Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 145
он произнес именно эти фразы?
Пожилая женщина с негодованием воззрилась на гвардейца и строго ответила:
— Все было в точности так, как я говорю.
— И что было потом?
— Да ничего. Настоятель уехал, а вскоре за ним и Тоньино. И до сих пор не появлялся.
Признание
Единственным указанием на то, что они пришли по адресу, была освещенная лампочкой весьма скромная табличка. Находись она где-нибудь в проулке, никто на нее и внимания не обратил бы, решив, что это служебный вход. Мануэль и Ногейра припарковались в паре кварталов отсюда и теперь шли по району, где располагалось множество баров. Сейчас, в ночь на понедельник, здесь было достаточно безлюдно. Два парня, курившие у двери, отодвинулись, позволив им пройти внутрь.
Интерьер клуба «Вулкан» напоминал другие заведения подобного рода. Абстрактные композиции, выполненные фосфоресцирующими красками на темных стенах, поблескивали в неоновом свете. В заведении было достаточно оживленно, несколько пар двигались на импровизированном танцполе. Ногейра направился к группе молодых людей, которые пили пиво прямо из бутылок.
— Надо же, какое совпадение! Ричи, ты ли это?
Тот, к кому обращался гвардеец, закашлялся и обернулся, явно раздосадованный. Его друзья быстро ретировались.
— Черт возьми, лейтенант, вы меня напугали!
Ногейра смотрел на парня, широко улыбаясь. Довольный собой, он в этот момент напоминал хищника.
— Значит, пакость какую-нибудь задумал.
— Да нет же. — Юноша выдавил подобие улыбки. — Просто не ожидал вас увидеть.
На вид Ричи можно было дать двадцать с хвостиком, может, чуть больше. Писатель вдруг осознал, что не имеет представления, как выглядит Тоньино. Интересно, он тоже совсем юнец? Худощавый, как все нынешние жиголо? К горлу снова подкатила тошнота. Похоже, Ричи это заметил, потому что спросил:
— Что с вашим другом?
— Не беспокойся за него. Хотя это что-то новенькое, ты и за своих-то приятелей не переживаешь…
— Не понимаю, о чем это вы, — уклончиво ответил юноша.
— А о том, что твой задушевный дружок Тоньино, с которым вы были неразлейвода, пропал неделю назад, а ты даже не заходил к нему домой, чтобы узнать, есть ли новости. И это наводит меня на мысль, что ты знаешь, где Антонио и почему он скрывается…
Ричи хотел было возразить, но Ногейра опередил его:
— И не вздумай мне врать. Я сказал тетке Тоньино, что причин волноваться нет. Поэтому сейчас ты расскажешь мне, во что он вляпался и почему нам не стоит переживать по этому поводу.
Юноша медленно выдохнул и только потом заговорил:
— Послушайте, лейтенант, я ничего не знаю, кроме того, что сказал Антонио.
Гвардеец сделал знак официанту, и тот поставил на барную стойку три бутылки пива. Одну Ногейра протянул Мануэлю, другую сунул в руки Ричи, взамен забрав у него пустую, и велел:
— Валяй, рассказывай.
Юноша сделал глоток пива.
— Тоньино сказал мне, что ему подфартило. Подвернулось кое-что клевое, и скоро у него будет куча бабок.
— Интересно, откуда?
— Понятия не имею, он не кололся.
Лейтенант скривился:
— Не верю.
— Клянусь вам, он больше ничего мне не говорил. Только заявил, что жизнь его полностью изменится, что он бросит все это, — Ричи широким жестом обвел бар. — Видимо, дельце подвернулось хорошее. За день до исчезновения Антонио сказал, что все на мази. Поэтому я и не удивился, что он пропал.
— Хочешь убедить меня в том, что твой закадычный друг, с которым вы были неразлучны, ничего тебе не подкинул и даже не отпраздновал с тобой свой успех?
Юноша с унылым видом пожал плечами:
— За кого вы нас принимаете? Мы что, офицеры? Нет у нас никакого кодекса чести или чего-то подобного. Да, мы друзья, но вы же знаете, что здесь каждый сам за себя. И если кому-то представится возможность все бросить и свалить отсюда, думаете, он ею не воспользуется? Я бы именно так и сделал.
— Тоньино, случайно, не говорил, не связано ли его прибыльное дельце с семьей маркиза?
— Того, что проживает в Ас Грилейрас? — Ричи ухмыльнулся. — Видаль о нем не упоминал, да и вряд ли. У них были делишки другого рода.
— Но Антонио говорил, что сорвет большой куш. Может, речь шла о шантаже? Возможно, он пригрозил кому-то, что расскажет о пристрастии к наркотикам или особых наклонностях…
— Да вы что? Мой друг не дурак, да и дело имеет не с последними людьми. Кто будет убивать дойную корову?
Мануэль вспомнил, как Элиса бежала по саду за Самуэлем, в голове его зазвучали слова Эрминии: «Ее спас сын». Писатель с отвращением отвернулся, поставил бутылку на барную стойку и направился к выходу. Гвардеец догнал его у двери.
— Парень ничего не знает.
Они вышли на опустевшую улицу и под дождем направились к машине, как вдруг раздался чей-то голос:
— Ты посмотри, кого это сюда принесло!
Ортигоса и Ногейра обернулись. Посреди тротуара стояли двое и ухмылялись. Мануэль заметил и третьего, который вышел из-за машин и отрезал им путь, не переставая нервно оглядывать пустынную улицу. Писателю показалось, что вдалеке мелькнул проблесковый маячок гвардейского автомобиля. Мужчина снова подал голос:
— Парочка гомиков направляется домой, чтобы как следует вставить друг другу.
Лейтенант поднял руку:
— Вы ошибаетесь.
Говоривший расхохотался, будто услышал нечто невероятно смешное. Остальные двое молчали. Тот, что был позади Ногейры и Ортигосы, начал нарезать круги.
— Вот как? Значит, в задницу трахать друг друга не будете, предпочитаете члены сосать?
— Займитесь тем, кто сзади, — сказал лейтенант Мануэлю.
— Вперед! — крикнул писатель и бросился на стоявшего за их спинами парня.
Тот, явно не ожидая этого, получил удар в левый глаз, споткнулся о сточный желоб и, потеряв равновесие, упал на припаркованный автомобиль, пытаясь решить, то ли защищать лицо, то ли схватиться за что-нибудь, чтобы удержаться на ногах. Он успел ответить правым хуком, но промахнулся, и его рука лишь слегка задела левое ухо Мануэля. Что касается двух других, они не успели ничего предпринять и застыли на месте, когда гвардеец профессиональным жестом взял их на мушку.
— Ну так что? — спросил Ногейра, не опуская пистолета. — Кого вы назвали гомиками? А, уроды? Что, уже не смешно?
— Лейтенант, — предостерегающе сказал Ортигоса, увидев вдалеке приближающийся голубой проблесковый маячок.
— Проваливайте, ублюдки! — Гвардеец сделал шаг в сторону Мануэля и топнул ногой — точь-в-точь так, как делала Эрминия, прогоняя с кухни толстого кота.
Двое парней подняли третьего, свалившегося около машины, и удалились, практически таща товарища на себе.
— Еще раз увижу — засуну ствол в задницу! — крикнул Ногейра вслед удаляющимся хулиганам, и они ускорили шаг.
Писатель и лейтенант продолжили путь и свернули в первый же
Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 145
