Клио заставила себя подняться на ноги. На автоответчике обнаружилось сообщение от ее сестры Чарли, которая звонила около десяти часов. Ну, не трудно догадаться, о чем пойдет речь. Ей придется выслушать подробный рассказ Чарли о неверном любовнике. Может быть, удастся уговорить сестру встретиться где-нибудь на свежем воздухе, в парке или на берегу моря, чтобы пообедать после того, как она управится в морге? Клио набрала номер, и, к ее облегчению, Чарли с готовностью согласилась, предложив ей знакомое заведение на взморье, рядом с «Арками».
Тридцать минут спустя, с трудом добравшись до работы в плотном потоке стремящихся на пляжи машин, Клио въехала через ворота на территорию морга и с облегчением увидела, что гробовщик пока еще не прибыл.
Верх автомобиля был поднят, и настроение Клио несколько улучшилось, когда она вспомнила, как несколько недель тому назад по дороге в загородный паб Грейс сказал ей: «Знаешь, когда я теплым летним вечером еду в машине с откинутой крышей, как сейчас, а рядом со мной ты, довольно сложно представить себе, что в мире что-то может быть не так!»
Она припарковала свой синий «эм-джи» на обычном месте, напротив входной двери серого, с облицовкой под крошку, здания морга, а затем открыла сумку, чтобы достать телефон и предупредить сестру, что, возможно, опоздает. Но сотового там не было.
– Вот блин! – выругалась она вслух.
Проклятье, ну как она могла его забыть? Клио никогда, никогда, никогда не выходила из дома без телефона. Ее «Нокиа» словно была прикреплена к ней невидимой нитью.
«Вот же дырявая башка! Рой Грейс, что, черт возьми, ты со мной творишь?»
Клио опустила крышу машины, хотя собиралась пробыть в морге совсем недолго, и заперла дверцу. Затем, поднявшись на крыльцо под камерой видеонаблюдения, она вставила ключ в замок на двери служебного входа и повернула его.
Одной из машин, движущихся в плотном транспортном потоке по Льюис-роуд мимо кованых ворот морга, была черная «тойота-приус».
В отличие от большинства автомобилей, направлявшихся к взморью, этот свернул налево, на улицу, идущую вдоль морга, а затем, в поисках места для парковки, медленно поехал вверх по крутому холму, вдоль которого с обеих сторон стояли небольшие домики с террасами. Миллиардер-в-пересчете-на-время улыбнулся. Прямо перед ним как раз было место подходящего размера. Ну просто как по заказу.
Затем он принялся снова сосать руку. Боль усиливалась и стала затуманивать сознание. Да и выглядела кисть тоже не очень хорошо. За ночь она еще больше распухла.
– Мерзкая маленькая сучка! – вскричал он во внезапном приступе ярости.
Хотя Клио и проработала в морге уже восемь лет, она все еще болезненно реагировала на запахи. Вот и сегодня, когда она открыла дверь, на нее пахнуло таким жутким зловонием, что это буквально сбивало с ног. Как и все сотрудники морга, Клио давно приучилась дышать через рот, но запах разлагающегося мяса – кислый, едкий, зловонный – был тяжелым и приторным и висел в воздухе, как будто отягощенный лишними атомами, окутывая все невидимой дымкой, кружился вокруг нее, просачиваясь сквозь каждую пору.
Как можно скорее, задержав дыхание и позабыв о том, что собиралась позвонить сестре, Клио поспешила мимо своего кабинета и вошла в небольшую раздевалку. Сняв с крючка свежий комплект зеленой спецодежды, она сунула ноги в белые резиновые сапоги, достала из пачки новую пару латексных перчаток и надела их на вспотевшие руки. Затем нацепила маску – не то чтобы это сильно уменьшало вонь, но немного помогало.
Она повернула направо, прошла по выложенному серой плиткой короткому коридору в приемную, смежную с прозекторской, и включила свет. Умершая была зарегистрирована как «неизвестная» – так именовали все прибывшие сюда неопознанные трупы. Клио всегда думала, как же это печально – вот так закончить свою жизнь.
Покойница лежала на столе из нержавеющей стали, одном из четырех, составленных в ряд; оторванная рука была зажата между ног, волосы свисали назад, совершенно прямые, с запутавшимся в них крошечным пучком зеленых водорослей. Клио подошла к трупу, резко взмахнув рукой и вспугнув дюжину трупных мух, которые разлетелись по комнате. Сквозь вонь разложения она чувствовала и другой, не менее сильный запах – соли и моря. Клио начала осторожно извлекать водоросли из волос женщины, и внезапно ей расхотелось встречаться с сестрой на пляже.
В дверь черного хода позвонили. Прибыли гробовщики. Прежде чем открыть, Клио внимательно рассмотрела изображение на мониторе. Она помогла двум небрежно одетым молодым людям переместить трупы в пластиковых мешках в скромный коричневый фургон. Когда они уехали, Клио тщательно заперла все двери и вернулась в приемную.
Достав из шкафа в углу специальный белый пластиковый мешок, она вернулась к трупу. Клио ужасно не любила иметь дело с утопленниками. После нескольких недель пребывания в воде их кожа приобретала призрачный, сально-белесый цвет, да и текстура, казалось, тоже менялась, начиная напоминать слегка ороговевшую свинину. Существовал даже специальный термин – «трупный жировоск», или «адипоцир», о чем с блеском в глазах сообщил Клио патологоанатом, под руководством которого она когда-то начинала работать, большой поклонник всего, связанного со смертью.
Губы неизвестной женщины, ее глаза, пальцы рук и ног, а также частично щеки, груди и влагалище были объедены мелкими рыбешками и крабами. Сморщенные обглоданные груди лежали, растопыренные в разные стороны. Бедняжка не только лишилась большей части внутренних тканей, но и почти полностью потеряла человеческое достоинство.
«Кто же ты такая?» – задавалась вопросом Клио, слегка приподнимая тело, чтобы подложить под него мешок, но соблюдая при этом осторожность, дабы не повредить плоть.
Когда вчера вечером они с детективом-инспектором и представителем коронера Ронни Пирсоном осматривали труп, то не обнаружили никаких явных признаков насильственной
